Много лет назад, несмотря на внешние достижения в реальном мире, внутри я была лишь дочерью своей матери; та эмоционально реагирующая, жаждущая, чтобы ее любили, девочка-подросток, а затем молодая женщина всецело являлась продуктом своего детства. Я отличалась неустойчивым настроением и легко впадала в гнев, в порядке самозащиты постоянно юморила — довольно зло — и сразу давала понять это каждому, кто попадал под мое руководство. Затем я начала строить свою жизнь — с помощью психотерапии — захлопывая двери, которые нужно было закрыть, и открывая другие, чтобы перестать быть запуганной девочкой, которая глотала книги, уединившись в своей комнате. Постепенно я училась слушать других людей и избавлялась от колючек. Кардинальное изменение произошло ближе к 40 годам, когда я забеременела, а заодно порвала с матерью. Близящееся материнство заставило меня снова заглянуть в себя и отказаться от усвоенных в детстве схем поведения, не дававших мне быть той, кем я могу быть.