Мевлют понял, что смотрит на город под тем самым углом, который был и на вершине холма, куда отец водил его, когда они только приехали на Кюльтепе. Сорок лет назад отсюда были видны окрестные холмы с фабриками, а еще лачугами гедже-конду, стремительно заполнявшими холмы снизу доверху. Все, что видел Мевлют сейчас, – это океан блочных многоэтажек различной высоты. Окрестные холмы, прежде выделявшиеся огромными опорами линии электропередачи, теперь полностью потерялись под тысячами высотных жилых домов и небоскребов, совсем как старинные речушки, которые некогда бежали через город, а ныне были позабыты вместе со своими именами, скрытые толстым слоем бетона и асфальта. Теперь Мевлют лишь с большим трудом мог разобрать очертания старых холмов: «Здесь, должно быть, Октепе, а это минареты мечети на Хармантепе».