Это не Женя. Во-первых, он слишком рациональный для таких спонтанных поступков. Во-вторых, муж мое агентство не цветами, а бензином бы облил и спичкой чиркнул.
Что тебе нужно от меня? Чего ты хочешь?
– С тобой быть хочу.
– Ты что, в любовники ко мне набиваешься? – и рассмеялась нервно. Это действительно звучало весело.
– Нет, я не буду делить тебя с другим мужчиной.
– Другой мужчина вообще-то мой муж!
– Надеюсь, это ненадолго.
– Сногсшибательная наглость! – воскликнула Дина. – Ты вообще… вообще ненормальный!
я хотел знать, что чувствует Дина. Любит. Или нет. В «нет» не верил. Она могла забыть, как у нас было, но я напомню. Не в обиду ее мужу, но это моя женщина, и я буду за нее бороться.
А если рядом с Диной появится мужик, плевавший на ее семейное положение? Она же не устоит. Натура, как и у большинства женщин, блядская. Сущность у них такая, что тут скажешь. Я свою красавицу и поэтому в том числе в ежовых рукавицах держать пытался. Чтобы никаких соблазнов не было. Сейчас ребенка заделаем и чао все, что я лично не мог контролировать.
Вам ведь уже тридцать, – сочувственно проговорила Тома, но словно очухавшись, заверила: – Но вы очень хорошо выглядите, правда-правда.
– Мне тридцать четыре, скоро на кладбище поеду, – саркастично заметила и нахмурилась. Я, конечно, все понимаю, но какого черта подпитая мадемуазель мне на возраст указывает?
Знаете, что говорит Флавия де Люс? – спросила Ника, когда мы с отцом встали, чтобы поговорить с глазу на глаз.
– Что? – спросил он с любопытством. Я перекрестился. Некоторые цитаты этой героини не в бровь, а в глаз.
Зачем вы мне это рассказываете? – нарочито равнодушно поинтересовалась. Добивался, подарки дарил, встречи подстраивал, а она, естественно, так убегала, что не догнать. Вадима оправдать невозможно, но и Зимина эта – не божий одуванчик. Иначе не кичилась бы передо мной. Зацепить хочет. Получилось. Рыжая сука.
– Я хочу просить вас о том же: не лезьте в наши отношения.
Я не выдержала и рассмеялась. Вот это юмористка! Наверное, для смеха на лобке рыжий куст посадила.
У меня юбилей третьего. Я вот лично приехал тебя пригласить с Вероничкой. Шестьдесят пять все-таки, столько народу будет, из которых две трети лучше бы не видеть!
Сахара или яда?
– Только если ты укусишь за самое сокровенное, коброчка моя.
Она очень остро на меня посмотрела, а потом спокойно спросила:
– Невеста против не будет?
Еб твою мать! Я же Вике замуж выйти предложил! Дебил! Просто дебил! Как меня мама такого родила?! Еще говорила, какой умный мальчик. Я же идиот!