– Последний спокойный день, да? – угрюмо спросил он. – Да, – хмуро ответил я. – Остается надеяться, что никто не растащит темного властелина на сувениры. А вот моего первого советника могут. Готовься, Кай.
Поэтому, когда около полуночи в коридоре раздалось бодрое: «Эрин Вестер, чтоб тебе провалиться!» – в исполнении Энтареаля, я только повернулся на другой бок и пообещал себе, что не буду тратить время в академии зря.
Эх, скучает без нас, бедный. Весь в работе, весь в делах. Некому академию поставить на уши и наградить кого-нибудь прыщами. Ничего, я вернулся. Теперь ему будет вдвойне веселее.
сердце, – растерянность. Полная и бесповоротная. Я стоял и смотрел на разгромленную комнату. Разбросанные по полу подушки с софы. Разбитое стекло в шкафу. Разлетевшуюся осколками фарфоровую статуэтку с камина. И не осознавал, что все закончилось. Враг бежал. Все узелки расплелись. Мы победили? Или проиграли?
стояла в коридоре в халате, накинутом поверх ночной сорочки. Прекрасный вид, чтобы разгуливать по общежитию. Нашла себе любовника? От кого еще идти в таком одеянии
– Хватит позорить мои седины! – распахнулось окно в общежитии, и оттуда выглянула сияющая Наариэн. – Немедленно зайдите в помещение. Нацелуетесь потом.
– Мрак, – обернулся к кошмару, – довезешь меня до академии? И грозный конь вдруг опустился, давая мне забраться ему на спину. Лави замер, раскрыв рот. Ник усмехнулся, а я покрепче вцепился в гриву, осознавая, что Мрак притушил свой огонь, пытаясь меня не ранить.
Теней все больше, и они обретают четкость. Я узнаю некоторых из них – вот хмурится отец, загородил меня плечом. Там, чуть дальше, дед. Оба старших брата. Дядя по материнской линии