Глава 1

Май в Москве похож на нерешительного подростка – то дождь, то солнце, то ветер срывает с деревьев последние цветы черемухи.

Я всегда думала, что весна, это самое психологически сложное время года. Природа просыпается, гормоны бушуют, люди влюбляются и совершают глупости. А потом приходят ко мне на прием с разбитыми сердцами и просят объяснить, где они ошиблись.

Хотя пока что я только студентка четвертого курса психфака, и мои «пациенты» – это клиенты кафе «Синий лис»". Наблюдение – первый навык психолога, а здесь есть на что посмотреть.

– Вер, ты опять людей рассматриваешь как лабораторных крыс? – Даша вытирает руки полотенцем и оценивающе смотрит на меня.

Дарья Сомова. Журфак МГУ, третий курс. Подрабатывает здесь, потому что раньше жила бабушкой, а сейчас с бывшим мажором, у них любовь. Умная, целеустремленная, но с заниженной самооценкой. Типичный случай – пытается доказать миру свою ценность через достижения.

– Не лабораторных, – поправляю, протирая столик у окна. – Просто любопытно наблюдать за поведенческими паттернами.

– Господи, иногда ты говоришь так, что хочется дать тебе по голове учебником нормального русского языка.

Даша смеется, но в ее смехе читается легкое раздражение. Защитная реакция на то, что она считает снобизмом.

На самом деле я не сноб – просто привыкла думать терминами. Когда изучаешь человеческую психику, мозг автоматически начинает классифицировать и анализировать.

Это как болезнь, от которой нет лекарства.

– Смотри, вон твой любимый типаж идет, – Даша кивает в сторону входа.

Поднимаю взгляд и вижу парня лет двадцати трех.

Высокий, спортивное телосложение, темные волосы слегка растрепаны – видимо, ехал на мотоцикле или в кабриолете. Джинсы, черная футболка, кожаная куртка перекинута через плечо.

Дорогие часы на запястье, телефон последней модели. Уверенная походка альфа-самца, который привык получать желаемое.

Но меня интересует не внешность. Меня интересует то, как он держится.

Подбородок чуть приподнят – классический признак высокомерия или компенсации низкой самооценки. Взгляд скользит по залу небрежно, но цепко – оценивает окружение, ищет угрозы или возможности.

Руки расслаблены, но готовы к действию. Мимические мышцы слегка напряжены в области глаз – признак постоянного контроля эмоций.

Интересно.

– Кто это? – спрашиваю, не отрывая взгляда от объекта изучения.

– Данил Серебренников.

– Да, ладно? Тот самый, который разбил зимой сердце моей Олечке? Я в шоке!

Олечка, подруга моя, у которой талант влюбляться в козлов. Вот, типичный представитель семейства парнокопытных.

– Даша морщится, словно произнесла что-то неприятное. – Жуткий козел и бабник. Видишь девушку рядом с ним?

Перевожу взгляд на блондинку в дорогом платье. Эффектная, стройная. Макияж, маникюр, укладка – потратила на подготовку часа три, не меньше. Держится за его руку собственнически, но в то же время неуверенно. Постоянно поглядывает на него, ищет одобрения.

– Диана, – продолжает Даша. – Дочка богатого папочки. Училась со мной на потоке,  они вроде встречаются. Но это все странно.

– И что в этом странного? Они нашли друг друга.

– То, что у него никогда не бывает отношений дольше трех месяцев.

Наблюдаю, как парочка проходит к столику в дальнем углу. Данил отодвигает стул для девушки – хорошие манеры, воспитание. Но делает это автоматически, без теплоты. Как актер, исполняющий роль идеального бойфренда.

Диана что-то говорит ему, оживленно жестикулирует. Он кивает, улыбается, но взгляд уже блуждает по залу. Классический случай эмоциональной недоступности.

– А откуда ты его знаешь? – интересуюсь.

– Лучший друг моего Макса.

Ах, вот оно что. Максим Орловский – местная знаменитость, наследник империи. Красив, богат, недоступен. Каждая вторая студентка мечтает с ним встречаться. А каждая первая считает его полным ублюдком.

Что, в общем-то, одно и то же в психологии женского влечения. Но живет с ним Даша, потому что он стал другим. Верится с трудом, если честно. Но я готова поверить, что у него реальные чувства, Дашка хорошая, да и натерпелась она от него.

– В прошлом они были похожи, – добавляет Даша. – Оба считают, что им все можно. Разница только в том, что у Макса есть, точнее, были деньги, а у Данила – только наглость.

– Ты говоришь о нем так, словно он тебя лично обидел.

Даша не отвечает, быстро отворачивается.

– Просто держись от него подальше. Такие как он ломают девочек ради развлечения.

