Глава 4

Он всё-таки встал сам, держась за стену, чуть не свернул вешалку, открыл дверь и вышел на веранду. Аня встала вместе с ним, хотела помочь, но вовремя себя одернула, убрав вещи с пола, села на табурет и прижала пальцы к губам.

Странный вышел поцелуй. Стыдно признаться, но в свои почти тридцать лет ее точно так не целовали – требовательно, нагло, он словно нуждался в этом поцелуе. Губы горели под подушечками пальцев, захотелось пить, а еще снова курить.

За стеной послышался жуткий грохот, Аня соскочила с места, распахнула дверь. Мужчина стоял, опершись о стену, видимо, начал падать и задел рукой висящие на ней тазы, а ногами – стоявшие на полу ведра. Лицо было мокрое, Аня подошла, взяла полотенце и начала медленно его вытирать.

– Вот за что мне такое наказание в мой личный, заслуженный отпуск?

Он сама себе задала вопрос, даже не думая, что на него ответит хоть кто-то.

Артем смотрел на девушку сверху вниз, на веранде было светло. Ее короткие волосы слегка растрепались и были волнистыми, при свете они отливали холодом, такая маленькая блондиночка с зелеными глазами. Снова запахло дождем и свежестью.

«Совсем с ума уже сошел. Видимо, сильное сотрясение, что уже чудятся запахи, и ведет от этой девчонки. Хотя с таким острым язычком на малолетку она не тянет. Сколько ей, двадцать пять? Двадцать пять – это же уже не малолетка? Если мне тридцать восемь, хотя тут как посмотреть. Никакой косметики, чистое и такое сосредоточенное лицо».

– Пойдемте, надо лечь. Я дам таблетки, те, что у меня есть, обезболивающие, и что-то от сотрясения, я почитала аннотацию, их можно выпить. Держитесь за меня.

«Почему она называет меня на „вы“?»

Аня обхватила его за талию, коснулась руками гладкой кожи, по ее руке сразу побежали мурашки, их табун пронесся по всему телу, оседая где-то внизу живота. А Артем вздрогнул, не сходя с места, повернулся и внимательно посмотрел в Анины глаза.

– Больно, да? Извини, задела спину. Есть мазь, я уже мазала ею. Ты меня понимаешь?

Артем кивнул головой, стряхивая с себя странное наваждение, они зашли в дом, девушка повела его в одну из комнат, усадила на кровать. Сама вышла и появилась вновь – со стаканом воды и таблетками.

– Пей.

Он пил, жадно глотая всю воду, чувствуя, как по спине скользят тонкие пальчики, размазывая прохладный крем по коже. Прикосновения приятные, хотелось закрыть глаза и снова отключиться, но пока не время.

– А теперь ложись, только аккуратней.

Артем лег, чуть приподнимаясь на подушках и следя за девушкой. Она стояла рядом, рассматривая его, потом накрыла тонким одеялом.

– Я читала в твоих правах, когда мы были у трассы и нашли твое портмоне, тебя зовут Молотов Артем, прости, я то на «вы», то на «ты», не знаю, как обращаться.

Мужчина показал два пальца.

– Хорошо, Артем. Меня зовут Анна, ты помнишь, что с тобой случилось? Как ты оказался в лесу? Я не знаю, что делать, может быть, вызвать полицию или скорую, но, когда я тебя вела к себе, ты не хотел видеть ни тех, ни других. Я, если честно, ничего не понимаю, но тебе нужна медицинская помощь.

Артем показал жестом, чтобы она дала ему лист и ручку. Аня ушла, а он огляделся вокруг, голова в лежачем положении совсем не кружилась. Небольшая уютная комната, старая мебель, обычно такая на дачах, выкинуть жалко, а здесь пригодилась. Веселые шторки на окнах, за ним то солнце, то пасмурно. На стене часы и время – восемь, скорее всего, вечера. Он перевел взгляд на свое запястье, посмотрел на треснувший циферблат дорогих часов. Они стояли, маленькая стрелка на цифре два, большая на трех. Значит, два пятнадцать.

«Да, Молотов, попал ты. Почему я ничего не помню? Точнее, помню, но смутно. Клуб, алкоголь, я ведь не собирался в клуб, я ведь решил больше туда ни ногой. Я был в качалке, жутко свело левую икру, ее сводит постоянно. Потом написал Макар, просил заехать в сервис на Высоцкого, поехал. И вот в третьем часу ночи что-то случилось».

