Цитаты из книг автора «Ольга Пашнина»

В твоем возрасте многие боятся того, что их ждет дальше. А уж тебя вообще все бросили. Надо пережить, Дейзи. Стиснуть зубы, всех победить и потом смеяться над теми, кто не верил, что ты способна на многое. Надо просто пережить.

почувствуй на вкус ревность. Откуси хорошенько, прожуй и проглоти

Город еще был тих, только Зевс, подрабатывающий дворником, подметал улицу. А что поделаешь? Сейчас не античность, заделал ребенка на стороне – плати алименты. Вот бедняга и работает на шести работах, чтобы содержать многочисленных отпрысков.

Тот слушал речь Орвальда с совершенно чудным выражением лица, которое я, как представительница дикого мира, назвала бы «Да не свисти!». Эдакое вежливое внимание, когда неловко ржать в открытую, но и всерьез не воспринимаешь.

К слову, удивлению нашему не было предела, когда мы поняли, что родилась девочка. Эдварду пришлось приложить массу усилий, чтобы нас оставили в покое и не требовали дать изучить Диану. Пока все складывалось довольно неплохо: я таки решила специализироваться как пожарный и даже работала до обеда один день в неделю. Серьезных пожаров, к счастью, не было, но кое-где мои способности пригодились. В зубах Клэй держал ложку, с которой пытался накормить дочь. – Слезай! – рявкнул он. И запустил в дракона маленьким пульсаром. Та крякнула и свалилась прямо к отцу в руки. Я таким поведением возмутилась до глубины души. А вот дочка, похоже, решила, что это у нее такое новое развлечение. И пошла на второй заход. – Вил, ты сараса! – промычал Клэй, ибо ложка так и осталась у него во рту примороженной. – Зато теперь твоя манера отражает твою сущность – змеюка! Нельзя так с ребенком! – Вос и ками сама! – промычал Клэй что-то загадочное и пошел под теплый душ – отдирать ложку. Уже оттуда донеслось приглушенное: – Давай оставим ее маме и на выходные слетаем в Верхний? Честно слово, Вил, я не буду к тебе приставать, я хочу выспаться! – Не пойдет! – хмыкнула я. – Без приставаний скучно. В проеме показалась удивленная физиономия Клэя. – Ты ли это, Сероглазая? Я ловлю тебя на слове! И уже пакую сумки! Он плотоядно улыбнулся и направился к двери – устанавливать дипломатический контакт с бабушкой: – Ма-а-а-м! – пронесся по дому его крик. Маленькая Диана, поняв, что развлечение ушло, обиженно сползла на пол. Ипостась у нее оказалась красивой, лесной. Не всегда ипостась ребенка совпадает с ипостасью родителя. Диана не унаследовала от нас ничего, только шебутной характер отца и мои глаза. Фамилия Сероглазых ей явно не подходила. Но и Инеевой она никогда не была, а уж тем более Снежной. У нее своя дорога, надеюсь, долгая и счастливая. В лучах солнца блестели золотые крылышки.

– Повернись! – потребовал он. Когда я послушалась, он достал из кармана какую-то наклейку и прилепил мне за ухо. – И что это? – Адресник. «Собственность Сероглазого. Не кормить – бережем фигуру, не гладить – ревнивый муж. В случае обнаружения без оного вернуть по следующему адресу…». – А рогом в нос? – пригрозила я и сердито ударила хвостом, окатив Сероглазого снегом. Тот ловко увернулся, но к следующей порции снега оказался не готов. Надо думать – это в драконьем облике он сильнее меня, а так еще неизвестно, кто кого. – Как это мило, – мы услышали мелодичный женский голос, – какая трогательная любовь. Чертовски красивая и зажигательная парочка.

Наконец в дверях показался Клэй. Он выглядел как обычно, разве что бритьем себя утруждал не очень часто. Легкая щетина, впрочем, его не портила. Он пожал руку отцу, потом с ног до головы осмотрел меня. Я напряженно закусила губу. – Не понял, – обиженно протянул этот нахал, – а где радостные вопли и горячие объятия? Женщина, у тебя муж из тюрьмы вернулся, не зли его! – Не знаю никакого мужа. Любовник есть, мужа не видела, – фыркнула я, но обниматься все-таки полезла. И целоваться, куда ж без этого. Оказывается, после разлуки в неделю целоваться – уже рискованно. И когда я успела так привязаться к нему? – Кхм… – Эдвард выждал пару минут и тонко намекнул, что пора выдвигаться. Потом уже не тонко: – Вы устроили представление для всей стражи. Идемте уже, Клэй, сам же жаловался, что кормят мало! – Еда?! Клэй в шутку отпихнул меня и решительно направился к дому. Мы с Эдвардом только переглянулись.

– Медный – мой отец, – сказала я прежде, чем успела подумать, как это лучше сказать. Дэн подавился воздухом, а Сероглазый только мельком глянул на меня. – Его не привлекут к ответственности, Вил. За заговоры нет наказания, а формально Медный – всего лишь преподаватель, который был знаком с опасным преступником и не очень любил Клэя. Слишком мало для срока, так что не волнуйся… – Я не об этом. Жаль, что он ничего не получит. Это низко – подставлять собственного ученика. Парня, младше его на двадцать лет. Просто… ну, у вас же плохие отношения. Вдруг вы будете против, что мы с Клэем вместе. Эдвард рассмеялся и обнял меня одной рукой. – Да плевать я хотел, чья ты дочь. Вот если бы он тебя воспитывал, я бы еще понаблюдал, а так… я предпочитаю верить собственным впечатлениям, Вил, а не таскать за собой кучу ярлыков и вешать их на детей всех, кто мне не нравится. Медный идиот и всегда им был. Правильно твоя мать его бросила, зачем вам это инфантильное нечто в семье?

«Для Вил», – гласила подпись. Кое-как зубами я разодрала упаковку, и оттуда выпали мамины украшения. Все, которые забрал Георг, когда вломился в мою комнату. Я непроизвольно издала довольное урчание. Подмяла под себя украшения и улеглась на одеяло – спать. Ни дать ни взять дракон охраняет сокровища. Прямо по книгам!

– Вы очень любезны, – скривилась я. – Но я привыкла, знаете ли, не доверять голосу в голове, который упрашивает: «Сожри это! Сожри, смотри, как вкусно!» И вообще, я после шести не ем, так что принесите борщ, я его выпью