ДЭНИЕЛ

– Мистер Райерс, у меня еще не было возможности выразить вам свое восхищение. Но я просто не могу не сказать, как поклоняюсь вашему таланту! Я раз десять смотрела запись «Жизель» поставленной вами и ужасно огорчена тем, что не имею возможности насладиться этим зрелищем вживую.

По всей видимости, данный монолог должен был превратить меня в сироп. Или на что там рассчитывала эта девица. Я не запомнил ее имени, только то, что она исполняла роль Матильды.

Ожидая, когда ее красноречие иссякнет, я стоял с выражением вежливой скуки на лице. Она не сказала ничего, чего бы я ни слышал раньше.

Сотни раз.

– Наверное, я сейчас выгляжу как влюбленная фанатка, – засмеялась девушка, напустив на себя кокетливый вид.

Она выглядела глупо, и я хотел ей сказать об этом. Но работа над постановкой только началась, у нее еще будет шанс возненавидеть меня.

– Вам же наверняка все об этом говорят. – Изобразив очередную жеманную улыбку, она как бы случайно дотронулась до моей руки.

Это было лишним.

– Мисс…

– Савадж. Джун Савадж, – поторопилась сообщить она. – Я забыла представиться. Конечно, за три дня вы не могли запомнить всех.

«Но тебе бы этого хотелось», – про себя хмыкнул я.

Пора было прекращать надоевший мне разговор.

– Джун, я знаю, на что ты рассчитывала. – Я не собирался подслащивать пилюлю. – Подойти ко мне, наговорить комплиментов, очаровать, после чего мы бы провели незабываемую ночь вместе.

Лицо девушки побледнело, и она открыла рот, собираясь что-то возразить, но я не дал ей.

– Давай я сэкономлю твое и свое время – ничего не выйдет. Я здесь не для того, чтобы трахать актрис, восторгающимися моими постановками. Завтра с утра репетиция, сосредоточься на этом.

Давая понять, что разговор окончен, я отошел от девушки, оставив ее в ступоре.

Может мисс Савадж и не привыкла к отказам, но у меня не было времени и желания играть в эти игры.

Ее план не сработал, но она это переживет.

МИКА

Рано или поздно это должно было произойти. Мы с Дэниелом Райерсом оказались в одной компании. К моему приятному удивлению, Хамфри Старк – продюсер, очень тепло отзывался обо мне и в открытую восхищался моим талантом. После долгих лет безвестности это кружило голову.

Литлок, и тот заявлял, что успех представлению обеспечен, и что мы с Мишелем сорвем шквал оваций.

И только Райерс выглядел так, будто очень сомневался во всем услышанном.

– Полагаю, Дэниел уже изменил мнение, ведь изначально он был за кандидатуру Нины, – со смешком сообщил Литлок, снизу вверх посмотрев на стоявшего слева от него Райерса.

На меня словно ушат с холодной водой вылили. Я знала, что Нина Питерс проходила пробы и поговаривали, что изначально на роль Аллегры хотели взять ее, но она отказалась незадолго до того, как утвердили меня. На кастинге Райерса не было – у него не получилось прилететь, но я знала, что он просматривал записи.

И он не хотел меня брать.

Это было унизительно. И это известие обесценило все хвалебные слова в мой адрес этим вечером.

– Пока рано о чем-то говорить, – поведя плечом, сухо обронил он. – Мисс Новак… – он впервые за весь разговор удостоил меня взглядом, – довольно способная.

Лучше бы он не говорил вообще ничего. «Способная» из его уст прозвучало без малого намека на энтузиазм.

– Думаю, ты недооцениваешь Микаэллу, – погладив меня по спине, встал на мою защиту Хамфри Старк. – Она тебя еще приятно удивит.

Я посмотрела на него с благодарной улыбкой, из-за расстройства не обратив внимания на то, что его рука задержалась на мне дольше положенного.

