– И если я соглашусь, ты перестанешь за мной гоняться, требовать вернуться, склонять к непотребствам, лишать еды и угрожать загадочными планами?
– Именно так.
– И повысишь Марте жалование.
– Что? Нет!
– Тогда я не согласна. Пойдем, Марта, мы опаздываем на…
И что я лично, восхищенный героизмом жены, отпустил тебя жить у нее и даже снарядил горничную.
– Ага, а перевезти умирающую тетушку в комфортабельный особняк и снарядить горничную для нее не хватило героизма, – мне даже стало обидно за выдуманную родственницу. – За что ты так не любишь моих тетушек?!
– И в чем заключается сделка? Я тебе верну супружеский долг, а ты мне простишь проценты?
– Долг я тебе прощу. В том числе супружеский. А вот проценты придется выплатить.
– Ну и чего ты хотела этим добиться? Побегала? Понравилось?
– Понравилось! Все лучше, чем сидеть у тебя, уныло пялиться в окно и размышлять, не лишат ли сегодня обеда!
– Но вообще я о твоей беготне. Что за шутки, Марго?
– Первые ростки феминизма!
– Прости?
– Я бросаю вызов неравноправию, нарушающим права женщин традициям и отношению! Борюсь за независимость и право выбирать собственный жизненный путь.