Чуть позже я достала свой потрепанный экземпляр «Думай и богатей». Прочитав слова Наполеона Хилла о том, что мысли «материальны», я вдруг поняла их смысл. «Смотри, как сильны оказались твои мысли и слова, – сказала я себе. – Смотри, что ты сделала с собой». Если я оказалась способна сотворить этот ужас одними только мыслями, значит, с той же легкостью могу сделать и обратное.
Вспоминая об этом сейчас, я чувствую легкое смущение. Как вышло, что я грохнулась со своего конька, верой и правдой служившего мне столько лет? Я же отлично знала, как это все работает. Я знала, что создаю собственную реальность. Знала, что слушать пессимистов – последнее дело.