Рискнув взглянуть на Дэниела, я увидела неприкрытый скептицизм в серых глазах – он не верил, что моя персона способна удивить его. Тем более приятно.

И отчего-то это чертовски сильно задевало.

***

– Считаете, я недостойна этой роли?

Набравшись храбрости (и шампанского), я решилась подойти к Райерсу. Улучив момент, когда рядом с ним никого не оказалось, сразу же пошла в наступление.

– Считаю, что были более подходящие кандидатуры.

Если моя дерзость и удивила его, виду он не подал.

– Нина Питерс сама отказалась, – зачем-то напомнила я – вдруг он думает, что это моя вина?

Он кивнул.

– Да, к моему огромному разочарованию.

Он казался абсолютно спокойным, непоколебимым и ничуть не раскаявшимся. А ведь я готова была расплакаться!

Но не собиралась доставлять ему такое удовольствие.

– Чтобы получить эту роль, я долгие годы пахала как проклятая! – стиснув зубы, процедила я. – Стирая ноги в кровь, через боль и слезы, поэтому я ее заслужила! Чтобы вы, мистер Райерс не говорили и не думали, я ее, черт возьми, заслужила!

Мой голос повысился и наполнился сталью. Как и глаза моего хореографа. Скука и расслабленность сменились уже такой знакомой суровостью.

– Поберегите свой пыл для работы, Микаэлла. Вам не о чем переживать – Хамфри Старк не допустит, чтобы вы лишились роли.

Я пораженно раскрыла рот, заморгав. Мне будто пощечину залепили.

Этот сукин сын и правда считал, что я получила главную роль через постель?

– Что… что это вообще значит? – Я даже заикнулась от возмущения. В детстве у меня были проблемы с речью – я заикалась, оттого, наверное, и началось мое увлечение танцами – в танце мне было легче выразить свои чувства. Но с возрастом мне удалось побороть заикание, хотя в наисильные моменты волнения старая проблема давала о себе знать.

– Только то, что сказал, Микаэлла.

Мое имя он произнес с неким снисхождением, и я решила, что это из-за моего заикания. К моему лицу прилила горячая кровь. Я не видела, но была уверена, что оно пошло пятнами.

– Поразительно, когда такой талантливый человек на деле оказывается последним козлом! – Я почти выплюнула фразу ему в лицо, радуясь, что не запнулась ни на одном слове. Не став ожидать его отповеди, круто развернулась и зашагала прочь.

ГЛАВА ВТОРАЯ
МИКА

– Счастлива видеть, что ты жива, а не плаваешь в Темзе с проломанным черепом, – укорила я Джун, застав ее за поеданием обезжиренного мороженого в нашей крошечной кухоньке. – Я раз пять пыталась до тебя дозвониться.

Джун вяло повела плечом, никак не отреагировав на мое негодование.

– Телефон валяется где-то на беззвучном.

Подруга отправила в рот полную ложку мороженого, свободной рукой подперев подбородок. Джун Савадж нечасто можно было застать в таком подавленном состоянии.

– Что случилось?

Она издала длинный вздох страдалицы.

– Ты была права – Райерс еще тот придурок.

После сегодняшнего вечера я лишь убедилась в своем мнении, но мне было любопытно, отчего Джун изменила свое.

– Что он сделал?

– Отшил меня. Грубо. И это было очень унизительно. А я ведь только сказала, что восхищена его работой.

Я не стала говорить ей, что ожидала чего-то подобного. Хотя даже я не думала, что он может быть таким хамом.

Я взяла ложку и присоединилась к Джун.

– Мне он сказал, что я получила роль только потому, что сплю с Хамфри Старком.

От неожиданности Джун закашлялась, и я похлопала ее по спине.

– Не шутишь?

– Куда уж там.

– Что, так и сказал?

– Почти. Я уловила смысл.

– Правду о нем говорят. Зря я не послушалась тебя.

Я деликатно промолчала, но не могла с ней не согласиться.

