Глава 2

– Ирма Эдуардовна, как вы это сделали? – на лице Данилы было написано неподдельное изумление. Куратор улыбнулась и протянула руки вперед:

– Молодые люди, карты отдаете мне и забываете про них на ближайшие два семестра. Условия помните?

В ответ проигравшие парни только молча закивали. Ирма поднялась с места, оглядела аудиторию спокойным безразличным взглядом и негромко проговорила:

– После занятий подойдите на кафедру за поручениями. Раз уж согласились, придется отрабатывать. Все по местам, продолжаем занятие.

Наташа сидела прямая, как палка, и не сводила пристального взгляда от Саши, который, в свою очередь, ел глазами Ирму. Она показалась ему чуть ли не бесстрашной амазонкой, которая так легко и красиво умыла нахальных студентов на их же поле. Данила, Андрей, Паша и Стас понуро листали тетради с конспектами, не решаясь больше смотреть в сторону преподавательницы.

Саша после того дня ходил в полном смятении чувств. Поведение Ирмы не укладывалось ни в какие привычные рамки, и это заставляло парня думать о кураторе курса всё чаще и чаще. Он старался вести себя, как обычно, но это не всегда получалось. Наташа даже заметила, что при виде Ирмы у Саши взгляд становится стеклянным.

– Вы слышите меня, бандерлоги? – кривлялась девушка, вытягивая перед собой руки и двигаясь, как робот. – Саш, на тебя смотреть страшно. Ты же как призрак, самый настоящий.

– Потапова, отстань. Найди себе кого-нибудь другого для развлечений, а меня оставь в покое, – жестко огрызнулся Александр. Он был занят написанием конспекта и не хотел отвлекаться на одногруппницу. – Лучше бы к семинару готовилась, а то снова схлопочешь отработку.

– Ну уж нет, – отмахнулась Наташа. – Пусть Ирма съест меня живьем, но по ее предмету из принципа не стану готовиться. Я вообще ничего не понимаю в этих теориях, как можно такое запомнить?

– Если поймешь, сразу запомнишь. А ты вместо этого тупо заучиваешь, – отмахнулся от нее Саша, продолжая писать конспект.

У парня с этим никогда не было проблем. Уж что-что, а логическое мышление было развито очень хорошо, и благодаря такому навыку Саша практически любые задачи решал за счет своего умения правильно разложить по полочкам. Учительница по физике, Светлана Викторовна, прямо умоляла ученика поступать на физфак, говоря, что это его настоящее призвание.

– Кузнецов, ну какой из тебя гуманитарий с таким мышлением? Ты должен быть гением физики, ты еще удивишь мир своими открытиями! – горячо говорила женщина. Но Саша был непоколебим и выбрал языковое направление. Чего ему долго не могли простить ни учительница, ни родная мать. В университете парень сразу почувствовал себя в родной стихии, когда начали разбирать теорию и культуру речи на примере зарубежной и русской литературы. Саша был готов просиживать над учебниками и тетрадями сутки напролет, и Ирма, видя рвение старательного парня, стала помогать ему советами. Иногда могла принести редкую книгу, которую студентам не разрешали выносить из читального зала университетской библиотеки.

***

Наступило время первой сессии. Саша, подобно многим сокурсникам, искренне веселился, слушая советы по «магической сдаче экзаменов». Особенно старалась в этом направлении Наташа, для которой было пыткой что-то выучить. Девушка пыталась найти какой-то особенный способ, чтобы без лишнего напряга сдать экзамены и зачёты, на которые она приходила с заметным опозданием. Так она умудрилась опоздать на общий тест, когда Ирма раздала студентам бланки с вопросами и листочки для ответов. Наталья ввалилась через сорок минут после начала пары и довольно нагло, небрежно кивнув, прошла на своё место. Лишь усевшись за парту, девушка обратила внимание на то, что на нее все вокруг смотрят. Данила подмигнул:

– Потапова, бурная ночка была? Не подскажешь, с кем? Если что, могу успешно заменить, после меня вообще ни про какие экзамены не вспомнишь.

– Пошел ты, – пробурчала девушка и показала неприличный жест в ответ. Тут же подошла Ирма, держа в руках бланки.

– Я отметила время вашего появления в аудитории и начала теста. Приступайте к выполнению, Наталья, – строго сказала преподавательница и отошла на другую половину аудитории. Наташа скорчила недовольную гримасу:

– Чего она ко мне цепляется? Завалить решила?

– Я бы сам тебя завалил, но ты не в моем вкусе, – встрял Стас. Наташа посмотрела на него волком:

– А ты куда? Что вы все лезете ко мне?

