Мария не сводила взгляд с руки Вадима. Теперь ее волновал лишь кульминационный момент.

Ювелир разжал кулак. На ладони мирно красовался своим великолепием, темно красный, необычайно пронзительный рубин. Несмотря на свой черноватый и мрачный оттенок, камень блестел ярче утреннего солнца в долине озерных скоплений. Причиной этому послужила тщательная шлифовка, которую произвел ювелир, с должной, словно отцовской заботой.

– Какое чудо! – Пришла в младенческий восторг Мария. – Этот камень теперь благородных кровей. Это точно! Как Вы его преобразили. Но почему Вы выбрали первым украшением брошь? А рубин покоился в кармане до нужного момента? Какая здесь связь?

– Связь есть всегда! – Тихо ответил Вадим. – Настоящее, это то, что есть на самом деле. Оно задает эскизы для будущего. Конечно, прошлое может влиять на настоящее, но только если Вы в нем застряли своими помыслами. А так, – настоящее все исправляет и преобразует. А теперь я переведу все это в доступную для Вас картину вещей. Посмотрите на брошь. Внутри главного рифленого овала, красуются маленькие лапки, это не простое творение художника, а самое что ни на есть – техническое решение, – это крепление этого самого рубина.

Мария приложила камень к золотому украшению и обомлела от удивления. Слов не было. В голове проносились только мольбы о скорейшем воспоминании тех лет.

– Эта брошь досталась Вашей маме от ее мамы, Вашей бабушки. – Словно в трансе заговорил пугающим голосом ювелир. – Когда Вы были маленькой девочкой, но достаточно смышленой, чтобы осознать эмоциональную связь Вашей мамы и украшения, по случайности камень выпал из глухой закрепки. В тот день Вы приняли к сердцу ту боль и тот ужас, который наполнил Вашу маму. Она очень переживала по этому поводу, но из-за своей суеверности не стала исправлять этот казус, оставив украшение раздвоенным, словно свои мечты и надежды. Это передалось и Вам, но настолько сильно, что Вы запихали эти переживания в самые отдаленные части Вашей памяти, практически забыв общую боль. Это событие было пустяковым, но оставило тайный отпечаток в сознании. Именно поэтому многие люди страдают, от, казалось бы, обычных и незначительных переживаний, так яростно и стихийно, не пытаясь понять, что все это глупо и нелепо. Чувство не нужно избегать, боясь его влияния! Только сам человек влияет на свои эмоции, и никак иначе! – Испытал, разобрал в себе, и понял, что все это пустяк и лишь очередное событие для размышления. Даже горесть потери кого-либо имеет свой обдуманный момент. Когда сила и необходимость жить дальше для себя и окружающих является главенствующей мыслью бытия!

– Да. – Сказала Мария, приняв истину слов. – Мамочка так убивалась по этому поводу, не понимая простой и понятной мудрости: «Золото стирается, камни теряют свой блеск, а душевное спокойствие бесценно всегда!» Жаль я не была тогда одной из героинь мечтательного романа, где маленькая дочь говорит своей маме, что это всего лишь пустяк, когда вокруг любовь близких!

– Так скажите это сейчас! – Утвердительно, но доброжелательно произнес ювелир. – Мысли и слова как энергия, всегда доходят до назначения. Ничего не исчезает бесследно, главное знать в какое русло все это направить.

– Милая моя мама, родненькая моя! – молитвенной интонацией заговорила Мария. – Все это лишь милая случайность. Маленький инцидент, который мы легко и непринужденно прожили. Все как никогда замечательно. Я тебя очень люблю, и знаю, как тебе сейчас спокойно и легко. А метал я переплавлю в новую жизнь, в светлое и только зарождающееся. Старая боль ушла. Ужас превратился в любовь!

Женщина улыбнулась. Ей раньше и в голову не могло прийти, что так легко отпускать старые заплесневелые переживания.

– Вы волшебник! – С пронзительной благодарностью сказала Мария. – Все так гармонично преподнесли мне: воспоминания, правду, нелепость ситуации, и точную хронологию событий. Мне даже не интересно, как Вы все это делаете, я просто верю в доброе начало мира.

