3,6
9 читателей оценили
486 печ. страниц
2014 год



– Нет, только в отдельных случаях. Сначала мы используем более деликатные подходы, а откровенные угрозы придерживаем для самых упрямых родителей, на которых не действуют никакие другие доводы. И тогда, оказавшись перед выбором – либо согласиться на наши условия, либо дочь у них все равно заберут, не дав ничего взамен, – они становятся гораздо уступчивее. Хотя обычно до этого не доходит. Скажем, мои родители очень не хотели со мной расставаться, ведь я была их первенцем. Но в конце концов их убедили, они отдали меня под опеку сестер, а сами получили в награду большое поместье в Гвыдонеде.
– Ты поддерживаешь с ними отношения?
Шайна немного помедлила, затем ответила:
– Это трудно назвать отношениями. Мы лишь изредка переписываемся, и этим все ограничивается.
– Гвыдонед все-таки далековато от Минегана, – произнесла Эйрин, представив карту Северного Абрада. – Но неужели они ни разу не навестили тебя?
– Пока мне не исполнилось тринадцать, это было запрещено. А потом… Думаю, к тому времени они уже смирились с тем, что нас связывает только кровь, а в остальном мы чужие. – Шайна говорила об этом бесстрастно и почти безразлично. – К тому же мои родители совсем не одиноки. После меня у них родилось еще пятеро детей: двое сыновей и три дочери.
– И ты не хочешь встретиться с ними?
– Отчего же, хочу. Просто еще не представилось возможности. Только зимой я закончила обучение и сдала экзамены, а вскоре старшая сестра Айлиш вер Нив взяла меня с собой в поездку по западному побережью. В Гулад Данане наши пути разошлись – Айлиш отправилась в Эврах и отплыла на корабле на Инис Ливенах, а я получила от тылахморского герцога Довнала аб Конховара приглашение погостить у него. В Тылахморе пробыла четыре месяца, вскоре собиралась отправиться на север, в Гвыдонед, но обстоятельства сложились так, что пришлось ехать на юг. Но я об этом не сожалею, мне нравится путешествовать.
– Ты уже много стран посетила?
– Те, что были на моем пути. Ивыдон, Коннахт, Катерлах, Торфайн, Гулад Данан, Румнах, кусочек Литрима и, наконец, ваш Леннир. В Ихелдиройде не была, так как не захотела ехать через Двар Кевандир, а поплыла на корабле из Эвраха в Конви.
– А я бы с удовольствием побывала в горах, – сказала Эйрин. – Кстати, те трое охранников, которые приехали с тобой, это переодетые гвардейцы Тир Минегана?
– Нет, мы с сестрой Айлиш путешествовали без сопровождения. А этих троих мне навязал герцог Довнал. Хотя я не сказала ему о цели своей поездки, он знал, что я собираюсь на Юг, поэтому настоял на охране. В конце концов он оказался прав: когда люди видят на дороге одинокую молодую женщину, у них сразу возникает подозрение, что она ведьма. Я же до поры до времени не хотела выказывать себя, поэтому согласилась на охранников. И это было правильное решение. В следующий раз, когда поеду на Юг, обязательно возьму наших гвардейцев.
– У тебя тут есть еще какие-то дела?
– Пока нет, но могут появиться. А если нет, все равно поеду – просто из любопытства. Как я уже говорила, мне нравится путешествовать, я хочу объехать весь Абрад, от Ан Каваха до Фыннира, и побывать на всех окружающих островах. За исключением, ясное дело, Лахлина.
– А это правда, – отозвалась Финнела, – что Лахлин проклят и на нем не рождаются ведьмы?
– Он не проклят, а заклят, – уточнила Шайна. – Почти десять столетий назад объединенными усилиями всех наших сестер Лахлин был окружен особыми заградительными чарами, Лахлинским Барьером. С тех пор ни одна Искра, освободившаяся после смерти ведьмы или ее превращения в ведьмачку, не попадала на этот остров.
– Понятно, – сказала Финнела. Она немного помялась в нерешительности, но все-таки спросила: – А много ведьм становятся ведьмачками?