– Сама виновата. Ведешь себя как…

Наташа надулась и сделала вид, что сосредоточилась на заполнении теста. На самом деле, она чуть не плакала от обиды и не понимала, чем вызвано такое отношение к ней. Не решившись спросить об этом у однокурсниц, девушка после пары подошла к старосте курса – Паше и попросила дрогнувшим голосом:

– Паш, можно с тобой поговорить? Очень нужно, это вопрос жизни и смерти.

– Да ну? – ухмыльнулся было парень, но при виде расстроенного лица Натальи смекнул, что шутить сейчас ни к чему. Нахмурившись, Паша показал в сторону свободной аудитории:

– Пошли туда, там никто не помешает.

Пока они направлялись в помещение, Саша краем уха услышал:

– Потапова решила еще и Пашку охмурить? У девки совсем башню снесло, ко всем липнет.

Но Наташа даже не подозревала, какие слухи гуляют среди студенческой братии на ее счет. Думала, что все парни смотрят на нее только потому, что она необыкновенно красивая, но дело оказалось в другом.

– Давай быстрее, меня еще Женька ждет, – Паша дал понять, что не намерен тратить много времени на непонятный разговор. Наташа кивнула и постаралась как можно точнее сформулировать мысль:

– Я не понимаю, что со мной не так? Почему ребята на меня косятся и бросаются такими тупыми шутками? За кого они меня принимают?

Вместо ответа Паша вздохнул и подвел Наташу к зеркалу на стене:

– Видишь?

– Что я должна видеть? – нахмурилась девушка. – Прическа нормальная, макияж не течет, фигурка очень даже ничего. Что не так?

Паша закатил глаза:

– Видит бог, не хотел я этого… Но ты не оставила мне выбора, Потапова.

Наталья уставилась на парня:

– Та-ак… в чем дело?

– Буфера собери и перестань их вываливать, – ляпнул Паша и тут же заткнул себе рот большой широкой ладонью. – И штаны повыше подтягивай, что ли.

– Ты…– глаза Наташи широко раскрылись, – совсем берега попутал? Что ты только что сказал?

Паша вздохнул, на этот раз – тяжелее.

– Потапова, ты себя со стороны видела? Почему у тебя такие вырезы на блузке, что бюст так и просится наружу? А твои джинсы? Стоит тебе присесть или наклониться, как всем можно без стеснения любоваться твоими нижними полушариями. Я, конечно, не против легкого стриптиза. Но когда приходится таращиться на твои булки каждый божий день, это уже чересчур.

Наташа отпрянула от парня, лицо ее залила густая краска. Ей бы и в голову не пришло, что все пошлые шуточки ребят объясняются только ее гардеробом, который она тщательно подбирала. Цель была показать себя, но только не в таком ракурсе, чтобы в ней видели доступную глупую девицу, намеренно провоцирующую добропорядочное мужское население курса. Закусив губу, Наташа с тоской посмотрела на Пашу:

– Ты же не один так думаешь? Все парни так считают?

Паше было неловко, но надо было играть до конца. Он кивнул:

– Почти все. Никто не понимает, зачем приходить на учебу в нарядах, в которых больше видно, чем скрыто.

– Я тебя поняла…– Наташа оттолкнула Павла и побежала прочь, не глядя по сторонам. Она старалась прикрывать вырез на груди большой сумкой и не реагировала на смех и призывные свисты парней.

– Наталья, смотрите под ноги! – послышался знакомый женский голос. Наташа растерянно моргнула и остановилась, увидев перед собой Ирму.

– Извините, Ирма Эдуардовна, – проговорила девушка и хотела бежать дальше, но куратор не дала ей такой возможности.

– Потапова, следуйте за мной на кафедру. Как можно скорее, – Ирма кивнула и направилась к лестнице на третий этаж, где находилась кафедра лингвистики. Ничего не понимающая Наташа поспешила за преподавательницей. Когда обе оказались в кабинете, куратор попросила прикрыть дверь.

– Наталья, у вас какие-то проблемы в последнее время? Вы сама не своя, – заговорила Ирма, пристально глядя на девушку. Наташа подобралась:

– Да нет, всё нормально. С чего вы взяли?

– По предметам, которые вы сдавали без проблем на пятерки, у вас натянутые за уши тройки. Вы перестали заниматься или кто-то вам изначально помогал зарабатывать хорошие оценки? – Ирма не стала ходить вокруг да около. Наташа окаменела.

– Если у вас какие-то сложности с учебным материалом, вы могли бы обратиться ко мне. Я ваш куратор и могу помочь, – участливо проговорила Ирма, не сводя с Наташи внимательного взгляда. Девушка покраснела:

– Нет-нет… просто я на подработку устроилась, не всегда успеваю готовиться, простите.

