Цитаты из книг автора «Пег Стрип»

Спросите себя: Не управляют ли вашим взрослым повседневным диалогом детские сценарии? Действительно ли ваш партнер настолько ненадежен, а отношения столь шатки, как вам иногда кажется, или вы видите их в таком свете из-за своей повышенной чувствительности и высокой реактивности? Не отталкивает ли вас от партнера страх пострадать или быть обманутой? Ориентируетесь ли вы на прошлое или на настоящее?

Уклонистка сделает все, чтобы избежать любого конфликта. Жизнь с воинственной матерью научила ее защищаться, и она не доверяет людям. К сожалению, в своем стремлении уйти от конфликта она упускает возможность создать тесные узы, которых в действительности жаждет. Поскольку в глубине души она никому по-настоящему не доверяет, то скорее отступит и исчезнет, чем станет преодолевать трудности, сближаясь с кем бы то ни было.

Пожалуйста, помните: то, что мы усваиваем в детстве об отношениях между людьми — о том, как люди контактируют и действуют, — не просто принимается нами, но становится частью мировоззрения. Если вы выросли, полагая, что окружающие в большинстве своем отзывчивы и чутки и что вы заслуживаете уважения и симпатии, то ваши эмоциональные реакции на сложные ситуации — и то, как вы склонны оценивать мотивы других, — будут очень отличаться от реакций человека, с детства убежденного в том, что люди не заслуживают доверия и что они, скорее всего, пытаются использовать его

Люди с развитым эмоциональным интеллектом прекрасно распознают собственные эмоции — отличают неловкость от растерянности, гнев от страха, разочарование от недовольства, неуверенность от тревоги и т.д. Исследования, в частности работы Лайзы Барретт, показывают, что людям, слишком обобщенно воспринимающим эмоции — делящим их на неприятные и приятные («мне от этого стало плохо» / «мне стало хорошо»), — значительно сложнее управлять ими, и, лучше освоив этот навык, они оказываются в выигрыше. Чем яснее вы понимаете, что чувствуете в данный момент, тем легче не только справиться с ситуацией, но и спланировать дальнейшие действия.

Так называемые механизмы преодоления, к которым она прибегает, в действительности лишь усиливают стресс. Даже обращаясь к другим за помощью, она слишком встревожена, чтобы прислушаться к совету, и, как правило, считает, что ее отвергли или оставили без поддержки. Громадная эмоциональная зависимость делает ее требовательной, а затем и заставляет злиться на то, что партнер или друзья не дают ей того, в чем она так нуждается. Кроме того, ее тревога не позволяет ей проследить позитивные связи, когда необходимо их учитывать.

Напротив, нелюбимая дочь с тревожным типом привязанности в стрессовой ситуации, скорее всего, вспоминает деморализующий или болезненный опыт и времена, когда она, нуждаясь в помощи, встречала лишь отстраненность. Это усиливает тревогу, та обостряет стресс, и женщину буквально затапливают отрицательные эмоции. Неспособная справиться с ними, она снова и снова проигрывает в памяти скверные моменты, и этот порочный круг внушает ей безнадежность и чувство бессилия

«В детстве меня постоянно отвергали, так что я нарастила броню, — написала мне одна из читательниц, — и не люблю ни от кого зависеть»

Все соседи восхищались моей матерью. Казалось, в ее жизни все идеально: вылизанный дом, роскошный сад и внешне успешный ребенок. Считалось, что это про меня — отличницу, чирлидера, с иголочки одетую девочку. Но, пока я росла, мне не позволили принять ни одного решения. Ни единого. Ни в одежде, ни в выборе друзей, ни даже в выборе колледжа. Знаете, я не понимала, что меня контролируют, до 30 лет, пока не сорвалась после того, как рухнул мой брак, и я, заглянув в себя, увидела одну пустоту».

главная задача процесса «детоксикации» — выяснить, как вам, сегодняшней, перестать быть той маленькой девочкой, которой вы были в родительском доме

Одни до сих пор нуждаются в материнской любви и пытаются преодолеть установленные границы — желают участвовать в семейных встречах, но по-прежнему вынуждены защищаться.