Шайна отрицательно покачала головой:
– Это происходит крайне редко. Мы слишком дорожим своей Искрой, чтобы беспечно обращаться с нею, к тому же в зрелом возрасте ее потеря становится смертельной. На сегодняшний день ведьмачек три. Одной уже за девяносто, и вы, наверное, слышали о ней – это Гривильд вер Мирген, королева-вдова Алпайна. Второй ведьмачке под шестьдесят, а третья почти моя ровесница, ей девятнадцать лет.
– Ты хорошо ее знала?
– Достаточно хорошо. – В голосе Шайны явственно послышались грустные нотки. – Вообще-то мы были лучшими подругами.
– О! – сочувственно проговорила Финнела. – Мне очень жаль.
– Мне тоже, – вздохнула Шайна. – И хватит об этом. Поговорим лучше о тебе, Финнела. Я чувствую в тебе колдовской дар, но он совершенно не развит. Почему ты не учишься? Родители запрещают?
Финнела явно смутилась, а Эйрин вместо нее ответила:
– Дядя Рис и тетя Идрис тут ни при чем, они совсем не возражают. Проблема в самой Финнеле. Несколько раз она начинала обучение, но почти сразу бросала. А все из-за лени.
– Ничего подобного! – возразила кузина. – Это не из-за лени. Просто… – Сначала она собиралась в очередной раз заявить, что ей неинтересно, но потом почему-то передумала и честно призналась: – Это очень трудно. У меня ничего не получается. Может, мне еще рано?
– Ни в коем случае не рано, – сказала Шайна. – Чем раньше, тем лучше. И у тебя все получится, просто наберись терпения. Начинать труднее всего, я знаю это по собственному опыту. Моя Искра пробудилась в три года, и я не помню, как все происходило. Но это была лишь чистая энергия, без формы и содержания, и до шести лет сестры учили меня, как сдерживать ее, подчинять своей воле. А потом уже началось настоящее обучение – как направлять хаотичные магические потоки, расщеплять их на тонкие нити и сплетать их в чары. Мне пришлось хорошенько помучиться над моим первым, самым простым заклятием, но, когда я преодолела этот барьер, с каждым следующим шагом становилось все легче и легче.
– Ты говоришь о ведьмовской магии, – заметила Финнела. – А магия колдунов совсем другая.
– Ну, если честно, магия та же самая, разница лишь в ее происхождении. Колдуны используют уже готовую, находящуюся вокруг них, а мы производим свою собственную, черпая силу из Искры. Колдуны на это не способны. Но с другой стороны, ни одна ведьма не имеет колдовского дара – по какой-то причине наша Искра с ним несовместима. И поэтому мы не можем управлять никакой посторонней магией, даже магией своих сестер.
– А разве в этом есть необходимость? – спросила Эйрин.
– Иногда бывает полезно. Вот представьте такую ситуацию: ведьма и колдун вступают в поединок с другой ведьмой. Кто, по-вашему, победит, если все трое хорошо обучены?
Ощутив в такой постановке вопроса какой-то подвох, Эйрин промолчала. А Финнела простодушно ответила:
– Если обе ведьмы равны по силам, то победит та, которая в паре с колдуном. Но ни один колдун не поможет слабой ведьме победить сильную.
– А вот и нет, – сказала Шайна. – Исход такого поединка известен наперед при любом соотношении сил. Ведьма с колдуном всегда побеждают.
– Правда? И почему?
– Именно потому, что колдун способен управлять чужой магией. Сам по себе он беззащитен перед силой ведьмовских чар, но при его содействии даже самая слабая ведьма может легко разрушить как защитные, так и атакующие заклятия соперницы. Это называется эффектом ведьминско-колдовского взаимодействия. Именно поэтому в те давние времена, когда на Абраде господствовала нечисть, ведьмы нередко прибегали к помощи колдунов в борьбе с особенно большими стаями чудовищ. Да и сейчас мы тесно сотрудничаем с ними – ведь наше взаимодействие имеет множество мирных применений. Как правило, работаем с колдуньями – нам намного проще найти общий язык с женщинами, чем с мужчинами. Кроме того, некоторые колдуньи обладают даром пророчества и ясновидения, а мы его очень ценим. Ни один мужчина-колдун, ни одна ведьма ворожить не умеют.
