Глава 5

Ева, Илья и Никита сидели за столом и завтракали, когда в столовую вошла Настя. На ней были одеты короткие шорты и обтягивающий топ, открывающий плоский животик и пупок с пирсингом в виде маленького бантика. Белокурые волосы лежали на плечах тяжелыми локонами, а через плечо висела розовая сумочка для телефона.

– Кто-нибудь из вас знает, где Леша? – спросила девушка, и все трое отвлеклись от еды и подняли головы на подругу.

– Я его не видела еще сегодня, – сказала Ева.

Парни переглянулись.

– Кстати, я когда встал, его уже не было в кровати, – отозвался Никита с набитым ртом.

– Его нет ни дома, ни на улице. Где он может быть? – взволнованно произнесла Настя. Всем уже стало не до завтрака.

– Кстати, – подал голос Илья. – Сегодня ночью проснулся, а он куда-то из спальни пошел. Я его позвал, Леха обернулся и сказал, что пошел попить. Попросил захватить мне воды, как обратно пойдет, но, кажется, он так и не пришел. – Илья подхватил свою кружку с кофе и сделал несколько последних глотков в гнетущей тишине, в которой с каждой секундой нарастала тревога.

– А ты дальше лег спать, да? – зло сказала Настя, скрещивая руки на груди.

– А что мне оставалось делать? Бежать за ним и следить? Я в няньки не нанимался, – рыкнул Илья и еще что-то хотел сказать, но его перебила Ева.

– Так, прекратите ругаться. Пойдем его на улице поищем, раз в доме нет.

И все четверо, не сговариваясь, вышли из дома. Часы показывали девять утра, и на улице стояла еще небольшая утренняя прохлада, которую уже застилало солнце, а на траве лежала роса. Ребята спустились по ступеням на траву и остановились, оглядывая местность. Ворота, закрывавшиеся на ночь, были распахнуты. За все это время никто из ребят так и не заметил, кто вообще управляет этим механизмом. И делает это настолько незаметно, что невозможно уловить, если только сутками не сидеть и не караулить, когда двери открываются, а когда закрываются.

– Леха! – громко закричал Никита, но в ответ ему была тишина.

Ева прислушивалась к окружающей обстановке. Ей вообще много чего не нравилось в этом месте, а особенно его идеальное молчание. Словно это место вымерло, и из живых остались только они.

– Леша, ты где? – это уже прокричала Настя. Девушка с каждой минутой начинала нервничать все больше и больше. У Леши не было привычки куда-то пропадать так неожиданно, что взволновало ее не на шутку.

Но на крик никто не отозвался.

– Слушайте, а может он к соседям ушел знакомиться? – предположил Илья после длительного молчания.

– А ты вообще хоть раз видел этих соседей? – бросила недовольно Настя. – Мне кажется, тот дом вообще пустой. Мы уже второй день здесь, а они ни разу не показывались. – Голос Насти сейчас прозвучал немного высокомерно. Была у нее привычка возносить себя выше остальных, но все из друзей уже привыкли к этому и не замечали.

– Там точно кто-то живет, я вчера утром видела, как штора колыхнулась. – Это уже сказала Ева, обернувшись к соседнему дому. Возле него так ничего и не изменилось. Серебристый седан. Одинокий розовый трехколесный велосипед. Вся эта картинка стала больше похожа на фильм ужасов, которые Ева никогда не любила.

– Может, сходим к ним, спросим, не видели ли они Лешу? А вдруг он и правда у них, а мы тут паникуем, – предложила Ева и, не дожидаясь друзей, пошла первая к соседскому дому, отбрасывая из мыслей весь негатив.

Она слышала, как Настя и Илья, тихо переругиваясь, шли следом. Ева понятия не имела, отчего эти двое сегодня так взъерепенились друг на друга. Между ними всегда были напряженные отношения: Ева подозревала, что Илья до сих пор был влюблен в подругу, несмотря на то, что та выбрала его друга. Возможно, по этому поводу парень и бесился.

Проходя мимо соседской машины, девушка заглянула в салон сквозь толщу стекла, но интересного там ничего не обнаружила. Никита обогнал ее, первым взобрался на ступени и, подойдя к входной двери, постучал, но ответом ему была тишина. Никто на стук не отозвался. Парень занес руку, и снова раздался стук, только на этот раз уже громче. Молчание, будто в доме и правда никого нет. И Никита положил ладонь на ручку двери и, нажав, толкнул вперед. Та легко поддалась, впуская незваных гостей.

– Эй, ты куда? – дернул его за руку Илья, но Никита ничего не ответил.

– Дома есть кто? – громко спросил парень и прислушался, но все было тихо.

– Странно, – послышался тихий голос Насти.

– И жутко, – добавила Ева.

Ребята без приглашения вошли внутрь, не закрыв за собой дверь. В коридоре было темно, солнечный свет пробивался через незакрытую дверь и освещал коридор.

– Это ваши соседи! – прокричал Никита. – Мы хотели спросить, не видели ли вы нашего друга? – Но в доме, казалось, никого не было. Хотя на вешалках в прихожей висели ветровки. На полу валялась детская кукла Барби с синими волосами, рядом пупсик с таким же цветом волос. На подставке стояла обувь, а на стуле друзья заметили маленькую черную женскую сумочку.

– Не хватает только папы Кена с такими же ужасными синюшными волосами, – проговорил Илья, обходя валяющиеся куклы.

Расположение комнат было такое же, как и у ребят в доме, и они, не сговариваясь, прошли дальше. Никита шел первый, а стоило ему войти в столовую, как он тут же резко остановился, словно налетев на невидимую стену. Пару секунд парень стоял молча, а затем чуть слышно сказал:

– Идите сюда.