О, попала в точку. Моя Олечка сломалась, я помню ее слезы и сопли. Но, Олечка, она отходчивая, у нее уже другая любовь, а я жду очередных слез и соплей.

– Не волнуйся, я не из тех, кто ломается.

– Вера, ты изучаешь психологию, но это не значит, что ты застрахована от собственных ошибок. Наоборот, такие как ты думают, что все просчитали, а в итоге влюбляются сильнее всех.

Мудрые слова. Но Даша не понимает одной простой вещи: я не изучаю психологию – я живу ею. Для меня люди – это открытые книги, написанные на понятном языке. И этот Данил кажется мне особенно интересным изданием.

Достаю из фартука блокнот, направляюсь к их столику. Сердце не учащается, руки не дрожат – это всего лишь эксперимент. Изучение редкого экземпляра в естественной среде обитания.

– Добро пожаловать. Что будете заказывать?

Блондинка поднимает на меня взгляд и улыбается той натянутой улыбкой, которой богатые девочки одаривают обслуживающий персонал. Да, крошка, улыбайся, я не в обиде.

– Латте на кокосовом с карамельным сиропом, – щебечет она.

Записываю заказ, поворачиваюсь к Данилу. Он смотрит на меня внимательно, оценивающе. Глаза цвета крепкого чая. В них читается острый ум и что-то еще… Пустота? Нет, не пустота. Скорее, тщательно охраняемая территория.

– А вы что будете?

– Американо, без сахара, – голос низкий, с легкой хрипотцой. – И еще один вопрос.

– Слушаю.

– Вы всегда так внимательно изучаете клиентов или я удостоился особого внимания?

Прямо в точку. Значит, он заметил мой взгляд и правильно его интерпретировал. Неплохо.

– Профессиональная деформация, – пожимаю плечами. – Изучаю психологию.

– Понятно. И к какому выводу пришли?

Блондинка нахмуривается, явно не понимая, о чем речь. А Данил продолжает смотреть на меня с тем же оценивающим взглядом. В воздухе повисло напряжение – не сексуальное, а интеллектуальное. Как перед шахматной партией, когда противники изучают друг друга.

– К выводу, что внешность может быть обманчива, – отвечаю спокойно.

– В какую сторону?

– А это уже диагноз. Такие услуги не входят в меню.

Уголки его губ приподнимаются в подобии улыбки. Но это не та теплая улыбка, которой он одаривал Диану минуту назад. Это улыбка хищника, который почувствовал достойную добычу.

– Жаль. Мне было бы интересно услышать профессиональное мнение.

– Данил, о чем это вы? – встревает Диана, и в ее голосе слышится нотка ревности.

– Ни о чем особенном, малышка, – он поворачивается к ней, и выражение его лица мгновенно меняется. Снова та же натянутая нежность, тот же спектакль. – Просто обсуждаем кофе.

Записываю заказ и отхожу к барной стойке. Даша смотрит на меня с интересом и легким беспокойством.

– Что он тебе сказал?

– Ничего особенного. Обычная светская беседа.

– Вера, у тебя такое лицо, словно ты разгадала сложную головоломку.

И правда разгадала. 

Данил Серебренников – классический случай нарциссического расстройства личности с элементами эмоциональной недоступности. Скорее всего, серьезная травма в прошлом – предательство, отвержение или потеря.

Отсюда защитные механизмы: поверхностные отношения, эмоциональная холодность, потребность в постоянном подтверждении собственной привлекательности.

Типичный случай раненого самца, который превратил свою боль в оружие против других.

Готовлю их заказ и снова подхожу к столику. Диана что-то увлеченно рассказывает, размахивая руками. Данил делает вид, что слушает, но по выражениям лица понятно – он скучает смертельно.

– Ваш заказ, – ставлю чашки на стол.

– Спасибо, – Диана даже не поднимает взгляда.

А Данил смотрит прямо на меня.

– Еще раз спасибо за… профессиональный подход.

В его голосе слышится легкая ирония, но не злая. Скорее любопытство.

– Обращайтесь, – отвечаю, и уже поворачиваюсь, чтобы уйти.

– Кстати, – его голос останавливает меня. – А вы не думали, что иногда люди бывают именно такими, какими кажутся? Просто… плохими?

Оборачиваюсь. Он по-прежнему улыбается, но в глазах промелькнуло что-то настоящее. Вызов? Предупреждение? Или просто усталость от того, что все вокруг пытаются его «понять»?

– Не думала. Потому что плохими не рождаются. Ими становятся.

– Интересная теория.

– Это не теория. Это наука.

– Наука может ошибаться.

– Может. Но реже, чем интуиция.

Секунда. Две. 

Мы смотрим друг на друга, чувствую странное покалывание в груди. Не влечение – нет, это было бы слишком банально. Что-то другое. Азарт исследователя, который наткнулся на неизученный вид.

