Глава 2. Шторм

Ночью, когда мы сладко спали, меня разбудил оглушительный грохот, доносящийся с улицы. Это была не просто гроза, а настоящий Армагеддон, природное шоу, которое я никогда прежде не видела. Я села на кровати, прислушиваясь к звукам, и вдруг увидела молнии, сверкающие в небе, как фейерверк. Они разрывали темноту на множество ярких полос, и я, встав с кровати, подошла ближе к окну, не в силах отвести от них взгляд.

Молнии вспыхивали в небе одновременно по 4—5 штук за раз, природа с гордостью показывала свое могущество. Ветер бушевал с такой силой, что полотенца, которые мы оставили сушиться на балконе, упали на пол. Мне стало не по себе, ведь мы находились так далеко от дома, в незнакомом месте, и всё тут казалось чужим и неуютным.

— Что там так громыхает, гроза? — спросила мама, пробуждаясь от звуков, доносящихся снаружи.

— Да, — прошептала я и, не раздумывая, достала телефон, чтобы запечатлеть это невероятное зрелище на видео.

— Отойди от окна, вдруг ударит молния, — беспокоилась мама. — Надо выключить кондиционер.

— Она очень далеко, — прошептала я.

Но как только я произнесла эти слова, мне показалось, что апокалипсис стал приближаться. Я взглянула на полотенца, которые лежали на полу балкона, и подумала, что будет жаль, если они намокнут. Поэтому я быстро вышла, чтобы собрать их и вернуть в комнату. В этот момент начался дождь, который полился с неба как из ведра, а ветер усилился ещё больше. Небольшая пальма, растущая напротив нашего окна, сильно наклонилась под его напором.

Почему-то я подумала о цикадах — бедняжкам, наверное, пришлось несладко.

— Соня, отойди от окна, — повторила мама взволнованным голосом. Я послушно задернула занавеску и вернулась в кровать. Хорошо, что Никита крепко спал и не слышал этой грозы. Наверняка она бы его испугала, хотя он и не из трусливых.

Дождь лил как из ведра, а ветер завывал до самого утра. Когда я, наконец, проснулась и вышла на балкон, то увидела, что наш бассейн превратился в настоящую свалку веточек и листьев. Он выглядел довольно грязным, и я заметила, что работники отеля уже начали подготовку к его очистке. На краю бассейна стояла жёлтая табличка, которая сообщала о том, что в данный момент бассейн недоступен для купания. Я облокотилась на перила, с интересом наблюдая за тем, как заядлые любители солнечных ванн уже направлялись к пляжу.

Повернувшись, я заглянула в окно, проверяя, не проснулся ли племянник. Сегодня мы планировали отправиться в центр города, чтобы насладиться тем, что лицезрели с сестрой в прошлый раз. Но, как я и ожидала, он всё ещё спал. На балкон вышла мама и, укладывая короткие волосы рукой, произнесла:

— Позавтракаем и пойдём. Я хочу зайти в парикмахерскую. Можешь поискать, есть ли поблизости салоны?

— Конечно, — ответила я, вернувшись в комнату. Я сняла телефон с зарядки и начала искать подходящие варианты.

— Никита, вставай, пойдём на колесо обозрения! — нарочито громко произнесла сестра. Я посмотрела на племянника, который, услышав заветное слово «колесо», моментально проснулся.

— Я не сплю! — отозвался он, и я не удержалась от усмешки. Это было забавно: как только речь заходила о развлечениях, он сразу же становился бодрым и активным.

— Мам, я нашла салон, который находится недалеко от парка! — крикнула я маме, которая всё ещё стояла на балконе. — Давай заскочим туда!

— Очень хорошо, — ответила мама, и в её голосе чувствовалось нетерпение. Похоже, она хотела отправиться в путь даже больше, чем Никита.

