Цитаты из книг автора «Павел Басинский»

Обладать «исключительными правами» на такого человека было нельзя. «Не делиться» со всем миром было нельзя. Нужно было смириться. Нужно было договариваться с Чертковым. Нужно было согласиться стать одной из фигур возле великого старца. Невзирая ни на что. Ни на 9 детей. Ни на хозяйство. Ни на собственное уязвленное

К началу 1890-х годов Толстой перерастает самого себя. Он уже не был просто мужем и писателем. Толстой становится колоссальной духовной величиной, влияние которой в России сопоставимо только с властью царя и православной церкви. Его мировой авторитет не только в Европе и Америке, но и на Востоке, в буддийских, индуистских, мусульманских странах, растет, как снежная лавина. Он превращается в философа уровня Лао-цзы и Конфуция, Шопенгауэра и Ницше.

спутницы великого писателя, и странное ее желание доказать публике, что не она является героиней этой вещи, раз сама продвигает ее в печать, и что-то еще, о чем мы можем только догадываться. Результатом разговора с Александром III было не только то, что она добилась разрешения продажи XIII тома, но и то, что император согласился стать личным цензором Толстого. С.А. считала это своей победой. Ее мужа это глубоко возмутило.

История публикации повести едва ли не драматичнее, чем история ее создания. Дело в том, что жена Толстого ненавидела эту вещь. Именно так, здесь не подберешь более мягкого слова. Тем не менее именно она сделала всё возможное и даже невозможное, чтобы эта повесть увидела свет. Поездка жены Толстого в Петербург и ее встреча с императором в апреле 1891 года в связи с наложением цензурного запрета на XIII том собрания сочинений подробно описана С.А. в ее дневнике и даже выделена в отдельный рассказ под названием «Моя поездка в Петербург». И сегодня читать это произведение пера жены Толстого невыносимо тягостно. Тут сошлось всё: и страх за семью, и денежный расчет, и тщеславие

История публикации повести едва ли не драматичнее, чем история ее создания. Дело в том, что жена Толстого ненавидела эту вещь. Именно так, здесь не подберешь более мягкого слова. Тем не менее именно она сделала всё возможное и даже невозможное, чтобы эта повесть увидела

Проблема была в несчастливом XIII томе! Именно с выходом этого тома вдруг обнаружилось, что никак не получается разделить творчество Толстого на «до 1881 года» и «после». Это легко сделать в голове, но не в практике книгоиздания. Широкой публике наплевать на тонкости понимания Толстым эволюции своего творчества. Публика жаждет новинок, сенсаций. Сенсацией XIII тома являлась «Крейцерова соната».

этим статусом-кво. Почему же в начале 90-х он снова поднимает этот вопрос, явно понимая его болезненность для жены?

Итак, в 1883 году он передал литературные права жене. Заметим, что Толстой сделал это тогда, когда по совести уже не считал себя вправе получать доход от творчества, как и от своих имений. Таким образом, Толстой перелагал «зло» литературной собственности на плечи жены и до начала 90-х годов соглашался с

купанием Элен Курагиной в ванной. Жена убедила его, что эта сцена не позволит рекомендовать «Войну и мир» для прочтения юношам и девушкам. Отказ Толстого от литературных прав был посягательством не только на материальную, но и на душевную собственность жены. Во всяком случае, она восприняла это как личное оскорбление.

Всё значительное, что было написано Л.Н. до духовного переворота, за исключением автобиографической трилогии и «Севастопольских рассказов», писалось при непосредственном участии С.А. Она была и переписчицей, и советчиком, и даже цензором своего мужа. Так, по ее настоянию он исключил из «Войны и мира» откровенную сцену с