Глава 3.

Через полчаса Саша высаживает нас на стоянке у огромного торгового центра «Великий каньон». Я, вообще-то, за свою жизнь повидала немало магазинов, потому что мама последние пятнадцать лет занимается торговлей, но очутившись внутри этого – теряю дар речи.

Он спроектирован так, что магазины и бутики расположены по двум, расположенным друг напротив друга стенам высотой в пять этажей. А на дне самого каньона предусмотрена зона отдыха с обилием зелени, фонтанов и маленьких кафе.

– Круто, да? – проникает в ухо голос тети Раи.

– Ага…

– Я в Стамбуле похожий видела, только там водопад прямо из-под крыши льется.

Схватив меня за руку, тащит к панорамному лифту, а затем ведет вдоль длинного коридора, по одну сторону которого расположены бутики, а по другую – потрясающий вид на светящуюся неоном противоположную сторону и дно каньона.

Не успеваю опомниться, как мы оказываемся в магазине, где тетю Раю все знают и встречают как самую желанную гостью.

– Лика, – обращается она к одной из продавцов – консультантов, – нам надо пару платьев на эту красавицу.

И указывает при этом на меня.

– Но…

– Сейчас подберем, – щебечет радостно Лика.

Если бы это была мама, я бы без разговоров развернулась и свалила отсюда подальше. С тетей Раей я такого позволить себе не могу, поэтому, сцепив зубы, молча прохожу в примерочную.

А родительницу вечером ждет серьезный разговор.

Дальше начинается бесконечная карусель из платьев, брюк, костюмов, юбок и блузок. Я не успеваю мерить, сбиваюсь со счету и бешусь, потому что мне ничего не нравится.

Все это, во-первых, мне не идет. А во-вторых – за чужой счет.

Заметив мою кислую мину, тетя Рая расстраивается.

– Тебе не нравится?

– Непривычно…

Я терпеть не могу платья и юбки, стоило мне только их надеть, как мама при посторонних начинала акцентировать на этом внимание.

«Дашенька, какие у тебя стройные ножки!»

«Какая дочка у меня красавица!»

«Повезет же кому-то!»

Поэтому безопаснее и спокойнее я чувствую себя в джинсах и багги.

– Как я тебя понимаю! – с улыбкой качает головой мамина подруга.

Что? Понимает?..

Даже не пытаюсь сделать вид, что поверила. Для меня тетя Рая – икона стили. Эталон женственности и элегантности.

Она одинаково прекрасно выглядит как в узких брюках – дудочках, так и в вечернем платье. Отлично разбирается в парфюме, косметике и последних веяниях моды.

Как и подобает жене мэра.

– Когда-то я тоже считала, что все это, – обводит рукой вешалки с одеждой, – не для меня.

– Это не всем идет…

– Не всем, – соглашается легко, – но ты, к счастью, в их число не входишь.

– Ну, да…

В итоге, через полтора часа мы выходим из магазина с тремя объемными пакетами. Платье – шифт, юбка с блузкой для учебы и жутко модный костюм, состоящий из узких брюк и укороченного жакета.

Тетя Рая светится от счастья, я тоже делаю вид, что довольна. Скольжу взглядом по витринам и вдруг замечаю бутик с нижним бельем.

На женском манекене, стоящем у входа в соблазнительной позе комплект из черного кружева с чулками на подвязках.

У меня есть почти такой же, только без подвязок.

– Зайдем? – спрашивает она, заметив мой интерес.

Я заливаюсь краской. Зачем я вообще туда смотрела?!

Красивое нижнее белье моя слабость, мама это знает и, наверняка, разболтала Раисе Николаевне.

– Пойдем, – подталкивает она меня к бутику.

Совсем оробев, я послушно переставляю ноги туда, куда она меня ведет.

Оказавшись внутри, ошалело смотрю по сторонам. Такое разнообразие я только в интернет – магазинах видела.

Боди, монокини, корсеты, тедди. Роскошные пеньюары, комбинации и, о, Боже… кэтсьюеты и стрепы!

Чувствуя, как горит лицо, не знаю, куда девать глаза.

