Отзывы на книги автора «Оскар Уайльд»

11.10.2024. Кентервильское привидение. Оскар Уайльд. 1887 год.
В ветхое английское поместье, пропитанное старыми тайнами и легендами, прибывает семья Отис — прагматичные американцы, не верящие в призраков и потустороннее. Но их новая обитель хранит древний секрет: дух сэра Симона, обречённый на вечное скитание из-за греха, совершённого столетия назад. Привидение пытается напугать новых хозяев, используя все свои устрашающие трюки, но сталкивается с их невозмутимостью и даже насмешками. Зловещие стоны и зловещие тени превращаются в комические сцены, где старые методы оказываются бессильны против современных взглядов. Однако встреча с юной Вирджинией, в чьём сердце находится место для сострадания, меняет всё: именно ей предстоит помочь призраку найти покой и покинуть мрачные стены замка навсегда.
«Кентервильское привидение» — это уникальная смесь готической мистики и острой сатиры, которая ловко обыгрывает клише жанра. В центре сюжета — столкновение старинного британского аристократизма, представленного духом сэра Симона, и прагматичного американского подхода семьи Отис. С одной стороны, мы видим старинный замок, его мрачные коридоры, шепоты веков и скрипящие двери, а с другой — сдержанную реакцию Отисов, которых пугающие фокусы привидения скорее забавляют, чем ужасают. В этом контрасте между прошлым и настоящим, Оскар Уайльд выстраивает свою тонкую комедийную линию, заставляя задуматься о столкновении культур и ценностей.
Стиль повествования живописен и остроумен, наполнен характерной ироничностью. Описания дома и его обитателей вызывают ощущение погружения в старинный мир, а многочисленные комичные ситуации придают тексту лёгкость. Автор умело использует язык, чтобы создать атмосферу, в которой соседствуют страх и юмор, традиция и прогресс. Сэр Симон в своей роли трагического духа обнажает ту тщетность, с которой он пытается сохранить мрачный ореол, в то время как Отисы методично разрушают его планы своими рациональными взглядами.
Тематика произведения затрагивает вопросы восприятия традиций и их значимости в новом мире. Древний дух, вынужденный смириться с безразличием своих новых соседей, становится воплощением ускользающей эпохи. Но через диалог с юной Вирджинией возникает идея о возможности примирения прошлого с настоящим, о том, что даже старые грехи могут найти искупление, если проявить сострадание.
«Кентервильское привидение» остаётся ярким примером литературного мастерства, которое превращает банальную историю о привидении в тонкую сатиру на человеческие предрассудки и культурные стереотипы. Это произведение заставляет улыбаться, но и задумываться о силе сочувствия и примирения, не теряя своей магической притягательности и очарования.

Какой главной вывод можно сделать после прочтения исповеди Уайльда? Такой, что каким бы подонком ни был человек, если он задевает определенные струны души, от него можно впасть в зависимость. Как мне кажется, такой зависимости особенно подвержены женщины. Но, судя по этому посланию, и тонко чувствующие мужчины тоже. Тут конечно большую роль сыграла и сама по себе личность Уайльда. Гений ничего не делает в полнакала, поэтому если и зависимость, то полная.

В самом начале послания Уайльд заявляет что винит в своем заключении себя и только себя. И с этим утверждением, думаю, согласилось бы большинство читателей. Прославленный писатель не только потерял голову как мальчишка, но и жил без нее на протяжении многих месяцев, пока это не привело к тюремному заключению и полному разорению.

Сразу же после признания вины Уайльд перешел к обвинениям своего так называемого друга Бози. Боже, да эта книга наполовину состоит из обвинений, которые тошно читать! Уайльд опустился до того, что подсчитал сколько именно фунтов тратил на своего приятеля. Он опустился до поливания грязью семьи своего визави, отца и вообще всего рода. Я словно невольно оказался свидетелем классической обывательской супружеской ссоры. Бррр... В общем, безусловный мастер слова и гений Оскар Уайльд, как мне кажется, повел себя далеко не как джентльмен.

Уайльд видимо понимал свою зависимость и ничего не мог с собой поделать. Письмо пропитано болью, злостью, но и нежностью тоже. Тюрьма должна была отрезвить Уайльда, он был близок к настоящему религиозному катарсису, как казалось в середине книги. Но в конце стало ясно что катарсиса не будет и Уайльд так и не освободился из капкана. Если мы изучим биографию писателя, то узнаем что по выходу из тюрьмы Уайльд встретился с Бози и прожил с ним еще пару лет...

Исповедь Уайльда интересна не выяснением отношений. Она интересна классическими Уйальдовскими афоризмами, наблюдениями и остротами. Больше всего меня привлекли размышления Уайльда о Христе, Христианстве и религии вообще. О страдании и смирении. Индивидуализме и, конечно же, о искусстве...

