Цитаты из книги «Гобсек»

Беден он был или богат? Никто не мог бы ответить на эти вопросы. Я никогда не видел у него денег в руках. Состояние его, если оно у него было, вероятно, хранилось в подвалах банка.

В золоте сосредоточены все силы человечества.

Вот поживете с мое, узнаете, что из всех земных благ есть только одно, достаточно надежное, чтобы стоило человеку гнаться за ним, Это… золото.

Вы глядите на горящие головни в камине и видите в огоньках женские лица, а я вижу только угли. Вы всему верите, а я ничему не верю.

У меня вот принципы менялись сообразно обстоятельствам, приходилось менять их в зависимости от географических широт.

Пусть поплавает по волнам парижского моря. А когда станет искусным лоцманом, мы его в капитаны произведем.

Это образец странствующего рыцаря нашего времени, – странствует же он по салонам, будуарам, бульварам нашей столицы, это своего рода амфибия, ибо в натуре у него мужских черт столько же, сколько женских.

А фамилия у него по воле случая, который Стерн назвал бы предопределением, была весьма странная – Гобсек.[2]

И я прочел на его лице всю будущность графини. Этот белокурый красавчик, холодный, бездушный игрок, разорится сам, разорит ее, разорит ее мужа, разорит детей, промотав их наследство, да и в других салонах учинит разгром почище, чем артиллерийская батарея в неприятельских войсках.

К вечеру человек-вексель становился обыкновенным человеком, а слиток металла в его груди – человеческим сердцем