– Вы стараетесь совмещать работу и учебу на очном отделении? – удивленно и с уважением спросила преподавательница. Наташа застенчиво кивнула:

– Ну-у-у, просто нужны деньги. Я уже не маленькая девочка, чтобы просить у родителей на карманные расходы, хочу сама покрывать свои потребности. Только не всегда получается.

– Хорошо, – задумчиво проговорила Ирма, и ее взгляд смягчился:

– Не могу ничего обещать, но придумаем что-нибудь, чтобы вы получили допуск на сессию.

Не смея верить в свою удачу, Наташа легко поднялась со стула, кивнула в знак благодарности и вышла:

– Спасибо, Ирма Эдуардовна. Буду вам очень благодарна.

Выйдя за пределы кабинета, девушка выдохнула с облегчением и в то же время – со злорадством:

– Знала бы ты, дорогая Ирма, о какой подработке идет речь…

***

Наташа устроилась в веб-студию. Пока она только зарабатывала рейтинг, ведя незначительные беседы вживую с разными клиентами, но готовилась к более серьезным «проектам». Наниматель уже сообщил, что Наташа понравилась отдельным посетителям студии, и те готовы платить хорошие деньги за более интересный контент в ее исполнении. Прозвучал намек:

– Пора бы попробовать что-то более завлекающее… показать себя в деле…

Наташа втайне боялась этого, но в то же время понимала, что это единственный способ для нее вырваться из ситуации постоянной нужды. Денег в ее семье катастрофически не хватало, их было мало для амбициозных целей, которые поставила перед собой Наташа. Она думала, что ее броский вид и кажущаяся доступность сделают ее более привлекательной для Саши, но он даже не скрывал того, что считал ее неинтересной особой. Зато другим парням ее поведение давало кучу намеков, и они заваливали сокурсницу таким вниманием, что вызывали острое желание причинить им «нестерпимое счастье» чем-нибудь тяжелым. А этот упертый Кузнецов видел перед собой только Ирму. Правда, парень считал, что о его чувствах по отношению к преподавательнице никто не знает. Это было на самом деле смешно – быть таким слепым в своей вере, ведь другие тоже это заметили, но соблюдали негласную мужскую солидарность. Никто не комментировал и не лез, зато с советами и шутками в адрес Наташи желающих было более чем достаточно.

– Эх, Наташа, три рубля – и наша, – напевал наглый Данила, буквально раздевая сокурсницу тяжелым, скользким взглядом.

Саша нравился девушке, она хотела его, как некоторые дети хотят что-то запретное для них. Он явно был не ее типаж – среднего роста, никаких выдающихся мускул и кубиков пресса, довольно худощавый. Но в его взгляде и манере говорить чувствовался внутренний стержень, от которого Наташа сходила с ума. А еще больше нравилось, что он – будущий обладатель квартиры в центре города, у которого есть только мать. Впрочем, были еще дед и отец, которые тоже не оставят единственного наследника без копейки за душой. Саша был идеальный кандидат в мужья, благодаря своему статусу единственного ребенка.

– Эта старая дева ничего не получит, пусть даже не надеется. Я всё равно красивее и моложе, Саша будет только моим, – думала Наталья. – Правда, там у него мамаша… наседка, надо полагать. Но ничего, найду способ и ее обломать.

Клара тем временем с тревогой наблюдала за тем, как ее сын меняется. С каждым новым учебным годом в лице Саши чувствовалась какая-то цель, сути которой женщина не понимала до конца. Он явно стремился к чему-то, только к чему именно? Клара видела, что сын вполне реально может получить красный диплом, но относился к этому достаточно прохладно.

– Красный диплом для меня не самоцель, меня интересует другое, – отвечал сын. Клара не отставала от него до тех пор, пока не услышала:

– Меня интересует одна девушка. А она… ей нравятся умные, и я хочу быть таким, чтобы она обратила на меня внимание, – признался Саша матери.

– Так тебе девушка понравилась? – Клара ахнула и сложила руки на груди. – Кто она? Из какой семьи? Приличная или вертихвостка? Учти, если это какая-то фифа, я такую даже на порог не пущу. Не хочу, чтобы моему мальчику жизнь испортили. Когда ты меня с ней познакомишь?

Саша даже растерялся под натиском матери. В который раз пожалел, что поддался ее напору и выболтал то, о чем следовало молчать еще несколько лет.

До защиты диплома оставалось времени всего ничего, и Ирма, как куратор группы, постоянно контролировала процесс написания дипломных проектов. Раз в неделю устраивала проверку работ, помогала с литературой и формулировками. Саша старался оставаться рядом с ней как можно дольше и чаще, находя любые поводы для общения.