– Данил, твой кофе остывает, – недовольно произносит Диана.

Заклинание разрушено. Парень поворачивается к ней, и снова надевает маску заботливого бойфренда.

– Конечно, детка. Извини.

Отхожу к стойке, но краем глаза продолжаю наблюдать за ними. Интересно, понимает ли Диана, что встречается с призраком? Что тот мужчина, которого она видит, существует только в ее воображении?

– Держись от него подальше, – шепчет Даша мне на ухо. – Я серьезно.

– Не волнуйся. Я знаю, что делаю.

Но даже произнося эти слова, я не уверена в их правдивости. Потому что впервые за четыре года изучения психологии я встретила человека, который кажется мне по-настоящему интересным.

И это может быть опасно. Очень опасно.

Глава 2

– Ты вообще слушаешь, что я говорю? – голос Дианы пробивается сквозь мои мысли, как назойливый писк комара.

Поднимаю взгляд от телефона, на котором проверяю курс акций. Некоторые снова скачат, нужно будет продать часть завтра утром.

– Конечно, малышка. Ты рассказывала о новой сумочке.

Диана просияла. Удивительно, как легко эти богатенькие девочки ведутся на минимальное проявление внимания. Хотя она и правда милая – красивая, ухоженная, с хорошими связями. Отец крупный застройщик, мать вращается в светских кругах. Полезные знакомства, нужные контакты.

Именно то, что мне нужно прямо сейчас.

Осенью она встречалась с Максом. Знаю, потому что я сам же ему ее и подсунул, знал, что друг не устоит и бросит свою затею со спором на девчонку с журфака. – обычные они раз сходили в клуб, провели ночь, а потом Орловского как подменили, его посетило великое чувство.

Странно наблюдать, как мой лучший друг превратился из хладнокровного ловеласа в влюбленного щенка. Впрочем, каждому свое. У меня есть план, и в нем нет места сентиментальности.

– Слушай, а давай на выходных съездим к моим родителям в загородный дом? – Диана придвигается ближе и кладет руку мне на плечо. – Папа хочет с тобой познакомиться.

Отлично. Именно это мне и нужно.

– С удовольствием, – улыбаюсь, той улыбкой, которая безотказно действует на женщин. – Буду рад познакомиться с твоим отцом.

Диана довольно щебечет что-то о семейном ужине, что она оденет, а я снова погружаюсь в свои мысли. Строительство – хорошая сфера для инвестиций, особенно если ты знаешь ее изнутри. А я планирую изучить ее во всех подробностях.

Поступление в университет было первым шагом. Я сам сдал экзамены, без репетиторов и взяток – просто потому, что мне нужно образование. Не для отчета перед мамой и папой, а для реальных знаний.

Деньги делают деньги, но только у тех, кто умеет их делать.

Экономический факультет, связи, первоначальный капитал благодаря правильным знакомствам – у меня есть план на ближайшие пять лет. И Диана в нем играет важную роль.

Пока что.

Краем глаза замечаю движение у барной стойки. Официантка протирает столики, странная девчонка. Большинство девушек при виде меня либо начинают строить глазки, либо краснеют и отводят взгляд. А эта смотрела на меня так, словно я был экспонатом в музее.

«Профессиональная деформация», – сказала она приниая наш заказ. Изучает психологию.

Забавно. Интересно, к каким выводам она пришла? Наверняка что-то вроде «типичная содержанка» или «эмоционально недоступный нарцисс». Как же они любят навешивать ярлыки, эти будущие психологи.

Впрочем, в чем-то она была права. Я действительно не тот, кем кажусь. Но не в том смысле, в каком она думает.

– Данил? – Диана трогает меня за руку. – Ты опять отвлекся.

– Извини, – снова включаю режим идеального парня. – Просто задумался об университете. Скоро защита курсовой.

– Ах да, точно! – смеется она. – Иногда забываю, что встречаюсь с будущим олигархом.

Если бы ты знала, насколько ты права.

Но вслух говорю другое:

– Не олигархом. Просто успешным человеком.

– А разве это не одно и то же?

– Олигархи наследуют деньги. Я планирую их заработать.

Диана смотрит на меня с восхищением. Ей нравится моя амбициозность. Богатые девушки обожают мужчин с характером, особенно если у них самих характера нет.

Глупая и пустая, – думаю, продолжая улыбаться. – Но полезная.

Не то чтобы я получал удовольствие от того, что обманываю ее. Просто… это необходимость. Я не могу позволить себе роскошь искренних чувств. Не сейчас, когда каждый шаг должен приближать меня к цели.

Поднимаю взгляд и снова встречаюсь глазами с официанткой. Она несет заказ к соседнему столику, но успевает бросить на меня быстрый взгляд. В ее глазах читается любопытство и что-то еще… азарт?

