Цитаты из книг автора «Ольга Громыко»

Капитан украдкой вытер пот со лба и мысленно поблагодарил духов предков. Как выяснилось, преждевременно – несколькими минутами позже Джилл снова оказалась в рубке. – Капитан… – смущенно пробормотала она, – а можно, я еще захвачу бутылку ликера из бара?– Пить во время посадки?! – поперхнулся Сакаи. – Ты же член экипажа…– …а можно, я немного побуду балластом? Меня что-то так укачивает…– Возьми капсулу из аптечки! – рявкнул капитан. – Она гораздо эффективнее алкоголя! – Зато с ним, – Мисс Отвертка доверчиво моргнула и сложила ладони в молитвенном жесте, – я не буду представлять всяких ужасов про ваши пилотажные умения. Ну пожа-а-алуйста!

В «три-четыре» Сакаи не поверил. Конструкция в вирт-окне выглядела настолько хлипкой, что, по мнению капитана, после первого же витка от нее должны были остаться только титановая рама от койки да приваренная к ней двигательная система из двух баллонов, трубы и ведра. – Учти, если эта штука не успеет передать все нужные данные, на втором витке я уже тебя на «невидимке» сброшу, – пообещал капитан. – И пока у меня не будет картинки с разрешением хотя бы пять метров, подбирать не стану!

В мешанине петель и узлов угадывалось что-то смутно знакомое, но мало похожее на те шапочки-варежки-свитерки, которые регулярно присылала для маленького Сакаи одна из его бабушек. И уж совершенно точно те вещи не были связаны из световодов. – По-моему, отличная идея, – уже чуть менее восторженно добавила Мисс Отвертка. – Разве про людей в таких шапочках можно подумать что-то нехорошее?Винни поспешно затемнил щиток до полной черноты.– Можно, – после затянувшейся почти на минуту паузы сказал капитан. – Я вот, к примеру, думаю. Что именно пришло ему в голову, капитан уточнять не стал.

– Постараемся, – пообещал Станислав. До заката на выбранном участке Степянки оставалось около десяти часов, сутки примерно соответствовали земным. – Базу, правда, отстыковать вряд ли успеем… – Почему? – тут же скандально повысил голос ученый. – Нам же работать надо! Вы срываете график!– Хорошо, отстыкуем, – мигом согласился Дэн. – Только учтите, у нас рабочий день по трудовому законодательству всего восемь часов. Так что мы ее сбросим, вывалим груз, высадим вас и ляжем спать, задраив шлюзы. – Это экстремальные условия, они не лимитированы! – попытался возразить Владимир, но навигатор педантично перечислил все указанные в договоре пункты форс-мажора. Сверхурочная распаковка базы во тьме неизведанной планеты не подходила ни под один.

Перекрыть этот гам и привлечь общее внимание смогло только падение еще одной стойки, на сей раз с консервами. Над свежими развалинами возвышался набыченный Теодор в черепастой бандане. В правой руке он держал здоровенный стальной лом. – Всем здравствуйте, – мрачно сказал он, а потом неожиданно вскинул руку и принялся быстро-быстро вращать лом: и над головой, и перед лицом, и за спиной, да так ловко, словно это была выкрашенная металликом бамбуковая тросточка. Но подойти и проверить – под зловещий свист рвущегося воздуха – никто не осмелился.Представление закончилось так же внезапно, как и началось. Теодор хлопнул ломиком по ладони и уточнил:– Ну?Кобайкеры ошалело переглянулись.– Извини, братан, погорячились! – пробормотал Мак, отпуская навигатора.Дэн оказал ему ответную любезность, и кобайкеры быстро-быстро, по стеночке, проскользнули мимо Теодора и драпанули из магазина.– Забыл вам сказать, темного или светлого, – пояснил пилот, наклоняясь и подбирая одну из пивных банок.– А по комму никак? – Рыжий повернул запястье с браслетом и обнаружил, что тот как раз включен на передачу. – А по комму слышно было только, как вы его «выбираете». – Тед придирчиво проверил дату выпуска, вытер банку о штанину и сунул в карман.

– А мне что делать? – спросил оставшийся у входа Винни. – Стой, где стоишь, и охраняй нас, – быстро сказал Фрэнк прежде, чем капитан успел открыть рот. – Искин сообщает, что на корабле остался кто-то из прежнего экипажа.– Точно из экипажа? – усомнился пилот. – Может, он крыс каких-нибудь посчитал? Помню, на «Бастлере» ребята шутки ради занесли в список имущества корабельную собаку, а потом во время инвентаризации новый капитан чуть не свихнулся, пытаясь отыскать на корабле прибор «капес». – Крыса в сто двадцать кило биомассы?! Тогда тем более стой!

– А это не вредно? – боязливо спросила Мария Сидоровна, глядя на медленно проплывающий мимо иллюминатора излучатель, на котором вразнобой мигали огоньки – скорее всего, просто сигнальные. – Что-то меня поташнивает… Станислав тихо порадовался, что так и не попробовал колбаску.

Видеофон в кармане не успевал остыть – капитана непрерывно осаждали звонками и члены экипажа, и прознавшие о полете знакомые с поздравлениями, смахивавшими на соболезнования, и еще куча народу, волей-неволей втянутого в эту авантюру. В каком соотношении брать гель и консервы – 40:50? Или 30:70? А вы уверены? Что значит – «тогда какого черта я спрашиваю»?! Ну вы же капитан!.. За семь или за восемь? За семь? Да, но за восемь же лучше… Почему – «издеваюсь»?! Тут стыковочные клапаны немного не подходят, наши на 34/2-3, а их 32/4-3. Попробовать подогнать стяжками или, наоборот, открутить пластины, но можем не успеть собрать в срок?.. Да, везти прямо в космопорт! Нет, завтра меня не устроит! И после обеда тоже!.. Какая форма 2779-Л? А почему сразу не сказали? Как – в отпуске?! Станислав каким-то чудом умудрился ни с кем всерьез не поругаться, но, по ощущениям, стер зубы миллиметра на три.

– Капитан, – механик, словно рвущаяся к доске отличница, вскинула руку, – тот список необходимых запчастей… Роджер вздохнул. – В котором явно напрашивалось окончание: «…а еще мы можем купить новый корабль, и это будет значительно дешевле»?

Теодор не вмешивался в разговор и вообще старался держаться за спинкой дивана, маленькими глотками попивая кофе. Стас мельком подумал, что, пожалуй, нанял бы его и на трезвую голову. Хотя команда корабля – она как девушка! Сначала втирается в доверие, а потом садится на шею.