Спустя двадцать минут мы шагали по мосту, изнывая от жары. Я заметила, что мои плечи слегка подгорели, но в целом загар лёг ровно и выглядел хорошо. Никита же был похож на мулата. Мы сделали несколько фотографий, на которых запечатлели великолепный вид на лесистые горы, раскинувшиеся вдали. Река Псезуапсе сегодня бушевала, и её воды были грязными и бурными. Позже я прочитала в одной из групп в интернете, что в районе произошли селевые потоки, и это сделало реку ещё более опасной. Мы с сестрой мысленно выдохнули с облегчением, что наш отчаянный переход не пришёлся на ту ночь, когда всё это случилось.

Парк встретил нас многолюдностью, громкой музыкой и все теми же развлечениями на любой вкус. Я каталась с Никитой на колесе обозрения, откуда открывался потрясающий вид: мы смотрели на бескрайние просторы моря и гор, и это было поистине завораживающе. Взглянув в сторону пляжа, на который мы ходили загорать, я заметила корабль, находившийся довольно близко к берегу. С моего ракурса он казался маленьким, но я была уверена, что, если бы я стояла там на берегу, корабль выглядел бы гораздо более внушительно. Странно, что корабли заходят так близко к побережью — это вызывало у меня множество вопросов. Я долго всматривалась вдаль, и в голове зарождалось всё больше вопросов, пока Никита не отвлёк меня от созерцания.

— Мне страшно! — произнёс он, и я обернулась к нему.

— Ты боишься? — спросила я с улыбкой, пытаясь развеять его страх. — Но тут всё закрыто, и кабинка прочная, — добавила я, показывая ему, как всё безопасно. Я немного подвинулась в сторону, и Никита начал уговаривать меня не шевелиться. Я села рядом с ним, обняла его, и, кажется, это сработало: он немного расслабился, хотя по-прежнему оставался напряжённым. Когда кабинка наконец опустилась на землю, я заметила, как он выдохнул с облегчением, и, похоже, повторять этот манёвр он явно не собирался.

Позже мы сидели в салоне, пялясь в телефоны и дожидаясь, когда постригут маму. Фотографировались у букета роз, стоявшего в вазе на столике, и обсуждали дельфинарий, который посетили последним в нашей программе прогулки.

— Ночью была сильная гроза, а ты даже не проснулся, — произнесла мама, обращаясь к Никите, когда мы возвращались в отель.

— Да? — с удивлением переспросил Ник. — Ничего не слышал, — добавил он с ноткой грусти в голосе.

— Я всё это сняла на видео, если хочешь, позже покажу, — предложила я.

Когда мы подошли к отелю, часы показывали 13:00. У входа мы заметили суету персонала. Они тихо переговаривались между собой и стараясь не встречаться с нашими взглядами, стояли на ступенях и поглядывали в сторону дороги, ведущей к пляжу. Это показалось нам странным, но мы не придали этому особого значения — у каждого, как говорится, свои дела. Переодевшись в купальные костюмы и собрав все необходимые вещи, мы направились к пляжу. На пути туда мы встретили множество отдыхающих, которые, судя по всему, возвращались обратно.

— Почему все идут назад? — тихо спросила я, глядя на мимо проходящих людей.

— Да, я тоже это заметила, — согласилась сестра. — Может, море стало грязным после шторма? — предположила она, и я кивнула в знак согласия.

— Значит, там много ракушек! — вдруг воскликнул Ник.

— Если вода грязная, купаться ты не будешь, понял? — строго произнесла мама, явно не желая, чтобы он нахлебался мутной воды.

— Я плаваю с закрытым ртом, ба! — парировал Ник.

— Я тебя предупредила.

— Простите, а почему все возвращаются назад? — обратилась я к паре, проходившей мимо: мужчине и девушке.

— А там всё оцеплено, никого не пускают, — ответила девушка.

— Почему? — спросила я, надеясь на более детальный ответ.

— Не знаю, мы сами дошли до фонтана и вернулись обратно, — пожала плечами она.

Я посмотрела на маму и сестру, ожидая их реакции. Мама, недолго думая, произнесла:

— Ну и ладно, у нас есть бассейн, там тоже очень хорошо, мне даже больше нравится.

— Ну тогда пошли туда, — сразу согласился Ник.