– Вот тетрадь и ручка.

Девушка появилась неожиданно, сбив все мысли. В руках не только тетрадка, но и поднос с едой, пахло очень аппетитно.

– Вот, я не знаю, можно ли есть, но тебе точно надо, такому здоровому не помешает.

Аня поставила поднос на стул, отдала Артему тетрадь и ручку. Он тут же начал что-то писать, написал и показал ей. Там был номер телефона и два слова «Дмитрий Грач».

– Хорошо, я позвоню. Он твой друг, он приедет и заберёт тебя?

«Приедет. Расскажи ему все, как было».

– Хорошо. Ты совсем не говоришь?

«Практически».

– Ты болен? Что-то с горлом или связками?

Артем отрицательно покачал головой.

– Ладно, понятно, что ничего непонятно. Ешь, я пока позвоню твоему другу.

Аня подала ему тарелку и ложку, но Артем так и не смог приподняться, ложка упала на постель. Аня села рядом, подняла ее и принялась кормить этого здорового, но такого беспомощного мужчину.

Артем послушно открывал рот, суп был простым, но очень вкусным, оказывается, он очень голоден. Аня его кормила, а он наблюдал, как она старается не смотреть ему в глаза, как часто дышит, как вздымается небольшая грудь под обтягивающей футболкой. Как пульсирует венка на шее под тонкой белой кожей. Как она прикусывает нижнюю губу, и как дрожат ресницы.

«Она что, боится меня?»

Артем поймал ее руку, останавливая. Снова написал что-то на листе и показал ей.

«Не бойся меня».

– Я не боюсь, с чего ты взял? – она ответила быстро, вскинула голову и с вызовом посмотрела в его темные глаза.

Он чуть улыбнулся, но не поверил ее словам. Суп был доеден, Аня ушла, лишь на кухне, поставив тарелку на стол, вздохнула, вытерла мокрые ладони об себя. Нет, она не боится его, она боится себя. Боится своей реакции на этого мужчину, Артем так странно ее рассматривал, хотелось встать и уйти. А еще хотелось посмотреть прямо в его глаза, дерзко и нагло, вроде получилось, но почему-тосамой себе от этого смешно.

А это все потому, что давно не было мужика, очень давно. А тут–вот он, рядом, полуголый, гора мускулов, центнер тестостерона. Нет, Аня не считала себя озабоченной и похотливой, к выбору мужчин подходила осознанно, никаких случайных связей, никакого секса по пьяни и быстрых перепихонов. Она, в первую очередь, мать, что подумает сын, узнай, что она так себя ведет, пусть даже и для здоровья меняя мужиков.

Год назад намечался один роман, как она думала, основательный и долгий, отношения, так сказать. Даже к гинекологу сходила, спираль поставила, ну как же, один партнер, доверие, но о детях думать пока рано. Партнер, увы, не оправдал доверия, долгая история, да и мерзкая, не хочется вспоминать.

Он написал «не бойся меня», она не боится, странно, но не боится. Даже там, в лесу, в ней было больше смелости и решительности, чем сейчас. Достала телефон, прошла в комнату, взяла тетрадку. Артем лежал на спине, глаза закрыты, на лбу снова испарина, тяжело дышит. Аня набрала написанный им номер, услышала длинные гудки, но ей так никто и не ответил.

– Ну, давай же, отвечай.

– Слушаю, Грач, – только с пятого раза ей ответил усталый мужской голос.

Глава 5

– Я вас слушаю, говорите.

Мужчина на том конце трубки говорил тихо, но требовательно. Аня слегка растерялась, не зная, как начать.

– Здравствуйте, меня зовут Аня. Я звоню по поручению вашего знакомого, Артема Молотова.

– Что с ним? – голос сразу переменился, слышно было, что мужчина взволнован.

– С ним все хорошо, относительно хорошо.

– Где он?

– Дачный поселок «Огонек», это двадцать пятый километр от города, около деревни «Огнево», там табличка на трассе, сверните в лес, я вас встречу.

– Скоро буду.