– Теперь понятно, – сказала Эйрин. – Я и раньше знала, что на Тир Минегане живут колдуньи, а в Абервене даже есть школа для девушек с колдовским даром. Но до сих пор не могла понять, зачем вам это нужно. А когда спросила мастера Игана, нашего колдуна, он мне сказал, что вы делаете это назло колдунам, а колдуний используете как личную прислугу.
Шайна тихонько, но от души рассмеялась:
– Поверь, мы не такие надменные дуры, чтобы брать себе в горничные колдуний. Они не прислуга, а наши помощницы.
– Получается, мастер Иган соврал?
– Я так не думаю. Наверное, он сам в это искренне верит. Многие мужчины-колдуны не любят ведьм и осуждают тех колдуний, которые с нами сотрудничают. По-видимому, ваш мастер Иган именно из таких колдунов. Он даже не пришел поприветствовать меня, когда я приехала, хотя этого и требовали элементарные правила вежливости.
– Сейчас его нет в замке, – объяснила Эйрин. – Вчера он поехал на один день в Бентрай, соседний городок, где живет его семья. К вечеру должен вернуться.
– Так вот оно что, – кивнула Шайна. – Значит, я поторопилась с выводами.
– Мастер Иган странный человек, – произнесла Финнела. – Служит у нас уже тридцать с лишним лет, за это время обзавелся женой и детьми, но так и не забрал их в Кардугал. Сколько себя помню, лишь два-три раза в месяц посещает их в Бентрае.
– Мужчины-колдуны все такие. По своей натуре одинокие волки. Даже те из них, кто женат, все равно предпочитают жить отдельно от семьи.
– А колдуньи?
– Они не столь убежденные одиночки, хотя замуж выходят далеко не все. На свете мало мужчин, готовых связать свою жизнь с колдуньей. Конечно, все было бы иначе, если бы колдовской дар передавался по наследству. Тогда бы колдуны и колдуньи больше заботились о продолжении рода.
– Дед Тырнан говорил, – заметила Эйрин, – что в таком случае вся знать и на Севере, и на Юге давно бы стала колдовской.
– Наверное, так и есть, – согласилась Шайна. – И один только Дыв знает, к добру бы это было или к худу. Но колдовской дар не наследуется, и никакой закономерности его появления пока обнаружить не удалось. Поэтому большинству мужчин-колдунов абсолютно безразлично, будут у них дети или нет, а колдуньи, хотя и стремятся завести семью, не всегда находят себе пару. Понятное дело, это не касается колдуний знатного рода, а тем более принцесс. Как, например, ты, Финнела. У нас на Севере они нарасхват, к каждой из них выстраивается длинная очередь претендентов. Любой король, не говоря уже о князьях, мечтает заполучить жену или невестку с таким приданым.
– У нас на Юге то же самое, – сказала Эйрин. – Дядя Рис просто не знает, что делать с предложениями, которые сыплются на него со всех сторон. А недавно Гвылим аб Килан, король Литрима, предложил женить на Финнеле своего младшего сына Лавраса. Хочет устроить двойную свадьбу – в конце лета его дочь Рианнон выходит замуж за брата Финнелы Логана. Но дядя не спешит соглашаться, ждет лучшего варианта.
– Лучше младшего принца может быть только старший принц, – заметила Шайна.
– Или король, – добавила Эйрин. – Падрайг аб Миредах из Ферманаха. Недавно ему исполнилось шестнадцать, и королева-мать Блодвен вер Фейглим сейчас ищет ему невесту.
– А я слышала, что короля Падрайга сватают к тебе.
– Ну… – протянула Эйрин, – все было немного иначе. Весной, когда закончился траур по покойному королю Миредаху, мой отец сделал предложение леди Блодвен. Она ответила принципиальным согласием, но выдвинула условие, чтобы одновременно я вышла за Падрайга. А для отца это было неприемлемо.