Решено было вернуться обратно. Я заметила, что сестра расстроилась. Ей явно нравилось купаться в море, наслаждаться волнами и солнцем, в то время как мне было безразлично, где именно находиться — на пляже или у бассейна.

— Вы идите, а я пойду посмотрю, что там происходит, — произнесла я. Мама и Никита, не раздумывая, пошли обратно, а сестра замешкалась, как и я, желая узнать, почему пляж закрыт.

— Тоже хочу посмотреть, — сказала она.

Мы шли навстречу множеству людей, которые не обращали на нас никакого внимания. Никто даже не пытался остановить нас и не предупредил о том, что там уже находится полиция и что проходить туда строго запрещено. Я решила, что идти напрямую будет глупо, и свернула направо, за постройки, в которых размещались тиры. Сестра, не раздумывая, последовала за мной. Мы прижались к стене, стараясь не привлекать к себе внимания, и начали наблюдать за происходящим. Перед нами было оцепление, а вокруг слонялись люди в форме, которые явно были чем-то озадачены. Я увидела корабль, тот самый, который раньше заметила с колеса обозрения. Он выглядел странно и даже немного угрожающе.

— Какой он странный, — произнесла сестра, озвучивая мои мысли.

— Я видела его с колеса обозрения, — прошептала я, вспомнив всё то, о чём думала тогда. — Неужели такому судну можно причаливать к берегу, где отдыхают туристы и купаются дети?

— Не уверена, — нахмурилась сестра. В этот момент мимо нас прошёл полицейский, и мы быстро прильнули к стене, стараясь слиться с тенью. Я осторожно выглянула, а затем, пригнувшись, побежала вглубь зелени. Сестра молча последовала за мной, и вскоре мы оказались ближе к началу пляжа.

— Вызовите ещё один наряд! Там ещё пострадавшие! — кричал мужчина в форме.

Я взглянула на сестру, и она пожала плечами, явно не зная, что думать об услышанном.

— Может, акула приплыла? — предположила она. В это время от берега мимо территории для курящих шли двое мужчин, неся носилки, на которых лежала девушка. Она выглядела очень бледной, громко кашляла, и на её свисающей руке я заметил тёмные пятна. — Или, может, это нашествие медуз? — продолжала размышлять сестра. — Ядовитых, — добавила она.

Все наши предположения о происходящем казались нам совершенно абсурдными, поэтому мы решили не испытывать судьбу и вернуться в отель. Как только мы решили покинуть укрытие, мимо нас стремительно пронеслись двое полицейских, заставив нас снова прижаться к маленькой пальме. Далеко, за крытой зоной с лежаками, которые принадлежали отелю на возвышенности, происходило что-то серьезное. Мы услышали женский крик, пронзительный и тревожный, а также громкие мужские голоса.

Не теряя времени, пока все взгляды были обращены к источнику шума, я быстро встала, схватила сестру за руку и потянула её к выходу. Спустя пару минут мы шли по асфальтированной дороге, и, к счастью, на нас уже никто не обращал внимания. Вокруг царила неразбериха: кареты скорой помощи и полицейские машины выстроились в ряд на узкой дорожке, отдыхающие из близлежащих отелей вышли на балконы в надежде разглядеть хоть что-нибудь, а мы ускорили шаг. Мама и Никита в это время плавали в бассейне, совершенно не подозревая о том, что где-то происходит что-то тревожное. Вообще на территории нашего отеля образовался свой небольшой островок спокойствия, защищённый забором, отделявшим нас от внешнего мира.

Когда мы подошли к входу в отель, там стояла та самая худая девушка с ресепшена и какой-то мужчина на мотоцикле. Девушка, заметив нас, спросила с любопытством:

— Не знаете, что случилось?

Я пожала плечами, стараясь не сеять преждевременную панику.

— Не знаем, — ответила я.

— Да там какой-то ржавый лайнер приплыл, видно, ночью шторм его сюда загнал. Я утром ездил на пляж посмотреть. Вода грязная, прямо зеленая, даже не стал купаться, а там ещё и дохлая рыба плавает, — вмешался в разговор мотоциклист.