– Мне плохо делается, как представлю, что завтра придется быть на репетиции. – Джун уронила голову на руки, захныкав. – Я же со стыда сгорю!

– Эй! Если кто и должен стыдиться, это он! – Я почувствовала, что вновь начинаю заводиться. – Это он показал свое полное невежество. И это он унизил себя своим поведением! Завтра мы обе выйдем на сцену с гордо расправленными плечами, и пусть видит, что ему не удалось нас поколебать.

Я видела сомнение в глазах Джун, но мне хотя бы удалось вызвать у нее улыбку.

Впрочем, когда на следующий день мы пришли в театр, и настало время репетиции, я сама занервничала. Надеюсь, мои прощальные слова вчерашним вечером не повлекут за собой последствий.

Дэниел появился в зале минута в минуту – не раньше, не позже. Я всерьез решила, что у него какой-то пунктик на этот счет.

Быстро поприветствовав всех, велел приступать к делу. Казалось, он полностью был погружен в сюжет, а если и помнил о нашей стычке накануне, виду не подавал.

– Нет, Мишель, ты должен взять ее и провести через всю сцену. Не протащить. Отойди.

Мой партнер отступил, уступая место Дэниелу.

– Вот так.

Он взял меня за одну руку, другу положил на талию и плавно провел по сцене. У него это получилось очень легко и естественно, словно он делал так тысячу раз, а меня будто заклинило на мысли, что его ладонь на моем теле. Между моим топом и леггинсами был небольшой просвет обнаженной кожи и кончиками пальцев Дэниел касался ее.

Я танцовщица и давно привыкла к тому, что мое тело постоянно находится в контакте с телом партнера. Уже научилась не реагировать, но в этот раз все было иначе.

Странно. Волнительно. Я думала не о том, чтобы сделать все правильно, а о том, что Дэниел Райерс касается меня.

– Понимаешь, чего я хочу?

Обращаясь к Мишелю, Дэниел отошел от меня, велев моему партнеру повторить.

Я как будто очнулась ото сна и взмолилась, чтобы не покраснеть, иначе он поймет, о чем я думала.

– Уже лучше. Хорошо, перерыв десять минут, – хлопнул в ладоши Дэниел, и все мы кинулись кто пить, кто в туалет, а кто к своим телефонам.

– Вроде бы все нормально, – заулыбалась Джун, которая сегодня была необычно тихая.

– Ага. – Я рассеянно кивнула, глотнув из бутылки.

Что. За. Черт?!

Почему я все еще чувствую его на своей коже?

Не логично и тревожно. Никогда себя так раньше не чувствовала, а ведь мне приходилось танцевать со многими привлекательными парнями.

Я мотнула головой, прогоняя странные ощущения. Он ведь мне даже не нравится! Я находила его принеприятнейшим типом.

И все же остаток репетиции я невольно мысленно обращалась к своей реакции на близость своего хореографа. Это сделало меня рассеянной и невнимательной, за что я получила довольно резкие замечания от Дэниела.

Знал бы он, что является тому причиной!

После нескольких промашек мне все же удалось взять себя в руки, и тогда он переключился на Джун. Вообще-то практически всем доставалось от него, но толи к тому моменту он уже потерял терпение, толи припомнил ей вчерашнее, но с ней он обошелся очень грубо.

– Мисс Савадж, Матильда – злобная, завистливая сестра Аллегры! Она расточает сладкие улыбки, но в душе замышляет недоброе. Коварство ее истинная натура. Так сложно понять, чего я хочу от вас? – сложив руки на поясе, кричал на бедную Джун Райерс. – Дайте мне это! Я хочу видеть Матильду, а не вялую, апатичную девицу с жалкими потугами вместо артистизма!

Он впервые сорвался и разошелся настолько сильно, чем просто пригвоздил нас к полу с разинутыми ртами. Всех, кроме Джун. Расплакавшись, та убежала со сцены, зажимая рот ладонью.