Позади него раздались шаги. Он стоял и смотрел удивленным взглядом на обеденный стол. Три тарелки с заветренной едой, к которой, казалось бы, даже и не притронулись. Два фужера, наполненные, по всей видимости, красным вином, а вот третий стакан был с апельсиновым соком. В помещении пахло кислой и протухшей едой.

– Только не говорите, что наши соседи тоже бесследно исчезли, как и Леша? – чуть слышно прошептала Настя, но никто из друзей не ответил.

Ребята молча смотрели на тарелки с испорченной едой. И кислый запах все глубже и глубже проникал в их легкие. При виде этой картины ребята практически одновременно морщились, а Настя и вовсе прикрыла рот ладошкой.

Но Ева была уверена, что видела вчера за окном в доме человека. Это именно он колыхнул штору, а не сквозняк. Тем более все окна в доме были закрыты, и стояла удушливая духота, в которой распространялся мерзкий запах.

– Нужно посмотреть второй этаж, – проговорил Илья, и никто не стал с ним спросить. Все четверо пошли следом за парнем.

На втором этаже было тихо и безлюдно. Родительская спальня – чистая, кровать аккуратно застелена, а вот в детской творился настоящий хаос. Повсюду валялись игрушки, раскидана одежда, а одеяло и покрывало накрыли два стула, делая подобие шалаша. И больше ничего интересного не было. Словно жильцы этого дома вышли куда-то на пару минут, только вот никто из присутствующих здесь их не видел.

– Не похоже, что они ушли в поход. Кто будет оставлять недоеденную еду на столе и дом открытым? – ни к кому не обращаясь, заметил Никита.

– А куда они исчезли? – с истерическими нотками в голосе спросила Настя.

– Я без понятия и предлагаю всем уйти.

Никто не был против. Гробовая тишина дома и кислый запах стали потихоньку вгонять всех в панику, а в голову приходили самые нелепые и чудовищные мысли.

Ребята дошли до раскладных стульев, на которых по вечерам сидели возле костра на берегу, оставляя дома за спиной. Никита и Настя присели, а Илья с Евой расхаживали по траве. Ева постоянно оборачивалась и смотрела на дом, словно вот-вот из него должен был кто-нибудь выйти, и всё бы обернулось простой нелепицей. Но никто не выходил, да и Леша не появлялся.

– Где же Лешка? – Голос Насти дрогнул, казалось, она сейчас разревется, но никто не спешил ее утешать, как и отвечать на заданный вопрос.

Тишина была гнетущей. Все молчали. Ева же слышала отчетливо громкий стук своего сердца, подсказывающее, что ничем хорошим это не обернется. Девушка посмотрела на идеальную черную гладь воды и поежилась, вспоминая то женское лицо, которое видела ночью. Она много думала о том, понимала, что не сошла с ума: голова девушки явно ей не привиделась. Только вот Ева не спешила об этом говорить своим друзьям. Мало ли как они восприняли бы такую информацию. Скорее всего, посмеялись бы и сказали, что она перепила.

– Ева, помнишь, когда мы были в том разрушенном доме, там на печи была надпись, чтобы мы отсюда убирались. – Тишину неожиданно разрезал голос Никиты, и Ева опустила на него свой взгляд, согласно кивая.

– Что еще за надпись? – перебил друга Илья, и теперь он и Настя смотрели на ребят с любопытством.

– Я точно не помню, что там было написано, но подразумевалось, чтобы мы отсюда сваливали.

– И почему мы это узнаем только сейчас? – голос Насти стал громче. Она теперь смотрела еще и на Еву со злостью, но та не принимала настроение подруги близко к сердцу. Она молча прошла к складному стулу и села, смотря вдаль, на толстые стволы деревьев, что уходили в лес, находящийся по ту сторону реки.

– Мы подумали, что это шутка какого-нибудь местного ненормального, – пробасил за двоих Никита, и голос его был такой, словно он за собой чувствовал вину.

– А что, если это не шутка? И из-за вас, из-за вашей тупости пропал Леша! – Настя подскочила со стула и уставилась злым взглядом на подругу, но Ева словно и не замечала ее. – Ну, и чего ты молчишь? – обратилась она к ней. – Это из-за вас Леша пропал. – Ее обычно певучий нежный голос сейчас походил на злобное шипение змеи.

– Настя, успокойся! – осадил ее Илья, тоже вставая и подходя ближе. – Они ни в чем не виноваты.

Друг хотел положить на плечо девушки свою ладонь, чтобы подбодрить ее, но Настя увернулась, делая небольшой шаг в сторону.

– Не защищай их! – Девушка ткнула наманикюренным пальчиком в грудь парня.

– И правда, хватит орать. Леша, возможно, ушел в деревню, а ты здесь кидаешься обвинениями, за которые потом же будет стыдно, – спокойно произнесла Ева. Она опустила голову на свои руки, сложенные на коленях, и стала разглядывать крошечное родимое пятно на своем запястье, словно видела его впервые. Подушечкой указательного пальца прошлась по темному пятнышку, напоминающему звезду, пытаясь отвлечься.

Ей не нравилось, что подруга обвиняет ее в том, в чем она не виновата. Несмотря на все случившееся, Ева казалась спокойной. Даже кому-то могло бы показаться, что ей все равно, но это было не так. Просто она привыкла свои эмоции держать в себе. Тем они и отличались с подругой. Настя вспыльчивая и могла завестись даже от косого взгляда, брошенного ей вслед, а Ева, наоборот, пыталась быть рассудительной, но иногда тоже могла не сдержаться.

– Он бы не ушел, не предупредив нас! – снова накинулась на Еву Настя, и девушка уже не выдержала. Она терпеть не могла истеричного поведения подруги, а та частенько мнила себя главной и всех обвиняла в случившихся бедах, даже если зачинщицей была она сама.