— Дохлая рыба? — удивлённо переспросила девушка. Мужчина, сняв шлем, кивнул:

— Ага, именно так.

— Прямо корабль-призрак какой-то, — с лёгкой иронией заметила девушка, пытаясь разрядить обстановку. Но мужчина, не обращая внимания на её шутку, продолжил:

— Наверное, закроют пляж. Повезло вам, что у нас есть бассейн, а то отпуск был бы совсем испорчен, — последние слова он адресовал мне и сестре.

— Без моря он и так потерял свои лучшие качества, — роптала Кира.

— Мама! — позвал Никита. — Идите сюда!

Мы направились к бассейну. Мама забронировала для нас лежак, оставив на нём свою сумку. Я немного подвинула его в тень, чтобы на голову падала тень от пальмы.

— Ну что там случилось? — спросила мама.

— Неясно. Всё перекрыто, приехали машины скорой помощи, — сообщила я. — Говорят, штормом принесло какой-то корабль, вода позеленела, и плавают дохлые рыбы.

— Ужас. Больше туда не пойдем, — вынесла вердикт мама.

— Надеюсь, к вечеру всё приведут в порядок, — с сожалением произнесла сестра.

Я промолчала и, сняв шорты, нырнула в теплую воду бассейна. Мы весело резвились и плавали большой дружной компанией, пока голод не дал о себе знать. Гости из левого крыла уже накрывали столы у своих номеров, а мы поднялись наверх.

— Пойдем в столовую? Или закажем что-нибудь сюда? — предложила я.

— Давайте поедим здесь, нет никакого желания идти куда-то, — вздохнула мама.

— У меня что-то першит в горле, — пожаловалась сестра.

— Ну вот, «слабое звено», — пошутила мама, погружаясь в свою объёмную сумку в поисках лекарства. У мамы всегда при себе была внушительная аптечка, способная справиться с любыми недомоганиями. Я, увидев эту увесистую сумочку, невольно вспомнила свою крошечную аптечку с просроченными таблетками от головной боли. Чуть позже, когда сестра приняла лекарство, мы отправились за едой в магазин, купили шашлык в кафе напротив и вернулись в номер.

Неугомонные дети всё ещё плескались в бассейне, соблазняя нашего Никитку, которого мы безуспешно пытались увлечь игрой в карты. Он не знал правил, но картинки ему нравились.

Ближе к вечеру сестра предложила отправиться к морю, чтобы сделать несколько снимков, если вход будет разрешён. Я согласилась. Уверив Никиту, что мы не собираемся купаться, а лишь фотографироваться, мы отправились в путь, питая надежду, что пляжная зона открыта. Не пройдя и половины пути, мы были остановлены полицейским, который в резкой форме потребовал вернуться в гостиницу.

— Что-то случилось? — не удержалась я, обращаясь к представителю власти.

— Возвращайтесь в отель и не покидайте его до утра, — распорядился он, игнорируя мои вопросы. В полном расстройстве и не желая испытывать судьбу, мы уже собрались уходить, когда он добавил: — Рекомендую воздержаться от ночных прогулок и оставаться в номере.

Я обернулась, чтобы посмотреть на него, но он уже отвернулся и направился к машине.

— Что-то мне это не нравится, — сказала Кира. — Откуда столько ажиотажа? Не покидать отель, не ходить на пляж. Зачем мы вообще сюда приехали…

— Да, очень странно. Давай лучше вернёмся.

— Согласна.

Разумеется, нас немного расстроило такое ограничение, и мы надеялись, что это продлится недолго.

— Может, пока не будем говорить маме о том, что он сказал? — предложила сестра.

— О том, что мы не должны покидать отель? — уточнила я.

— Да, она расстроится.

— Согласна, — кивнула я. — Не скажем.

— У меня болит горло, — вновь пожаловалась сестра. — И, кажется, поднялась температура.

— А ты ещё собиралась купаться.

— Наоборот, нужно заплыть подальше и прополоскать горло, — совершенно серьёзно произнесла она.

— Настолько далеко, чтобы не глотать испражнения? — пошутила я. — Тогда это уже за буйки.