Мы все были на пределе. Уставшие, вымотанные, с единственным желанием, чтобы все это поскорее закончилось.

– Чего застыли?! – окинув нас хмурым взглядом, рявкнул Райерс. – Возвращайтесь к работе!

Вместо того чтобы послушаться, я бросилась догонять Джун.

***

Я сжала руку в кулак и затарабанила в дверь кабинета.

Если он думает, что мы (в данном случае я) станем терпеть его сволочное отношение, то очень сильно ошибается.

Я выждала, когда все разойдутся, чтобы прийти и высказать в лицо Дэниела Райерса все, что думаю о нем и его обращении с нами.

– Что за…

Явно взбешенный, мужчина распахнул дверь, которую я чуть не снесла.

– Мисс Новак, какого черта вы творите?! – едва не скрепя зубами, процедил он.

– Вы, мистер Райерс, не имеете никакого права так с нами обращаться! – наставив на него палец, заявила я.

Моргнув, он недоуменно уставился на меня.

– Что?

Я закивала, всем своим видом показывая праведный гнев. Этот человек может и не привык, чтобы ему перечили, но пусть знает, что даже такому как он могут дать отпор.

– Что слышали! Может вы ошибочно и приняли нас за своих рабов, но это не так. Мы все выкладываемся на полную силу своих возможностей и заслужили, чтобы нас уважали!

– В самом деле, Микаэлла? – Дэниел хмыкнул. – Вы не дали мне ни одной причины для этого.

Надменный, спесивый засранец!

Впервые я видела человека, который раздражал меня с такой невероятной силой!

– Может быть, я и не нравлюсь вам. Может быть, вы были бы счастливы видеть на моем месте другую, но я здесь, и я не собираюсь уходить, поэтому смиритесь, мистер Райерс и не мешайте мне работать!

Я гордилась собой. Моя речь была твердой и непоколебимой, а еще было немного жаль, что у меня при себе нет телефона. Выражение лица Дэниела в этот момент стоило того, чтобы быть запечатленным.

Это был бы бесценный кадр!

– Это я мешаю вам работать? – недоверчиво уточнил он. – Микаэлла, вы забываетесь.

– То же самое могу сказать о вас! – Ого, кажется, меня уже несло. – Совсем не обязательно доводить людей до слез, чтобы получить от них желаемое. Или это ваш способ утвердить свое величие среди нас?

– Не верю, что стою здесь и до сих пор слушаю выговор от взорвавшейся девчонки, – сдавив пальцами переносицу, пробормотал мужчина.

Я закатила глаза, тихонько фыркнув. Не могла же я на самом деле рассчитывать, что он услышит меня!

– Это все, что вы хотели сказать мне?

Я промолчала. Может быть, мне и хотелось добавить кое-что ко всему сказанному, но я поняла, что лучше заканчивать.

– Мисс Новак, – Дэниел ближе подступил ко мне и так как был выше на целую голову, теперь возвышался надо мной, – если подобная выходка повторится хотя бы раз, гарантирую – вам больше не придется беспокоиться моим обращением с актерами.

Не смотря на то, что говорил он спокойно, даже мягко, у меня по спине мурашки побежали. А ведь он не блефовал.

– Надеюсь, ваша «светлая» голова это понимает. А теперь, сделайте одолжение – проваливайте из моего кабинета!

***

– Ты лезешь на рожон, – заявила Джун, когда я сообщила, что сегодня не пойду на репетицию.

– Не могу, Джун. Сегодня я его точно не вынесу!

– Да брось! Он того не стоит. Ну, придурок он, мы-то все равно ничего изменить не можем.

Я упрямо покачала головой, давая понять, что не передумаю. Я все еще не отошла от нашей стычки, и почти не спала ночью, а теперь чувствовала себя как будто тусовалась ночь напролет. Меня мутило, что придется пойти в театр и несколько часов терпеть его.

