Цитаты из книг автора «Ольга Примаченко»

Утрату нельзя прочесть – ее можно только почувствовать.

Мы споткнулись, но мы не разбились, и вместо того, чтобы уходить в себя на несколько дней и молчать, – давай вместе посмотрим под ноги, поищем тот камень, снесем на обочину»

Замедляться особенно полезно тогда, когда заканчиваются силы противостоять, и из желаний – только спать, молчать и чтобы не трогали, и не надо никаких движений чувств по счету – ты закинула на баланс все, что могла, processing error.

мне больше не хочется приключений. Я хочу тихую скучную счастливую жизнь, о которой нечего рассказывать

Это время, когда не хочется встречаться с глазами с незнакомцами, ходить за покупками, продумывать, что будет на ужин. Говорить и раскрывать душу перед кем-то тоже не хочется, потому что придется рассказывать длинную историю, а сил нет, и первая же сюжетная развилка нагонит тоску от необходимости продолжать и истощит окончательно. Я называю это чувство состоянием пионерского лагеря

Потому что взрослость – это всегда про осознание цены и ценности: вещей, отношений, задач, последствий. Когда больше никто не придет и не спасет, и если ты решаешь пустить свою жизнь под откос – то вперед и с песнями. Только потом без нытья, жалоб и обид – их некому предъявлять. Перефразируя название одной известной книжки: после восемнадцати – уже поздно. Понимаешь, что взрослеешь, когда начинаешь беречь колени, правильно поднимать тяжести, досушивать до конца зимой феном волосы, радоваться, когда пальто прикрывает попу. Открываешь безыскусную прелесть обычных на самом деле вещей, чьим уродством так любят пугать в юности: колготок с начесом, теплых подштанников, хлопковых труселей. Это потом, когда спину прострелит, понимаешь, как мама была права. И уже сама высушиваешь каждый вечер ботиночки накануне, закрываешь на три оборота шею шарфом, без нытья надеваешь под свитер и гольфик, и маечку, если понадобится, а на голову не только безропотно шапку натягиваешь, но и весь капюшон.

Это – безопасные люди. Люди, которые знают цену доверию и боли, молчанию и активным действиям, словам и поступкам, уместным в данный конкретный момент. Люди, при мысли о которых не становится муторно от заранее известной реакции, годами разыгрываемой как по нотам: хмыкнуть, скривиться, уйти в нотацию, закатить глаза. Вот таким, из последних, проще не сказать, чем потом объяснять, продираясь через упреки, как через розарий, поминутно останавливаясь, чтобы перевести дух, не слететь с катушек от раздражения, выковырять шипы.

этих связях и в этих людях ценишь и бережешь не громкость имени и количество страниц в поисковой выдаче, а крепкое знание, что с ними не нужно врать. Подстраиваться под их представление о тебе, бояться из него вывалиться, не дотянуть – что отклеится ус, заблестит на жаре нос, съестся помада и некрасиво размажется по нижнему веку тушь, прости Господи.

ему, не хватает мозгов; Железным Дровосеком, потому что мне так же, как и ему, не хватает сердца; Трусливым Львом, потому что мне так же, как и ему, не хватает храбрости; и Элли, потому что я так же, как и она, ищу маковые поля, чтобы забыться.

о «если не ты, то кто, и если не сейчас, то когда».