– Почему?
– Потому что я наследница престола, и, если бы его брак с леди Блодвен оказался бездетным, корону Леннира унаследовал бы наш с Падрайгом старший сын. А отец и дед Тырнан не для того так долго добивались для Леннира статуса королевства, чтобы в конце концов сделать его провинцией Ферманаха.
– Понимаю, – сказала Шайна. – А ты небось жалеешь об этом. Ведь правда было бы заманчиво стать королевой такой большой страны, как Ферманах?
Эйрин безразлично пожала плечами:
– Сдался мне этот Ферманах! Я жалею лишь о том, что отец не женился на леди Блодвен.
– Она тебе нравится?
– Я с ней ни разу не виделась. Слышала, что она красива, молодо выглядит для своих тридцати пяти лет, а по характеру настоящая мегера. Но мне все равно. Я просто хочу, чтобы у отца была жена, которая родила бы ему сына. А кто она, не имеет значения.
– То есть, – удивленно проговорила Шайна, – ты не хочешь унаследовать престол?
– Нисколько, – решительно ответила Эйрин.
– А точнее, – вмешалась Финнела, – она не хочет выходить замуж. Ее пугает даже мысль об этом.
Эйрин сердито глянула на кузину.
– Ничего подобного, – возразила она. – Просто я не хочу с этим спешить, а отец уже начинает давить на меня. Мол, если я наследница престола, то должна с ответственностью смотреть в будущее, заботиться о преемственности власти. Иными словами, выйти замуж и родить сына-наследника.
– Об этом я и говорю, – настаивала Финнела. – Ты рассматриваешь замужество как полную потерю свободы.
– А разве это не так? Если у меня будут муж и дети, я уже не смогу надолго оставить Леннир, не смогу поехать, куда мне захочется, никогда не отправлюсь в путешествие по Абраду… – Эйрин опять перевела взгляд на Шайну. – Тебе, наверное, трудно это понять. Вы, ведьмы, не знаете таких ограничений.
– Но все-таки я понимаю, – сказала Шайна. – Еще в прошлом году я была младшей сестрой, то есть ученицей, а младшим сестрам не разрешают оставлять Тир Минеган. Было время, когда я боялась, что еще долго не стану полноправной сестрой, останусь ученицей лет до тридцати и не скоро смогу увидеть другие страны. Хотя, конечно, между «нескоро» и «никогда» существует огромная разница. К сожалению, ничто в этом мире не дается даром, и ограничение личной свободы – это твоя плата за богатство и власть. Мы, ведьмы, тоже платим за свое могущество, долголетие и вечную молодость. Платим тем, что не можем иметь семью и детей.
– Но и не отказываетесь из-за этого от своей ведьмовской силы, – отметила Эйрин.
– Конечно нет. Точно так же и ты должна признать, что сейчас находишься в более выгодном положении, чем, скажем, Финнела. Даже выйдя замуж за Падрайга и став королевой, она будет просто женой короля, а ты унаследуешь от отца корону и будешь управлять Ленниром по своему усмотрению.
– Я говорю ей то же самое, – произнесла Финнела. – А все эти разглагольствования о свободе и несвободе яйца выеденного не стоят. Вот бродяги абсолютно свободны, они шатаются, где им заблагорассудится. Но, Эйрин, разве ты хотела бы оказаться на их месте?
– Нет, конечно. Зато с радостью поменялась бы местами с тобой. Твой колдовской дар стоит гораздо больше моего титула первой принцессы. Я бы не стала выходить ни за Падрайга, ни за Лавраса, ни за кого-либо еще, а в первую очередь отправилась бы в Кованхар, чтобы обучиться чарам. Или на Тир Минеган – в ту ведьминскую школу для девушек-колдуний. Похоже, она тоже хороша, раз мастер Иган так категорично осуждает ее существование. Даже если бы отец возражал, я бы его не послушала и все равно поехала. Просто убежала бы из дому.
Шайна смерила ее испытующим взглядом:
– Ты серьезно?