П. С. Кто куда, а я, с некоторой настороженностью, смотреть фильм «Уайльд» 1997 года с молодым Джудом Лоу в роли Бози.

Читая, ощущаешь себя так, словно тебя впустили в чужую душу, вытащив наружу всё то, что обычно занавешивают, скрывая за семью печатями. Было несколько неловко чувствовать себя случайным свидетелем чужой драмы.

У меня осталось двоякое впечатление от прочитанного. С одной стороны, прониклась историей Уайльда, сочувствовала ему всей душой, не с тем человеком он связался и, конечно, не заслужил того, что за этим последовало. Насколько же циничен был этот суд, словно он единственный, кто состоял в связях, неодобренных обществом. Как минимум, почему там не было того же Альфреда.

С другой стороны, не понимала его слабохарактерности, как он так долго позволял юнцу вытирать об себя ноги. Даже если это была такая любовь, слепая или болезненная, то себя любить необходимо больше. Насколько же токсичными выглядят такие отношения, от которых следовало бежать без оглядки.

Альфред же вызывал один лишь негатив, даже поражаешься, что бывают такие эгоистичные люди, которые заботятся лишь о себе. Приходят, когда угодно, уходят также, транжирят чужие деньги, устраивают истерики и закатывают скандалы, делая вид, что так надо и после даже не извиняются, ожидают, что рядом с ними будут в горе и болезни, но сами бегут как от чумы, если это требуется от них самих.

Его мать не лучше, повесила свои промахи и ошибки в воспитании сына на чужого человека, обвиняя его во всех смертных грехах, зная, что за человек её сын. Слабая во всех смыслах женщина, которую даже как-то и не жаль. Ей не хотелось ссориться с сыном, объясняя ему элементарные вещи, поэтому ей проще было не замечать ничего. Про отца вообще молчу, такой же кадр, как и сыночек.

Ужасная, неприятная семейка, вызывающая отвращение и негодование. И как только Уайльда угораздило с ними связаться и не сбежать сразу же. Почему его блистательный ум ему не помог? Такой талант пропал, скинутый на самое дно общество. Безумно жаль. За Оскара горько. Нет слов, дабы выразить обуревающие меня чувства, читая о его жизни.

Лишь в который раз восхищаюсь его слогом, тем, как красиво и изысканно он строит слова в предложения – изречения, острые, словно бритва и всегда разящие в цель. Их великое множество и хочется растащить на цитаты. И кто знает, сколько Уайльд бы ещё написал, не случись с ним эта роковая дружба. Жаль, что мы так рано потеряли такого гения(.

Осторожно: спойлеры.

Мне приходилось слышать мнение, что самое яркое произведение о страсти — это "Лолита" Набокова. Не уверена. "Саломея" всегда казалась мне более сильной в этом плане, может быть, потому что краткость формы превращает воспеваемую страсть в ядовитый концентрат, капающий на читателя прямо сквозь страницы.

Читать на французском и английском было несколько трудновато, потому что Уайльд не скупился на изощрённую лексику, а с англо- (и тем более франко-) язычными цитатами из Библии у меня всегда было туго. Но это всё-таки не тот случай, когда язык оригинала передаёт нечто большее, чем перевод. Крошечная одноактная пьеса, вот мы только встречаем героев, а вот уже Саломея танцует свой порочный танец семи покрывал. Три главных персонажа, которые переходят друг в друга: страсть, похоть и луна. Страсть Саломеи — молния, столб пламени, не терпящий препятствий на своём пути, ради этой мимолётной страсти она готова пожертвовать любой жизнью: жизнью влюблённого в неё сирийца, жизнью объекта страсти, своей жизнью. И смерть её очень символична — не от меча, а от того, что служит для защиты. Похоть Ирода — это бурлящий котёл страхов, комплексов и самодовольства. Похоть Ирода труслива и страшится настоящей страсти. А луна в этот вечер — просто свидетель, предвещающий каждому именно то, что он хочет видеть.

Наверное, для меня это самая сильная вещь Уайльда. "Портрет..." хорош, но его занудный темп подходит не каждому. Новеллы и сказки прекрасны, но, как утверждала одна моя знакомая, после них "хочется пойти и непременно удавиться". Это же плотный рассказ о чём-то одном, в нём нет ничего лишнего, а на первый раз (без спойлеров, конечно), он потрясает. Хочется читать его вслух, медленно, проговаривая все слова героев и пытаясь понять, что же они творят и почему...