В торговом центре, где мама торгует обувью, ее подруга тетя Наташа имеет несколько магазинчиков нижнего белья. Я с удовольствием помогала ей, когда был большой приход товара? Задерживалась допоздна, перебирая тончайшее кружево, развешивая откровенные комплекты и наряжая манекены в соблазнительные пеньюары.

А за это тетя Наташа разрешала бесплатно выбрать что-нибудь для себя. Так в моей коллекции появились трусики – джоги и бюстье, брифы и красные стринги.

Я, наверное, больная на голову, но вместо трех модных платьев выберу одни трусики из черного кружева.

– Смотри, какая прелесть! – восклицает тетя Рая, показывая мне на белоснежный комплект с нежно – розовой оторочкой по краю.

Красиво. Но мне кажется, к ее оливковой коже больше подойдет комплект из бюстгальтера с мягкими чашечками и трусиками – шортиками лимонного цвета. Фигура позволяет.

– Мне этот больше нравится…

– Давай купим! Иди в примерочную!

– Что?.. Мне? Нет, я вас имела в виду. Мне не надо, – отшучиваюсь я.

– Думаешь? – склонив голову, задумчиво смотрит на белье.

На лице мелькает загадочная улыбка, и я вдруг понимаю, о чем она сейчас думает.

О, Господи…

– Я его примерю, а ты пока выбери что-нибудь для себя, – рукой подзывает консультанта и поворачивается ко мне, – пока не выберешь, мы отсюда не уйдем.

Чтобы успокоить ее, я решаю выбрать себе что-нибудь скромное. Трусики слипы и спортивный бюстгальтер, но когда начинаю перебирать все, что мне предлагает продавец, не могу остановиться.

Я точно озабоченная.

Приходится буквально бить себя по рукам, чтобы остановиться только на относительно скромном комплекте из черного кружева.

– Оу, прекрасный выбор, Даша! – всплескивает Раиса Николаевна руками, – у тебя есть вкус!

Я лишь пожимаю плечами, но настроение мое значительно улучшилось.

Позже, сидя в кофейне, она пересылает на мне на телефон мои фото в новых нарядах.

– Маме отправь…

– Хорошо. Спасибо, – бормочу смущенно.

– Платье тебе очень идет, – разглядывая экран телефона, проговаривает она, – можно надеть его на вечеринку.

– Какую вечеринку? – настораживаюсь я.

– А Саша тебе разве не сказал? Он хочет познакомить тебя со своими друзьями.

Мне приходится приложить немалые усилия, чтобы не расплескать кофе на белую скатерть.

– О каком Саше идет речь? – не удерживаюсь от сарказма.

О том самом, что не помнит моего имени? Или который забыл, что я уже почти три недели живу в доме его родителей?

– У них хорошая компания, – как ни в чем ни бывало, продолжает врать тетя Рая, – он познакомит тебя со своей девочкой, вы обязательно подружитесь…

На миг опустив глаза, вспоминаю ее «Санечка, я вся горю!» и невольно морщусь.

Мне кажется, я не хочу с ней дружить. И с друзьями его знакомиться – тоже. Более того, я уверена, что это даже идея не тети Раи, а моей неугомонной мамаши, мечтающей подложить меня под их старшего сына.

Остается надеяться, что сам Греховцев – младший сможет уговорить мать выкинуть эту бредовую идею из головы.

Глава 4.

Саша.

Немного пригнувшись к рулю, наблюдаю, как Алинка, эффектно виляя булками, идет к своему дому.

Оборачивается через плечо, подмигивает, посылает воздушный поцелуй.

Усмехнувшись, задираю большой палец кверху.

Класс. Впечатлила.

И это я не о жеманстве, а о виртуозно исполненном только что минете. С каждым разом все лучше и лучше. Осталось ее избавить от привычки сосать так, будто она не ела неделю и вот-вот откусит головку, и будет вообще охрененно.

Ночевать решаю ехать к родителям. Алинкины предки живут всего в трех километрах от моих, так что, тащиться сейчас в город смысла не вижу. К тому же, где накормят лучше, чем на кухне родительского дома?