– Абсолютно, – без малейших колебаний кивнула Эйрин. – Разве есть что-то более захватывающее, чем заниматься магией? Разве променяла бы ты свою силу на королевство, пусть даже самое большое?
В ответ Шайна лишь вздохнула.

Глава II
Новая Искра

У Келлаха аб Тырнана, короля Леннира, были такие же изумрудно-зеленые глаза, как у дочери, и такие же, как у нее, непокорные ярко-рыжие волосы – правда, щедро припорошенные сединой. Ему уже перевалило за пятьдесят, и хотя в таком возрасте у большинства мужчин есть по несколько внуков, Келлаху с этим не повезло. Его брак с Гледис вер Амон, дочерью рувинского герцога Амона аб Гована, долгое время оставался бездетным, потом наконец родилась Эйрин, а от второй беременности леди Гледис умерла. Овдовев в сорок лет, Келлах аб Тырнан пытался жениться вновь, но каждый раз уже договоренный брак по тем или иным причинам, главным образом политическим, расстраивался. Насколько Шайне было известно – а после встречи с Эйрин и Финнелой она говорила и с другими жителями Кардугала, среди которых нашлось несколько весьма словоохотливых придворных, – кое-кто объяснял эти неудачи тайными происками принца Риса, который был моложе короля на целых тринадцать лет и якобы строил коварные планы унаследовать после смерти брата корону в обход Эйрин и ее будущих детей.
Шайна не знала, можно ли хотя бы на йоту верить этим сплетням. Во время ужина в банкетном зале она занимала почетное место между королем и его дочерью, а по другую сторону от Келлаха сидел Рис. Братья непринужденно общались, и Шайна почувствовала в их отношениях искреннюю, непритворную приязнь, без малейших признаков наигранности или фальши. Да и в той информации, которую ей прислали из Тир Минегана, когда она получила свое задание, не было ни единого упоминания о возможных интригах со стороны Риса аб Тырнана. А ведьмы, даром что бойкотировали южные королевства, старались быть в курсе всех важных событий и для сбора сведений прибегали к услугам местных колдунов и колдуний. Конечно, не все из них соглашались на такое сотрудничество, в частности кардугальский колдун Иган аб Кин, еще когда занял свою нынешнюю должность, наотрез оказался, по его словам, шпионить за своими работодателями. Тем не менее информация из Леннира все равно исправно поступала – и, по иронии, как раз от его жены, Шинед бан Иган, которая также была колдуньей, известной в Бентрае целительницей.
К слову, Иган аб Кин успел вернуться в Кардугал перед самым ужином и теперь сидел в противоположном конце королевского стола, раз за разом бросая на Шайну испытующие взгляды. Шайна знала, что ему уже исполнилось шестьдесят лет, но на вид он казался моложе, в основном из-за отсутствия в густых черных волосах даже намека на седину – очевидно, тщательно закрашивал их чарами. В отличие от большинства придворных колдунов, мастер Иган не носил традиционной мантии с руническим шитьем и в своей скромной, но добротной дворянской одежде больше походил на солидного вельможу.
Впрочем, не только Иган аб Кин пристально следил за Шайной. Она находилась в центре внимания всех присутствующих в банкетном зале. Одни разглядывали ее просто с любопытством, как редкостную диковинку, другие – с некоторой опаской, а три женщины с явными признаками беременности не могли скрыть своего беспокойства. Понять последних было нетрудно: каждая из них побаивалась, что Шайна приехала именно за ее ребенком. Хотя, возможно, это был не страх, а надежда.
Родители новорожденных ведьм получали значительные отступные за своих дочерей и сразу продвигались на несколько ступеней выше в общественном положении. Так, например, родные Шайны были простыми кередигонскими рыбаками, а после ее рождения стали зажиточными землевладельцами – им досталось богатое поместье в Гвыдонеде, одно из множества в Северном Абраде, которые ведьмы получили в собственность Тир Минегана в благодарность за предоставленные тамошним правителям услуги.
Оформите
подписку, чтобы
продолжить читать
эту книгу
198 000 книг 
и 25 000 аудиокниг
Получить 7 дней бесплатно