Вот так все просто, два вопроса – и он скоро будет. Хороший, наверное, друг, что срывается по первому звонку и летит спасать– неважно куда, и сколько на часах времени. А на ее часах уже было девять вечера. Аня снова зашла в комнату, где лежал Артем. Кровать явно была ему мала, он занимал почти все пространство, широко раскинув руки и снова сбросив с себя одеяло.

Аня подошла ближе, света было мало, но она не стала включать лампу, чтобы не тревожить мужчину. Снова начала вглядываться в его лицо, оно было напряжено, он хмурился, сжимал кулаки. Девушка потрогала лоб, он был горячим, быстро сбегала на кухню, намочила полотенце холодной водой, приложила к горячей коже.

– Что же такое с тобой случилось?

Этот вопрос снова был задан самой себе, наклонилась к самой груди, приложила ухо, чтобы послушать, есть хрипы или нет. Она так делала, когда Вадим болел. Но ничего не услышала, только почувствовала, как на ее голову очень тихо легла большая ладонь. Артем притих, его рука нежно гладила волосы девушки, перебирая короткие пряди между пальцами.

Аня сама замерла, боясь пошевелиться. Странные чувства накрыли ее, ощущение спокойствия и чего-то правильного. Не хотелось ни о чем думать, анализировать, делать выводы, она посидела так некоторое время, но потом тихо освободила свои волосы из рук мужчины, встала, накрыла его одеялом и вышла.

Машина свернула именно туда, куда надо, большой белый внедорожник был хорошо виден в темноте, в свете фар проезжающих машин. Аня стояла под деревом, как раз у обочины, все в том же дождевике, но уже в резиновых сапогах. Она махнула рукой, вышла на съезд, машина остановилась, около водителя опустилось стекло.

– Вы Дмитрий?

– Да, садитесь.

Аня обошла машину, сняла дождевик, чтоб не намочить сиденья, открыла заднюю дверь и забралась в салон. Никогда не садилась на переднее сиденье с незнакомыми людьми, имела такую странную фобию, особенно в такси или к клиентам, что предлагали подвезти. Тут уже опасения не только за свою жизнь, у нее ребенок, она за него отвечает. Как он будет без нее, с кем останется, если, не дай бог, что случится?

– Вы Аня?

– Да, это я вам звонила. Артем написал номер. Сейчас направо, а потом прямо до перекрестка.

Аня показывала дорогу к дому, но выбрала ту, что идет мимо леса, а не по центральной улице. Незачем всем соседям знать, что за странная особа, к которой приезжают такие автомобили, гостит у порядочной женщины.

– Я нашла его в лесу рано утром, лежал на мокрой траве. На затылке кровь, обработала рану, на спине большой синяк, словно ударили чем-то, может, палкой или битой. Да, вот сейчас еще раз направо, крайний дом.

– Он что-то говорил?

– Нет, ничего. Вообще ничего, только показывал и писал на бумаге.

Мужчина не поворачивался к ней, сосредоточенно смотрел на темную дорогу, в свете редких фонарей нельзя было ничего разглядеть. Аня не знала, что еще ему сообщить, сам вопросов он больше не задавал.

– Да, вот этот дом, можете оставить машину прямо здесь, дорога тупиковая, дальше лес. Пойдемте.

Аня вышла из машины первая, открыла калитку и, не дожидаясь своего спутника, пошла к дому. Дима шел сзади, неся большой медицинский чемодан, смотрел под ноги, о чем-то сосредоточенно думал.

– Проходите, ваш друг там, в комнате, когда я уходила, он спал.

Мужчина быстро прошел вперед, у дверей остановился, повернулся и впервые за все время дороги посмотрел на Аню. Он был в очках, серые внимательные и уставшие глаза, русые взлохмаченные волосы, под пиджаком медицинская рубашка темно-синего цвета. Очень приятное лицо, между бровей глубокие морщинки, он улыбнулся, сразу стал моложе на несколько лет.

– Спасибо, мне нужно помыть руки. Где это можно сделать?

– Это надо вернуться обратно, умывальник на веранде.

– Я найду, не провожайте.

Он поставил медицинский чемодан на пол и ушел. Аня осталась у дверей спальни, смотрела на этот чемодан и думала о том, как странно складывается ее отпуск. Вот уже даже не в ее доме двое посторонних мужчин, один точно врач, а другой вообще очень странный, с кучей загадок.