Цитаты из книг автора «Новалис»

Мир, как целое, разделяется на бесконечные миры, входящие в миры еще большие. Все чувства, в конце концов, одно и то же чувство. Одно чувство ведет, как и один мир, постепенно ко всем мирам. Но на все есть свое время, и все существует по-своему. Только живущий в целостном мире может понять соотношения нашего мира. Трудно сказать, можем ли мы, ограниченные ощущениями нашего тела, расширить наш мир новыми мирами, умножить наши чувства новыми чувствами, или же каждое

нельзя объяснить тайну высшей неделимости. Разве можно объяснить музыку глухому?

Объясните мне сущность совести. – Если бы я мог объяснить ее, я был бы Богом, ибо постижение совести есть вместе с тем и ее возникновение. Можете ли вы объяснить мне сущность поэтического творчества?

Сфинкс спросил: – Что быстрее молнии? – Месть, – ответила Басня. – Что всего непрочнее? – Обладание не по праву. – Кто знает мир? – Тот, кто знает себя. – Что составляет вечную тайну? – Любовь. – У кого покоится эта тайна? – У Софии.

Плодом той таинственной ночи было множество странных детей, похожих на своего деда и названных по нем.

Мы поздно проснулись после нашего запретного упоения в странно-измененном виде. Длинные серебристо-белые крылья скрывали его белые плечи и очаровательную полноту гибкого стана. Сила, которая его внезапно превратила из мальчика в юношу, точно вся ушла в его сверкающие крылья, и он снова сделался мальчиком.

Он подошел к окну. Хор звезд стоял на темном небе и светлая полоса на востоке возвещала день. Восхищенный Гейнрих воскликнул: – Вас, вечные звезды, тихие путники, вас призываю в свидетели моей клятвы. Я буду жить для Матильды, и вечная верность сплотит мое сердце с ее сердцем. И для меня наступает утро вечного дня. Ночь миновала. Я возжигаю себя самого, как неугасимую жертву восходящему солнцу.

Зла не было видно; ему казалось невозможным, чтобы когда-либо людям хотелось обратиться от этого золотого дерева к опасным плодам познания, древу войны

Она казалась как бы духом своего отца в очаровательном преображении. В ее больших спокойных главах светилась вечная молодость

душа мира, слово, еще не проснулось