Глава 2

Часть вторая.

Инга.

Дома я первым делом накормила щенка. Развела водичкой немножко творожного сырка и положила в самое маленькое блюдце, что нашлось в доме.

Щенок поел, попил и мгновенно заснул посреди кухни. Так быстро, что я даже заволновалась, все ли с ним в порядке.

Точнее, с ней. Щенок оказался «девочкой».

Пока малышка спала, я внимательней ее рассмотрела. Она была не чисто белой, а белой с темными пятнами. Мордочка была темненькая, какого-то серого оттенка, а на лбу красовалось белое пятнышко.

«Как звездочка», – подумала я.

Я решила назвать ее Стеллой. Стелла в переводе означает «звезда». Ласково – Стэйси. Ну, или Стася.

Соорудив какое-то подобие коврика на первое время, я положила его возле дивана и аккуратно перенесла туда щенка. Стэейси проснуться не пожелала, так крепко спала. Устала за день. Столько впечатлений. Оказалась в новом месте. Разлучили с братиком, с которым она привыкла играть.

Пока Стэйси спала, я вспоминала, как вообще выращивают собак. К счастью, собака у меня была уже не первая.

Саша.

Зайдя в квартиру я опустил Патрика на пол. Он принюхался и смешно засеменив лапками пошел осваиваться в доме.

Я же, решив, что жидкая манная каша вполне подойдет для первого ужина, отправился на кухню.

К моменту, когда Патрик закончил осмотр своего нового жилища, его ужин был готов. Я смотрел, как крошечный черный комочек кушает кашку, и, впервые за долгое время, чувствовал себя совершенно счастливым.

– Вымыть бы тебя, дружище, – сказал вслух я, – да, пожалуй, нам с тобой хватит впечатлений для одного дня.

И отметил про себя, что я уже разговариваю со своей собакой. Впрочем, как и все нормальные люди.

Чтоб щенку не было с непривычки одиноко, я взял его к себе на диван, а сам полез читать, как растят щенков.

Патрик и Стэйси.

– Я теперь Стэйси, – мысленно сообщила Стелла первым делом, когда ее новая хозяйка уснула.

– А, знаешь, мне так даже нравится, – добавила она.

– Стэйси, ты – гений! Твой план сработал, – похвалил ее Патрик.

– Что будем дальше делать? – последовал его вопрос.

– Ну, дальше проще-простого. Надо просто привести их в парк в одно и то же время! Собачники вечно знакомятся друг с другом, вместе гуляют.

– Отличный план, – одобрил Патрик, – давай разбудим их завтра в семь утра!

– Договорились, – поддержала Стелла.

Инга.

Я проснулась от монотонного попискивания. Стэйси пищала и пыталась неуклюже вставать на задние лапки.

Я опустила руку с дивана и погладила ее.

– Спи, Стэйси, спи, еще совсем рано, – сказала я сонно.

Под моей рукой она ненадолго прилегла и затихла, затем писк возобновился. Такой же монотонный и настойчивый.

– У, у, у, у, у, у, у, – отрывисто пищала она, выходило прямо стакатто. Мой сон ее вряд ли волновал.

Я попыталась взять ее на руки и успокоить. Это не помогло. Стэйси явно хотела гулять.

Я натянула джинсы и футболку, сунула ноги в летние сланцы, подхватила Стэйси под мышку и пошла дышать воздухом.

Саша.

Я проснулся от того, что Патрик лизал мою руку, во сне свесившуюся с дивана. Посмотрел на часы – было семь. Жутко рано для человека, который давно жил в свободном графике.

Жутко рано для человека, который всю жизнь был «совой».

– Вот она – новая жизнь, – подумал я и нехотя встал с дивана.

– Может, тогда и бегать начать по утрам? – размышлял я, шнуруя кроссовки. Идея показалась хорошей.

Патрик и Стэйси.

– Мы выходим, – транслировала Стэйси.

– Мы тоже, – откликнулся Патрик.

– Отлично, до встечи в парке!

– До встречи!

Инга.

В сквере, недалеко от дома, я опустила Стэйси на землю и неспеша пошла по дорожке. Уже светило раннее майское солнышко, пели птицы.

– А не так уж и плохо, – подумала я.

Стэйси бежала за мной, но пищать отчего-то не прекращала.

Намотав несколько кругов по скверу, я убедилась, что делать свои большие и важные дела Стэйси не собирается, равно как и не собирается прекращать пищать.

– Что же тебе надо, малышка? – я подняла Стэйси над головой, посмотрела в ее глазки-бусинки и понесла на ручках домой. По пути размышляя о том, что, может быть, ей просто одиноко, или она голодная.

На руках Стэйси притихла. Вот и славно.

Саша.

Я пробежался по парку. Не быстро. Патрик же еще совсем крошечный. Тем не менее парень не отставал, быстро-быстро перебирая маленькими лапками.

Людей в парке почти не было. Не много любителей вставать в такую рань.

Я снова подумал, что новая жизнь начинается хорошо.

Присел на лавочку. Патрик улегся рядом. Устал, малыш. И зачем только тянул меня в парк ни свет ни заря?

Где-то я слышал, что собаки умеют сонастраиваться со своими хозяевами. И желание четвероногих ходить гулять именно в шесть-семь утра – не более, чем стереотип. Многие собаки любят поспать с утра, особенно в темное и холодное время года

– Интересно, кто из нас кого переучит? – спросил я Патрика. Патрик только преданно посмотрел мне в глаза.

Патрик и Стэйси.

– Ну, кто мог знать, что они пойдут гулять в разные парки? – сокрушался Патрик.

– Нам к их бестолковости не привыкать, – откликалась Стэйси, – что-нибудь придумаем.

– Давай я отправлю ее сейчас во двор – менять колеса, а ты своего отправляй в магазин, – тут же выдла она новую идею.

Инга.

Определенно, с появлением Стэйси мой взгляд на жизнь изменился. Я почувствовала прилив сил и оптимизма.

Однако сила инерции действовала. Я совершенно не представляла, что делать с утра в такую рань.

Большая чашка крепкого крупносистового чая – вот что всегда примиряет меня с этим миром. Я заварила себе ароматный чай и начала механически просматривать ленту новостей.

В последнее время у меня появилось странное чувство, как будто лента новостей беседует со мной.

Так и есть, прямо в глаза бросился чей-то пост: «Никого не жди. Бери и делай!»

Я вспомнила о лежащих на балконе летних колесах. Странно, но сегодня перспектива поменять их самой уже не казалась такой печальной.

Я взяла первое колесо и с мыслями, что физическая нагрузка полезна, потащила его во двор.

Саша.

Начинать новую жизнь так начинать! Придя с пробежки я принял душ и начал готовить простой холостяцкий завтрак.

Патрик вертелся возле моих ног на кухне и принюхивался. Я подогрел ему манную кашку и пригласил завтракать.

Патрик же повел себя странно. Еще вчера он уплетал эту кашу, а сегодня подошел, равнодушно понюхал и есть не стал.

Вместо этого он снова присел возле моих ног и стал внимательно наблюдать, как я жарю омлет.

– Дружище, тебе такое точно нельзя, – сказал я.

Пес же явно объявил голодовку, при этом совсем не выглядел больным.

Я вспомнил прочитанную накануне статью, как кормить щенков натуральной пищей.

– О кей, иду тебе за разнообразной и полезной пищей, – объявил я Патрику.

– Жди!

Выйдя из дома я решил пройти через дворы. В одном из них какая-то девушка устанавливала под машину домкрат.

Конец ознакомительного фрагмента.