Паркую тачку на подъездной аллее и захожу во двор.

– Саша!!! – визжит Маришка и несется ко мне со всех ног.

Я всерьез опасаюсь, как бы эта маленькая торпеда не вылетела с траектории полета, поэтому бегу ей навстречу.

– А-а-а!.. Попалась Маринка – мандаринка!!! – подхватываю малышку на руки и подбрасываю вверх.

Она хохочет, кричит «Еще, еще!!!».

Вообще бесстрашная оторва растет.

– А ну, иди к папе! – раздается со спины голос отца.

Я подкидываю Маришку, с батя ловит ее на лету. Обнимает его за шею и тут же лезет с поцелуйчиками. А тот цветет как майская роза.

– Здорово, – жму его руку.

– Привет, в офисе сегодня был?

– Канеш, – хмыкаю я, – кипу доков перелопатил, чуть не ослеп.

– Нашел что-нибудь?

– Нашел, отправил на переделку.

Отец одобрительно кивает. Все лето гоняет меня в юридический отдел, думает, отупею за каникулы.

Разворачивается с Маришкой на руках и направляется в сторону дома. Я иду следом.

– Тебе следующую неделю здесь пожить придется.

– Почему?

– Мы с мамой решили на море съездить перед тем, как у Кира школа начнется.

– Малые дома остаются?

– С нами едут, – смеется отец, – расслабься…

Ну, тогда, отлично. Можно будет дома тусу замутить. Алинка будет счастлива.

Целую мамину щеку и поднимаюсь к себе. Стягиваю футболку, а джинсы меняю на домашние шорты.

Падаю на кровать и открываю сообщения, которыми Алина завалила меня, пока я три минуты ехал от нее до дома.

«Уже скучаю»

«Мне все понравилось, на языке до сих пор твой вкус»

«Ммм…»

«Ты такой вкусный»

Пока ломаю голову, что на это ответить, в комнату, стукнув два раза, заходит мама. Поправляет шторы на окнах, аккуратно складывает брошенную мной в кресло одежду, а затем садится на край кровати.

– Что случилось? – спрашиваю с улыбкой.

Очевидно же, что не просто так зашла.

– Как дела? – начинает издалека, – папа говорит, ты хорошо справляешься.

– Нормально…

– С Алиной тоже все хорошо? – прочистив горло, спрашивает она.

Машинально сглотнув, прячу телефон с ее пошленькими сообщениями под подушку.

– Мам… давай, не томи.

Мама поворачивается ко мне полубоком, разглаживает покрывало на кровати.

– Познакомишь Дашу со своими ребятами?

Блин. Опять эта Маша – Даша. Какого черта мать с ней так носится?

У меня уже только при упоминании их семейки кишки сводит. С детства приходилось терпеть лицемерную подружку матери, теперь ее дочурка у нас прижилась.

– Мам, меня не впутывай!

– Саша, девочка безвылазно сидит в своей комнате…

– Кто ее заставляет? Пусть едет в город, гуляет, где хочет и с кем хочет.

– С кем, Саша? Она же никого здесь не знает!

– А я тут при чем?

– Саша! – повышает мама голос.

– Мама! – копирую ее интонацию.

Она тяжело вздыхает и отворачивается, обхватив себя руками. Типа, обиделась.

А я, типа, ведусь.

– Мам, ну как ты себе это представляешь? – сажусь и, придвинувшись, по-щенячьи кладу подбородок на ее плечо, – ты же знаешь, какие у меня друзья. Она им не понравится.

– Это еще почему? Симпатичная приятная девочка…

– Глухонемая…

– Чего?! Если она не хочет с тобой говорить, значит, ты себя так ведешь…

– Как? Я вообще с ней общался от силы пару раз в жизни.

Мама меняет тактику. Разворачивается ко мне лицом и, обняв за шею, легко массирует затылок.

– Ну, Саш, ну, пожалуйста…

Обреченно стону, а мама, почувствовав слабину, усиливает напор.