Если бы я не знала, что пьесу написал Оскар Уайльд, я никогда не опознала бы автора. В ней и близко нет блещущего остроумия "Идеального мужа" или «Как важно быть серьёзным», поэтичной меланхолии сказок или парадоксальности «Дориана Грэя».
Собственно, сюжет предельно прост: Саломея, падчерица царя Ирода, соглашается танцевать для него при условии, что он выполнит её желание, и в итоге требует голову томящегося в плену Иоканаана (читай Иоанна Крестителя).
Согласно официальной версии Саломею науськивала её мать, которую темпераментный пророк клеймил по-всякому. Согласно Оскару Уайльду, это была месть отвергнутой женщины – Саломея возжелала пророка, он, понятное дело, не поддался, за что и поплатился. О, женщины, вам имя вероломство!
Что же есть хорошего и по-настоящему интересного в этой крохотной пьесе? Во-первых, атмосфера. Постепенное нагнетение напряжения, нависшая угроза, сводящая с ума луна – символ недостижимого. Поневоле вспомнишь «Калигулу» Камю. Во-вторых, и в главных, мысль о том, что любое стремление к недостижимому имеет в основе искушение и всегда кончается трагедией, как для самого безумца, так и для окружающих. В этом контексте довольно любопытно взглянуть на пьесу Уайльда как на предтечу экзистенциальной драмы.

Давно было интересно, как же Уайльд трактовал в своей пьесе известный библейский образ. Люблю изящный язык автора, поэтому читать планировала на английском, параллельно разглядывая классические иллюстрации Обри Бёрдслея. И каково же было моё удивление (и степень невежества), когда перед самым знакомством я вдруг выяснила, что оригинал-то пьесы на французском! А на английский переведён небезызвестным лордом Дугласом. Пришлось обращаться к Бальмонту.

В 21 веке, конечно, уже ничего скандального в пьесе не видишь. Любопытная трактовка, только и всего. Ну да, Иоанн Креститель здесь не тихий и святой мученик за веру, а надоедливый обличитель порока всего и вся. Саломея же действует не по чужой указке, а полностью самостоятельна. Та самая роковая женщина, femme fatale, чей образ был столь притягателен для деятелей Серебряного века. Она и испанская цыганка vice versa, и японский монах со своеобразной трактовкой прекрасного. Её желание красоты губительно, а сама её красота смертоносна. Саломея очаровательна как луна и страшна в своих желаниях. Она оскорбляется, соблазняет, ловит на слове, мстит и пугает. И она кажется маниакально сумасшедшей, окружённой такими же сумасшедшими.

De Prófundis — письмо-исповедь, написанное Оскаром Уайльдом в Редингской тюрьме, обращённое к лорду Альфреду Дугласу, из - за которого он, собственно говоря, и оказался в тюрьме.
Наверное, ни одно из ранее прочитанных мною произведений, не вызвало такое чувство раздвоения. С одной стороны, это произведение - шедевр! Отличный слог, богатый словарный запас, изящные фразы. Ах, как он умеет подобрать правильные и точные слова, какие эпитеты! А вот с другой...50 000 слов жалоб и стенаний. Мне кажется, далеко не каждый человек способен дочитать такое до конца. Сколько раз я бросала книгу, а затем возвращалась к ней снова и снова. Да, Уайльд вложил в эту исповедь всю свою боль, всю свою душу вывернул наизнанку. Вместе с рукописью он заново прожил свою жизнь. Читать это было невероятно тяжело в моральном плане. Было ощущение, как-будто подглядываешь в замочную скважину. Эта книга буквально встряхнула меня и вывернула наизнанку.

При всей моей любви к сказкам — я имею ввиду не классический детский «сказочный» возраст, а вполне уже взрослое состояние, когда был период тотального чтения сказок всех времён и народов (и собирание сборников сказок в личную домашнюю библиотеку), — творения Оскара Уайльда прошли мимо меня. Ну, разве что мультик про Розу, кажется, смотрел. В общем, дыра. А дыры надо латать.

Дальше...

Аудиоспектакль, записанный на радио три четверти века назад и затем тиражированный в виде грампластинки. Соответственно и могучие актёрские имена — Мария Бабанова, Михаил Царёв, Евгений Самойлов… Что сразу прибавляет интереса к постановке.
Ну и сюжет, безусловно, сказочный, но и не без морализаторства и назидательности. Ну, на то она и сказка, чтобы был в ней «добрым молодцам урок».

Это моя первая книга на английском, которую я прочитал в оригинале, без адаптации текста. Правда текст этих сказок, не очень сложный, вполне читабельный при моём нынешнем уровне.

Сами сказки довольно мрачные. Я не читал других произведений у автора, но, видимо, у него такой стиль. Но хоть сказки и мрачные, но они заставляют задуматься по той или иной теме. Я бы ещё назвал их философскими сказками. Когда читал сказку "The Selfish Giant", в голове вдруг возникла картинка, вспомнил, что когда-то в детстве я видел мультфильм по этой сказке, не помню правда чьего производства.