– Александр, скоро на вас будут смотреть так, словно я вас усыновила, и вы боитесь оторваться от моей юбки, – насмешливо проговорила Ирма. Она сидела с серым от усталости лицом за рабочим столом, читая очередную студенческую работу. Девушку назначили руководителем НИРС кафедры, и это требовало от нее больше вовлеченности во взаимодействие со студентами.

Саша с невинным лицом стоял перед преподавательницей, держа в руках несколько распечаток.

– Ирма Эдуардовна, вы же сами сказали, что я невыносимый перфекционист, – мягко улыбнулся парень. – Оправдываю свою репутацию в ваших глазах.

– Диплом подождет, – отмахнулась Ирма. – Лучше скажите, как у нас дела обстоят с конференцией? Что с докладом?

– Я тоже подумал, что диплом подождет, – довольным тоном проговорил Саша, – и принес доклад. Целых две разные версии. Меня смущают отдельные формулировки, и мне бы хотелось, чтобы вы помогли отточить их.

Ирма вздохнула:

– Иногда я начинаю думать, что вы – мой персональный кошмар, Кузнецов. Мне нужна передышка, чувствую себя загнанной лошадью. Дайте мне полчаса, хорошо?

Она встала из-за стола. Потянулась и помахала руками, перекатилась несколько раз с пятки на носок и обратно.

– Уфф, уже почти человеком себя чувствую. Но для полноты ощущений не хватает кое-чего…

Ирма посмотрела на стоявший на столе электрический чайник. В шкафчике, в самом углу, притаилась пачка ароматного чая с цитрусами и пакетик с песочным печеньем.

– Я сейчас, – Саша, взяв пустой чайник, вышел из кабинета раньше, чем Ирма успела что-то сказать. Парень вернулся через пару минут, включил чайник и снова вышел. Куратор удивлено смотрела, как он направляется из здания факультета в продуктовый магазин напротив. Еще десять минут – и к моменту закипания чайника на столе красовались аппетитные пирожные.

– Ирма Эдуардовна, угощайтесь, – улыбнулся Саша. Куратор смутилась:

– Это называется воспользоваться ситуацией, хитрец. Принимаю ваше предложение.

Ирма присела перед шкафчиком и вытащила пару чистых керамических кружек:

– С сахаром или без?

– С вами, – неожиданно для себя выдал Саша. Ирма повернулась к нему:

– Простите? С чем?

– Я не помешала? – раздался насмешливый голос. На пороге стояла Наташа. Судя по выражению ее лица, она слышала всё до единого слова и сверлила взглядом лица преподавательницы и однокурсника.

Саша с трудом сохранял невозмутимость, хотя внутри всё бушевало от гнева.

– Ты, как всегда, вовремя, – ледяным тоном проговорил парень.

– Это мой дар – появляться не там, где надо, и не в то время, – в тон ему ответила Наталья. Затем ее взгляд вернулся к Ирме:

– Ирма Эдуардовна, а нам вы никогда чай не предлагали. Или только Кузнецов удостоился этой чести?

Голос девушки звенел от напряжения. Ирма спокойно улыбнулась:

– Почему же? Вы тоже можете составить компанию. Присоединяйтесь, если хотите.

– Правда? Это же здорово – буду гонять чаи с нашим родным куратором, – в глазах Наташи появился неприятный блеск. Она жадно следила за лицом Ирмы, вдруг та выдаст своё раздражение или ревность. Но преподавательница прекрасно умела владеть собой. Саша мгновенно замкнулся и помрачнел, а девушка мысленно дала себе задачу:

– В следующий раз выжду минуту… вдруг будет происходить что-то интересное… сегодня я слишком рано вошла…

Наташа жалела, что вошла раньше. Саша никогда с Ирмой не разговаривал таким тоном -участливо и с какой-то скрытой нежностью. С Наташей он был довольно резковат, хотя не допускал открытой грубости в ее адрес. Но в его голосе чувствовался холод, который мгновенно исчезал в общении с Ирмой. Сердце Наташи трепетало от ревности, и она мечтала, что в один прекрасный день проклятая разлучница исчезнет с горизонта, перестав отравлять всем жизнь.

– Я должна что-то сделать, чтобы на меня никто не подумал. И чтобы Ирме досталось так, чтобы ее уволили. Желательно, с таким шумом, чтобы больше ни в какой университет не взяли. Надо выписать ей волчий билет в один конец, – на полных губах Наташи заиграла коварная усмешка.

До конференции оставались считанные дни. Сашу подставлять не хотелось, он сразу поймет, кто приложил к этому руку. А вот с Ирмой…

– Кажется, я знаю, к кому можно обратиться, – Наташа заулыбалась. – Точно знаю, он не откажется помочь…