Цитаты из книг автора «Ольга Савельева»

Как много правил придумали люди старшего поколения, чтобы ощущать авторство собственной жизни, и как легко они в них запутались. Запреты частоколом торчат теперь из их биографий, задевают судьбы детей и внуков. А нам хочется легкости и простоты без нелепых «нельзя». Можно, все можно. Махать. Визжать. Качаться на качелях. Будьте главными не потому, что умеете запрещать, а потому что вы старше и мудрее. И мы будем любить вас не из страха нарушить ваши запреты, а потому что вы… научили нас любить. Можно любить и без «нельзя». Иногда это даже важнее.

Дань, вот смотри, был второй шанс, – подключаюсь я. – После первого у тебя был опыт, что тратить время на вопросы неэффективно. Совсем. Что проще действовать. Искать ответы: у людей, через интернет. В кроссовках или босиком. Тут ковры везде, зачем вообще было тратить время на обувание? Сестра вон гоняет босиком. В этот раз ты всю минуту потратил на сидение на одном месте. Это как сидеть перед пятью закрытыми дверями, зная, что одна из них открыта, и думать: может, эта? Или та? А надо встать и подергать ручку. И поймешь – эта или та.

Но нельзя спасать мужчин, нельзя жалеть. Мужчина должен спасаться сам. Если ты это делаешь за него, он перестает чувствовать свою силу. Мужчина должен быть сильным и нужным, он должен ощущать, что без него не могут.

Я так хочу научиться замечать, когда я оберегаю ребенка от опасности, а когда от жизни. Я сама учусь жить без шлагбаумов, без нелепых и ненужных нельзя, и у меня не всегда получается. Я иногда срываюсь в спасательную строгость, там надежно и спокойно и можно наблюдать за тем, как другие живут полной жизнью, и ничем не рисковать. Но там, где нет этих эмоций и риска, нет и звезд, которые я пропустила из-за своих чертовых нельзя.

А до всех этих ссор мне говорили «умницу» достаточно часто. Каждый день по многу раз. И это был бензин, на котором я порхала по жизни.

Мне было ужасно жаль себя, потому что мои «лучшие годы» вдруг полетели в трубу, хотя всегда летели к перспективам.

Конечно, была страшная, душераздирающая ситуация, мы врезались в нее и распались на мелкие кусочки. Вместо того чтобы сплотиться, стали обидчиво зализывать раны, каждый свои, и ждали друг от друга спасения. А кого может спасти смертельно раненный? Ему бы себя собрать.

Мужчина – это личный бог каждой женщины. В него нужно истово верить, его нужно слушать и внимать его заповедям. Он должен быть намолен и залюблен, и тогда он будет мироточить энергией любви в адрес той женщины, которая его боготворит. Женщина расцветет и замироточит в ответ. Простая формула семейной религии. Я проповедую ее давно, с тех пор как минутная вспышка атеизма чуть не лишила меня семьи.

Кризис обнажает в нас самое неприглядное, мы становимся безжалостно честными по отношению к самим себе, видим себя насквозь и признаемся, что мы не лучшая версия себя. А уже это недовольство своими жизненными результатами влечет за собой желание оправдать свою неидеальность: и мы тут же замечаем недостатки, которые были в партнере всегда, но раньше были заретушированы любовью.

И когда уверен, что ты купил червивое яблоко не потому, что не повезло, а потому, что все червивые, то с этим проще жить. Такое искусственное торжество справедливости, и никому не обидно.