Цитаты из книг автора «Ольга Коротаева»

Бывает, что куртизанки начинают испытывать чувства и растить собственные иллюзии. Идеализируют сексуального партнёра и придумывают любовь. Тёмная сторона магии секса

Сила дрожала, скручивалась, пронзала его вновь

как тяготит необходимость делать то, к чему не лежит душа, но что взрослые очень активно навязывают, оправдываясь тем, что хотят для детей лучшего. Хочется спрятаться, скрыться, убежать. Но ни игры, ни просторы интернета, не дадут той полноты жизни, захватывающего счастья, когда занимаешься тем, чему действительно готов посвятить свою жизнь!

я кусала губы, вспоминая, как же было хорошо. Сейчас я бы согласилась даже на… странное. Как же хотелось прикоснуться к своему порочному чудовищу! Провести кончиками пальцев по шрамам на его плечах, прижаться к губам, вдохнуть аромат. Капнула в воду масло бергамота. Белену нравится этот запах, а мне нравится Адор. Обожаю всё, к чему он неравнодушен, хочу того же, к чему он стремится, ненавижу то, что ему не нравится… Люблю своего мужчину всем сердцем! Дверь скрипнула, я обернулась, ожидая увидеть Гасию. Пузырёк с маслом булькнул, выпав из моих ослабевших пальцев. – Адор?! – Дея Селеста Белен, – с улыбкой проговорил Адор. Срывая на ходу с себя одежду, он прорычал: – Готова ли ты исполнить свои супружеские обязанности? Навис надо мной во всей обнажённой и готовой к страстной ночи красе. Я запрокинула голову и спросила срывающимся голосом: – И что же хочет верховный маг высшего света? – Верховную магиню высшего света! – хрипло ответил он и сгрёб меня в объятия. Конец

– Но, – растерянно отозвалась Жельена, – как же мы будем жить? – Прекрасно! – улыбнулась я и махнула поджидающим рабочим, которых вызвала заведующая. Указала на вывеску над воротами: – Снести! – Посмотрела на куртизанок и, воодушевлённо улыбаясь, объявила: – С этого дня этот замок превращается в «Академию магинь»! А вы вольны остаться и работать учителями или же уйти, если пожелаете! Нет, не так. Если не хотите учить девушек пользоваться магией, то можете не делать этого… Я вас не прогоняю, поймите. Но и не удерживаю. Выбор за каждой! – Шутишь? – срывающимся голосом спросила Лиция. Она подбежала и, обняв меня, зарыдала: – Да я тебя ни за что не оставлю! К ней присоединилась Жельена, Реаза, другие… Вскоре я сдавленно прошелестела: – Если вы сейчас задушите Первую магиню Гомандии, то руководить академией будет некому

ы бы не позволил… – Конечно! – воскликнул он и снова завладел её губами. Играя её языком, посасывая, решил, что накажет свою дикарку. Отстранился и, ухмыльнувшись, спросил: – Так значит, ты боишься за меня? Действительно любишь? Это не игра, чтобы управлять мной? Тяжело дыша, Селеста привалилась к его плечу, всё ещё подрагивая от сладостных спазмов. – Ты так привык манипулировать другими, – хрипло проговорила она, – что подозреваешь каждого в желании управлять тобой? – О, – протянул он, резко разворачивая Селесту к себе спиной и укладывая её животом на бортик купальни, – этого желают почти все…

– Только если сам захочешь. Ты же один из пяти… – Адор нахмурился, и я быстро произнесла: – Но можно просто надавить на кого-нибудь. Ведь тебе известны такие тайны, которые повергнут в шок всех обитателей дворца! Так подёргай за ниточки, и пусть одна марионетка исчезнет со сцены… – Ты опасная женщина, – пробормотал Белен. – Запомни это, – жёстко усмехнулась я. – когда в следующий раз решишь назвать меня беззащитной. Ты сам обучил меня! Изменил полностью и… – Пропал, – прохрипел Адор, привлекая меня к себе. Завладел моим ртом, проник меж губ жадным языком, наседая, причинял лёгкую сладостную боль, заставлял захотеть большего. По жилам тут же заструился огонь, он сворачивался нестерпимо жалящим жгутом внизу живота, вырывал стоны, туманил разум. Ощутила на обнажённой груди ладонь и затрепетала. Прижалась к любимому, скользнула бедром меж его коленей, ощутила твёрдость его естества, потёрлась всем телом. Белен с трудом оторвался от моих губ, опалил щеку жарким дыханием: – О Селеста… Ты меня с ума сводишь! Как же удержаться на краю?

Ужасный день! Просто кошмарный! Ног не чувствую, голова кругом, рычу на всех… Поругалась с поваром, когда тот заявил, что мука не подходит. Да я уже готова была его самого перемолоть, а этот наглец заявил, что пора кормить больную. И тут весь гнев испарился. Лиция

Провела ладонью по преграде и, убедившись, что мой пленник надёжно заперт, посмотрела в алые глаза. Медленно начала стягивать платье. Вот так же, дюйм за дюймом, Белен ласкал мою кожу ночью, а теперь её трогаю я. Зная, как Адор заводится от вида моего язычка, нарочно облизала губы. Дей ударил кулаком по магической преграде и зарычал, когда платье опустилось до талии. Неведомая прежде власть кружила голову, опасность, что дей разрушит мою магию и настигнет меня, добавляла в игру перчинки. Ночью Белен играл языком с набухшими сосками, покусывал их, дразнил. Сейчас я трогала вершины кончиками пальцев, рисовала узоры вокруг ореол. Адор заметался, как тигр в клетке. – Селеста, – хрипло прошептал он и приник к магической стене всем телом, – выпусти меня. Предупреждаю, если я применю магию, ты можешь пострадать… – Да? – приподняла я брови. Упиваясь его бессилием, скинула платье и шагнула ближе. – А мне видится всё с другого ракурса.

Застонал и, обхватив голову, скрипнул зубами. Какой же идиот! Влюбиться в ту, что жаждет мести. Влюбиться в ту, что готова стать куртизанкой, лишь бы отомстить. Которая готова идти добровольно на Девственный аукцион, чтобы обезопасить сестёр… Конечно, мотивы Селесты не были тайной. А он сам? Скривился от ненависти к себе. Готов пожертвовать девственностью желанной женщины, чтобы добиться свободы другим… совершенно незнакомым женщинам! Да что с ним? Это же сумасшествие.