Странно. Интересно, что же она во мне такого особенного увидела?

Впрочем, какая разница. Скоро мы допьем кофе и уедем. Я больше не увижу ее проницательный взгляд и не услышу неуместные вопросы.

Хотя почему неуместные?

«А вы не думали, что иногда люди бывают именно такими, какими кажутся? Просто… плохими?»

«Не думала. Потому что плохими не рождаются. Ими становятся»

Наивная маленькая психологиня. Если бы она только знала…

Но тут же ловлю себя на мысли: а что, если она права? Что, если я действительно не всегда был таким расчетливым? Что, если когда-то у меня тоже были иллюзии насчет любви, честности и прочих глупостей?

Хватит, – одергиваю я себя. – Сентиментальность – это роскошь, которую я не могу себе позволить.

– Данил, мы можем уже идти? – Диана допивает свой приторный латте. – У меня через час фитнес.

– Конечно.

Встаю, достаю кошелек. Оставляю чаевые – щедрые, но не слишком, чтобы не выглядеть выскочкой. Имидж скромного студента тоже важен.

Когда мы проходим мимо барной стойки, на меня строго смотрит Даша, это как раз та самая подруга Макса, из-за которой он разругался с отцом и теперь они счастливо, ну, я не это надеюсь, живут в убогой квартирке.

Даша смотрит с осуждением, но я не обращаю на нее внимание, а вот ее напарница с интересом. На этот раз в ее взгляде читается что-то новое. Вызов?

Забавно.

– До свидания, – останавливаясь рядом с ней. – Спасибо за… профессиональное обслуживание.

– Обращайтесь еще,– в ее голосе слышится едва уловимая насмешка. Словно она знает что-то такое, чего не знаю я.

Что за черт?

Выхожу из кафе, чувствуя странное раздражение. Обычно я легко читаю людей, предугадываю их реакцию. А эта девчонка… она какая-то странная.

– Странная официантка, – говорит Диана, беря меня под руку. – Она как-то… пристально на тебя смотрела.

– Не обращай внимания. Просто любопытная студентка.

– А мне показалось, что она в тебя влюбилась, – Диана смеется. – Хотя кто в тебя не влюбляется?

Если бы ты знала, что я думаю о таких, как ты…

– Не говори глупости. У меня есть ты – зачем мне кто-то еще?

Диана тает от моих слов. Предсказуемо, как восход солнца.

Сажусь за руль машины – подержанная иномарка, купленная на заработанные деньги. Не папин подарок, как у большинства моих однокурсников, я даже честно выигранный в споре Мерен Максак не стал брать. Каждый рубль я заработал сам – репетиторство, фриланс, мелкие инвестиции.

Пока что машина не из тех, о которых я мечтаю. Но это временно.

Диана болтает о каких-то светских новостях, я думаю о своих планах. Знакомство с ее отцом, выход на рынок недвижимости, первые серьезные инвестиции. Через пару лет я смогу открыть собственное дело.

А потом… потом я буду зарабатывать столько, сколько захочу.

Деньги – это свобода. Свобода не зависеть от чужих настроений, не унижаться, не просить. Свобода быть тем, кем я хочу быть.

И никто, никто больше не сможет… так, все, не думаю больше об этом.

Останавливаюсь возле дома Дианы. Она наклоняется, чтобы поцеловать меня на прощание, и я послушно отвечаю на поцелуй. Нежно, но без страсти. Ровно настолько, чтобы она осталась довольна.

– Увидимся завтра? – спрашивает она.

– Конечно, малышка.

Она выходит из машины, помахав мне рукой. Я жду, пока она зайдет в подъезд, а потом еду домой.

Домой. Громко сказано для однокомнатной квартиры в спальном районе, которую я снимаю на собственные деньги. Но это тоже временно.

Все временно. Кроме цели.

Поднимаясь по лестнице, я снова думаю о той странной официантке. О ее словах: «Плохими не рождаются. Ими становятся».

Интересно, что бы она сказала, если бы знала мою историю?

Впрочем, какая разница. Я больше ее не увижу. А если и увижу, то она всего лишь любопытная студентка-психолог. Таких в университете полно.

Простая девчонка из простой семьи. Хотя… простой она точно не казалась. Стоп. Хватит о ней думать.

Захожу в квартиру, включаю ноутбук. Нужно проверить биржевые сводки, почитать аналитику, спланировать завтрашние сделки.

Работа. Планы. Цель. Это единственное, что имеет значение.

Но почему-то перед глазами стоят умные голубые глаза с серой дымкой и насмешливая улыбка девчонки, которая посмела назвать меня загадкой?

Забудь.

Забудь прямо сейчас.