– Вечером все равно идем в «Ботинок»? – прежде чем уйти, уточнила Джун.

Я кивнула.

– Конечно. Как и планировали.

Решив пропустить репетицию, я была уверена в том, что делаю, но чуть позже стала сомневаться. Впрочем, менять что-то было поздно. Когда я посмотрела на часы, репетиция шла уже больше часа.

Ну и ладно! В самом деле, что он сможет сделать, кроме того, что оштрафует меня? Это неприятно, но не смертельно.

Так я себя успокаивала, но помогало мало. Я уже успела двадцать раз пожалеть, что не пошла в театр.

Днем я послала Джун сообщение:

«Как он отреагировал?»

Не надо было уточнять, кто такой «он».

Через полчаса Джун прислала ответ:

«Только спросил, где мисс Новак. Я сказала, что тебя не будет, потому что ты плохо себя чувствуешь».

Ладно, может это и пройдет. Может он поверит, что я приболела. Всегда можно сослаться на критические дни, хотя такому человеку это явно не интересно.

С этими тревожными мыслями я и заснула, забравшись под одеяло с головой.

***

– Не у каждого хватило бы смелости выступить против такого человека, – округлил темные глаза Мишель. – Признаюсь, что он меня пугает. Но ты, дорогая, мой герой. До дна, за тебя!

Мишель поднял свой шот с текилой и все последовали его примеру, но я совсем не чувствовала себя героиней. Ничего нет геройского в том, чтобы навлечь проблемы на свою задницу.

Я заставила себя улыбнуться и проглотила содержимое своей стопки. Алкоголь обжег пищевод – я поморщилась, но через секунду блаженное тепло разлилось в желудке.

Это то, что мне было нужно после такой напряженной недели.

– Я бы точно не стала так рисковать, – состроила постную мину Пиппа – любительница высоко задирать свой нос.

– Ой, да не начинай! – отбрила ее Джун и они с Пиппой обменялись неприязненными взглядами.

– Тише, барышни, только не ссорьтесь, – выступил в роли миротворца Уэсли – мне он понравился еще с первого кастинга. Он был симпатичным, дружелюбным и веселым.

– Согласна, это глупо. Не стоит повторять подобное, – с усмешкой отозвалась я, прогоняя нехорошее предчувствие. – Мишель, наливай.

Мой сосед кинулся разливать текилу по стопкам, и мы выпили по второй. Алкоголь сделал свое дело – снял напряжение и вернул мне бодрость духа.

Все будет хорошо. Серьезно, из-за чего я переживаю? Не выгонят же меня из-за одного пропуска!

Но стоило подумать об этом, как мой желудок опять скрутило в узел. Я поднялась, заявив, что пойду, возьму еще выпивки.

Если у моей выходки будут последствия, мне некого будет винить, кроме как себя. И после всех лет бесконечных безрезультативных кастингов лишиться такой возможности будет настоящим идиотизмом.

Да, Дэниел Райерс неприятный, раздражающий тип, и работать с ним совсем не праздник, но я не должна забывать, для чего делаю это.

Меньше всего, подойдя к бару, я ожидала увидеть нашего хореографа. Я заметила его одновременно с тем, как он заметил меня, и не было никакой возможности улизнуть по-тихому.

Кажется, моя расплата настигнет меня раньше, чем я думала.

Дэниел сидел за стойкой в компании какого-то мужчины, и я видела, как сошлись на переносице его брови, когда он посмотрел на меня. Поспешно, но все равно недостаточно быстро отведя взгляд, я вцепилась пальцами в барную стойку, пробормотав свой заказ бармену.

Хоть и не могла видеть, но отлично чувствовала, что он все еще на меня смотрит. Это жутко нервировало. Хотелось поскорее убраться и скрыться из его поля зрения.

Я с опасением ожидала, что Дэниел подойдет и устроит мне выговор за пропуск, но этого не случилось.

Схватив бутылку с текилой, я заторопилась вернуться к нашему столику.