Что-то мне подсказывало, что этот парень злится всегда. Он был похож на льва, животное, которым лучше всего любоваться издалека, тогда как непосредственный контакт может причинить непоправимый вред.
Рукава его сорочки были закатаны, открывая массивные и дорогие часы на правом запястье. С кислым выражением на лице он уставился в окно, дергая часы вперед-назад. Это выглядело как нервный тик. Какая ирония, если учесть мою уверенность в том, что он заставлял нервничать кучу людей.
Его телефон зазвонил снова.
Он ответил:
– Что?
Голос у него был что-то вроде хрипловатого баритона, который всегда бил меня прямо между ног. Я обожала низкие сексуальные голоса. И – редкий случай – голос действительно соответствовал мужчине.