– Может, получится у нее с Алиной подружиться. Ей же с вами в одном Вузе учиться…

Черт! Черт! Черт!

– Хорошо, но это будет первый и последний раз. Если не успеет ни с кем найти общий язык за этот вечер, это ее проблемы. Нянчиться с ней я не собираюсь.

– Спасибо, сынок! Я в тебе ни секунды не сомневалась!

Я в тебе тоже, мам.

Манипуляторша.

Как только за ней закрывается дверь, я хватаю клубок из носков и швыряю его в стену.

Твою мать! Да нахрена мне это надо?!

Добровольно таскать с собой шпиона матери!

Падаю на подушки и, закинув руки за голову, пялюсь в потолок. Пытаюсь успокоиться и найти выход из ситуации.

Поговорить с этой Дашей и попробовать убедить ее самой отказаться от этой идеи?

Получится вряд ли. Если она хоть немного похожа на свою мамашу, то из кожи вон вылезет, лишь бы оказаться в моей компании. Хотя, попытаться стоит, кажется, она пуглива, как мышь.

С намерением освежиться в бассейне, переодеваюсь в купальные плавки и выглядываю в окно на задний двор. Там никого, если не считать торчащих из-под зонтика ног на шезлонге.

Ну, что ж, на ловца и зверь бежит.

Быстро спускаюсь вниз, распахиваю дверь, ведущую на задний двор, и с разбега ныряю в прохладную воду.

Кайф.

После загазованного городского воздуха и душного салона Лексуса, как глоток свежего воздуха. Доплыв до дальнего бортика, разворачиваюсь на спину и разрешаю себе поболтаться на воде в позе морской звезды.

После этого делаю еще один заплыв, вылезаю из бассейна и иду прямиком к девице, упорно делающей вид, что меня не замечает.

– Загораешь? – усевшись на близстоящий шезлонг, интересуюсь мило.

Изо всех сил стараюсь, чтобы в моем голосе не было сарказма, потому что лежит она под зонтиком, да еще в каком-то длинном бесформенном халате. Напялив очки на нос, залипает в телефоне.

Непонятно, зачем вообще сюда выперлась. С таким же успехом можно было и на кровати в комнате полежать.

– Ага…

Так, спокойно, Саня… Чувствуя, как в груди зарождается раздражение, сдержанно выдыхаю.

– Значит, хочешь познакомиться с моими друзьями?

Маша – Даша, наконец, отвлекается от своего смартфона и, слегка задрав брови, с недоумением на меня смотрит.

Ой, бл@ть, первый раз слышит, ага…

– Я?!

– Ну, ты дурочку-то не включай, – почти по-доброму усмехаюсь я, – я тебя, конечно, могу познакомить, мне не сложно, только будь готова, что ты им не понравишься.

Вижу, как глаза за стеклами очков мгновенно вспыхивают. На шее расцветают алые пятна. Тело словно деревенеет, а пальцы на ногах с перламутровыми розовыми ногтями пожимаются.

Задело ее.

– Это почему же?

Опа! Амеба-то разговаривать умеет! Значит, мне тогда ночью не послышалось.

– Не по формату.

Губы девчонки превращаются в тонкую бледную полоску.

– Так что, скажи моей матери, что сама передумала. Так будет лучше.

С этими словами, уверенный в своем успехе, поднимаюсь, встряхиваю мокрой головой так, чтобы капли забрызгивают ее ноги и, подмигнув, разворачиваюсь, чтобы уйти.

– С удовольствием познакомлюсь с твоими друзьями, – догоняет в спину.

Я ослышался? Обернувшись, напарываюсь на злой взгляд поверх очков.

Бунт?

– Я тебя предупредил, – проговариваю вкрадчиво, перед тем, как зайти в дом.

Возвращаюсь в комнату и звоню Максу, чтобы предупредить, что завтра приду не один.

– Родственница? – переспрашивает с энтузиазмом.

– Дальняя… пятиюродная сестра…

– Да ладно! – ржет он, – первый раз слышу!

– Ага, сам только узнал.

– Красивая хоть?

– Завязывай…

– Ну, какая она?