Глава XXIII

Мавзолей пророка Даниила, Самарканд

17 марта 2035 года, 21:50 по ташкентскому времени

Меня тошнит от этого места.

Не от страха или нервов. От брезгливости. Из непреодолимого чувства исторической фальши, скользящей по мрамору, как брошенный шелк.

Самарканд – политическая столица мира. Что за бред? Что за уродство?

Город, чей золотой век закончился до того, как Колумб ступил на берег Сан-Сальвадора. Страна, что недавно ещё входила в списки на международную помощь, теперь диктует логику безопасности сверхдержавам. Это извращение истории. Это порча.

Да, здесь были империи. Селевкиды, Чингиз-хан, Тамерлан… Но где они теперь? Истлели. Рассыпались, как их мавзолеи. А что осталось? Пыль. Мифы. И претензии.

Когда пыль насаждает истину – значит, кто-то отдал перо истории не в те руки.

Меня зовут… неважно. Я был лордом. Да, был. Мои предки стояли рядом с королями при Нейзби и Деттингене, сражались при Ватерлоо. Один из них сопровождал в изгнании Карла Второго, другой – командовал в Ипре. Мы творили будущее не пером, а шпагой. Мы строили линии снабжения от Калькутты до Кейптауна, когда предки этих «делегатов» ещё бегали за крысами на базарах.

Я наследник четырёхсотлетнего рода. Сын Империи. И я помню, как она звучала. Моё детство прошло в стенах поместья, где каждый портрет был памятью о завоевании. Я окончил Сандхёрст с отличием. Флот Её Величества принял меня как сына. Я служил на Argyll и Ocean. Получил звание капитана. Потом – рыцарство. Лично от короля.

Я помню тот день. Его рука была сухой, но твёрдой. Он сказал: «Империя – это ответственность, сэр Харгривз». Да, вот оно. Моё имя. Больше ни к чему скрываться.

А потом всё рухнуло.

Сначала – Канада. Американцы просто пришли и забрали её. Без объявления войны. Без боя. Без позора – даже на это мы не решились. Мы позволили. Мы. Бывшая империя.

Потом – республика. Не свержение. Не путч. Ни шанса на защиту с оружием в руках. Просто референдум. Какая пошлость. Какое унижение. Миллионы арабов, индусов и афганцев. Те, кого мы называли подданными, стали нашими судьями. Они пришли и проголосовали за ликвидацию монархии. Как раньше – за Brexit. А мы подчинились.

Меня больше не называли лордом. Я стал «гражданином». Гражданином Британской Республики – этого убогого симулякра. Пустышки, состоящей из комитетов, налоговой и жалких лозунгов. Сити обвалился почти сразу: настоящие банкиры улетели в Нью-Йорк, всё остальное скупили по дешёвке китайцы и саудиты. Букингем и Вестминстер теперь всего лишь здания. Наши санкции – бумажные хлопушки. Даже в Брюсселе нас считают младшим партнёром – не державой, а её тенью. Мы зависим от импорта и квот. Вся наша энергетика – чьё-то подаяние.