Позволив оправиться от ярких впечатлений, ювелир стал доставать одно за одним украшение, проговаривая соответствующее чувство, напоминая события тех времен. Женщина знакомилась по-новому с теми переживаниями. Но ее сердце в этот раз радовалось и пело от ощущения легкости и безмятежности. Она отпускала одно чувство за другим. И это было не замысловатое стирание ненужной информации с носителей памяти, а простой ритуал поднятия настроения. – Милое действие, где человек сам себя лечит от непонятого и навязанного.

– Мы всегда остаемся детьми. – Пояснил Вадим. – И даже в зрелом возрасте нам необходимо объяснять, насколько все проще и лучше в этом мире. Есть одно «Но» – Взрослые, мы не хотим слышать чьи-то банальные разъяснения по поводу простоты жизни, ведь мы такие все серьезные и невозмутимо умные. Именно поэтому так важно учиться разговаривать с собой о простом и обыкновенном. О том, как важно радоваться – просто так и не огорчаться от того, что можно исправить, а если нельзя, то всегда можно начать заново!

Мужчина поднял десятое по счету украшение, это были маленькие сережки, невзрачные на вид для непосвященного зрителя. Но проделанная работа в поиске величия в простом, раскрасила эти крохи красками чьей-то упоительной мысли, изяществом обычного человеческого счастья. Собеседники наслаждались скульптурами вечности по-новому, – без мнения и анализа, без привязывания стереотипов и разновидностей одобрения.

Пропитанная лаской комната и все находящиеся в ней, лицезрели красоту. Милую, обычную и оберегающую спокойствие сердца, – то, что есть на самом деле перед глазами.

– Мне вспомнились строки из стихотворения Тютчева Ф. И. – Задумчиво сказал Вадим – Оно, как нельзя лучше опишет тот восторг личного восприятия, который не передать другому человеку:

…Как сердцу высказать себя?

Другому как понять тебя?

Поймет ли он, чем ты живешь?

Мысль, изреченная есть ложь,

Взрывая, возмутишь ключи,

– Питайся ими – и молчи…

Мария зажмурила глаза. Ей было настолько приятно от тонких и точных совпадений в словах, в событиях и действиях, что она представила себя маленькой девочкой, которая искренне радуется тому, что познает мир, взглядом любознательности и добродушия.

– Эти сережки в прошлом олицетворяют презрение. – Вдруг томный голос Вадима растворил воздушную беспечность Марии. – Думаю Вы уже вспомнили, но я проговорю этот случай для Вас. В возрасте десяти лет, Вы были стремительным ребенком. Это рвение вперед заключалось в юной жадности постижения внутренних талантов. Как и все существующие дети, в отличие от взрослых, Вы не боялись открывать в себе месторождения драгоценных ископаемых – разновидностей вдохновения. Вам не стыдно было петь, танцевать, рисовать, писать, что придет в голову. Вы открывали миру все свое заветное и упоительно интересное. Вас еще не заботили предрассудки взрослого и глупого разума, о том, что как-то не так, не по правилам, не грандиозно, «ВОЗМОЖНО НЕ ПОЛУЧИТСЯ, ТАК КАК ТЫ НЕ ИЗБРАННАЯ». Вы создавали свою историю бытия, – раскрывали интересы души! Вечером, когда Ваша мама занималась делами на кухне, Вы скромно подошли к ней и попытались показать танец, то волшебное действие, которое придумали сами. То, во что вложили душу. Какова же была великая скорбь Вашей души, когда Ваша горячо любимая мама, искривив гримасу отправила Вас прочь. Не желая даже краешком глаза взглянуть на творение маленькой принцессы, так старавшейся показать свою любовь, не общепринятыми объятиями и поцелуями, а нежным и проникновенным танцем Божественной крохи. Вы убежали, заплакали, сильно расстроились и затаили обиду. Она не засела глубокими шрамами на поверхности Ваших мыслей, обида спустилась в сердце, отдавая распоряжение разуму – больше никогда не заниматься такой глупостью, как танцы. Тем более, если они так невероятно злят маму, – самого дорогого человека на свете. Здесь нет ничьей вины. Ни Вашей личной, что усомнились в себе за грубость жизни. Ни Вашей мамы, которая перед самым Вашим приходом к ней, поранила мочку уха, этими самыми сережками, когда-то невероятно ценными для сердца, но ненавистными теперь, из-за маленькой неловкости. Она сняла их и швырнув в шкатулку, на долгие годы, испытав к ним презрение, за личную телесную боль, за обиду на ряд непонятных обстоятельств, сопровождающих это событие, за то, что грубо рявкнула на Вас. В последствии она сожалела. Но даже не попыталась с Вами об этом поговорить. Поговорить и разъяснить, что не со зла. Что причина банальна и очевидна – обычная телесная боль. Думая, что в силу своего возраста, Вы все забудете также быстро, как все это случилось. Она и представить себе не могла, что эта глупая оплошность, эта мимолетная эмоциональная слабость, сможет навсегда перечеркнуть стремление быть талантливой и вдохновленной.

