Цитаты из книг автора «Ольга Пашнина»

– Креветки, – заключил Тентен. – Креветки? – не поняла я. Обе коробки были доверху заполнены креветками. Свежими, огромными. Я так и не успела толком позавтракать и тут же почувствовала, как в животе заурчало. К верхнему ящику была прикреплена записка. Почерк я уже узнала, Камилла как-то приносила письмо от Кристиана. «Неверные мужчины извиняются конфетами. Идиоты просят прощения креветками». – Судя по всему, у нашего друга мэра осталось много ядер. – Рикард прочитал записку через мое плечо.

Вот только проще привидение воскресить, чем заставить женщину быть равнодушной.

Дрю появился ближе к утру, где пропадал, отказался рассказывать, но зато шепнул, что на чердаке, где я еще толком не разобралась, нашел коробку со старыми игрушками, среди которых был стеклянный огурец. – Давай его Рикарду подарим? – предложил призрак.

Я и желтые-то платья нашла с трудом, а уж примеряя их перед зеркалом, и вовсе засомневалась. – Коротко, – пожаловалась привидению. Но тот не дал мне даже шанса поспорить: – Норм, – изрек Дрю и улетел по своим призрачным делам.

– Сырочек! Сырочек, вставай! – Что? – Я приоткрыла один глаз. И не запустишь ведь в него ничем, призрак же! – Твой бывший копается в нашем саду. Я, конечно, не против, но вообще как-то некрасиво! Ругаясь, как портовый грузчик, я вылезла из постели. Нет, Рикард, конечно, ничего там не найдет, но каков наглец! Значит, в дом не пустили, он в огород полез? Ну сейчас себе могилу выкопает, заодно и похороним. Я с грохотом распахнула окно. – Рикард! – каким-то не своим голосом рявкнула я. – Отвали от моих огурцов! Заведи собственные! В довесок к воплю в недра заднего двора полетела туфля. Достигла она цели или нет, я не знала.

– Знаешь, у нас у всех есть скелеты в шкафах, – сказал Кристиан. – Или в огороде, – ехидно подсказал Дрю. – Я на твоей стороне, Никки. А вот твой бывший… как думаешь, следователь упустит возможность выяснить, что ты там такое прячешь на заднем дворе? Что ж, он был прав, и эта правда меня напрягала ой как сильно. – И что ты предлагаешь? – спросила я. – Давай перепрячем, пока шторм, а? Я видел, бывший свалил восвояси. Если тихонечко, не увидит. – Патлатый дело говорит, – ввернул веское слово Дрю. – Бери лопату, Сырочек, и пошли. Будет у тебя хобби, по ночам трупы закапывать. Вот весь огород перекопаешь, к соседям пойдешь. – Будешь много выступать, зарою на пляже! – прошипела я.

Я позволила завязать вокруг головы ненавязчиво пахнущее мятой полотенце. Не знаю, с чем это было связано, но от тепла стало легче и как-то уютнее. – Слушай, – подал голос Дрю, наблюдавший за манипуляциями Кристиана, – а если мы такое полотенце Рикарду вокруг причинного места обмотаем, он по бабам бегать перестанет?

– О переводе моего наказания в Азор-град? – Об отмене, глупое бисквитное ты существо.

И, как всегда в такие моменты, тянуло на мелкие пакости. Поэтому по дороге домой захватила мел и написала под вывеской, что приделал Фолкрит, очень емкий, хорошо известный всем студентам слоган: «Шоколад вдвойне вкусней, если ночью и нельзя». Пока не было народу, распихала по небольшим бумажным пакетам конфеты и печенья, на каждом из пакетов нарисовала ночь, луну и табличку в чистом поле: «Для ночного жора».

– Так, и что эта лабуда будет делать? – спросил Крин, когда из котелка, где плескалось янтарное зелье, повалили золотистые пузырьки. – Принесет удачу? Тебя за вмешательство в реальность не посадят? – Оно не приносит удачу, оно… как бы так сказать, настроение поднимает, мелкие неприятности отваживает. Конечно, если ты пошел гулять по заброшенной стройке, зелье не спасет от падения в канаву. Но, скажем, позволит не споткнуться на мостовой, даст энергии и вдохновения. – В общем, ты сварила алкоголь. Закатила глаза. Никакого уважения к таланту!