Вадим замолчал, будто прочувствовал всю горечь несправедливости эмоционального разума человека. Нелепость ран от чувств, которые даны свыше!

– Как печально, что нас не учат дублировать обидное себе, только что сказанное кому-то. – Продолжил ювелир. – Это позволило бы понимать, – как можно обидеть хрупкую душу, сказав что-то просто так. Но всегда есть выход, – стоит только успокоиться от непроизвольного гнева, подойти с доброй улыбкой, объяснить, что не со зла, тогда можно изменить все в этом мире. Можно пролить свет на мрак и вернуть любовь к тому, что человек ценит и боготворит. И как прискорбно, что нам не преподают предмет под названием «причина и следствие», где раскрывается главное изречение: «Ваше горе, люди, как следствие обиды на внешнее, – есть порождение лишь внутренних причин». Кто виноват, что он не стал поэтом? Кто виноват, что она не стала стюардессой? Кто-то, что-то сказал или сделал, – это всего лишь отговорки. Это жалкие отмашки лени и неверия в себя.

Мария заплакала. Но ее слезы сопровождались открытой улыбкой. Она вздымала глаза в небеса, посылая свое нежное понимание, свою любовь.

– Все хорошо! Все просто отлично! – Всхлипывая от перемешанных чувств любви, радости и счастья, прошептала женщина. – Мы еще мамочка с тобой станцуем. И каждый шаг будет посвящен нашей любви.

Мария с легкой душою положила сережки ко стальным украшениям.

– Все на переплавку! – Подтвердила она. – К новой жизни! К новому счастью!

Осталось одно колечко. Оно скромно лежало на тряпке, некогда являвшейся свертком. Женщина поднесла его поближе и улыбнулась.

– Это колечко не отшлифовано, как и мое недавнее чувство отвращения на все, что я слышала в начале Ваших историй. – С кротким дуновением лояльности и терпимости, сказала Мария. – Про обиду, про десять чувств, которые находились всегда во мне, но действовали лишь подсознательно, так как я их боялась признать в себе. Замыленное и потемневшее отвращение к тому, что необходимо признать и отпустить.

Женщина подняла кольцо вверх. Она ликовала и теплела в сердце надежду на правильность ее пути.

– Вы были правы во всем! – Продолжила женщина. – Так филигранно проиграть мои чувства, смогли бы только Вы. Десять отшлифованных украшений, как символ принятых, разобранных и отпущенных мною чувств. И одно нетронутое, – чувство, пережитое сейчас, в данный момент, без особых напутствий и наставлений. Словно сама жизнь учит меня изнутри. Я отпускаю отвращение в кучку старого и пройденного. Я буду следовать дальше. Буду знать наверняка, что где-то рядом полное осознание тайн своего бытия.

Мария положила кольцо к остальным безделушкам. К бывшим ярлыкам уныния и озабоченности. В кучу прошлого и ненужного. Она знала, что еще много предстоит пройти, но окончательный результат уже крутился у нее на устах. Ей был важен лишь полный обряд очищения, что позволяет ей сейчас идти к своей мечте. Мечте – просто быть!