– Я никогда не делаю того, что мне говорят, – огрызнулась Силла. – И я не нуждаюсь в том, чтобы второсортный коп с комплексом Джона Уэйна указывал мне, как поступать. Это Марк вас позвал, а не я. Мне вы не нужны. Я не хотела, чтобы вы вмешивались.

На светофоре загорелся красный. Бойд притормозил.

– Круто.

– Если вы думаете, что я расклеюсь из-за того, что какой-то придурок обзывает меня и угрожает, то вы ошибаетесь.

– Не думаю. А вы, надеюсь, не думаете, что я стану вас склеивать после того, как вы расклеитесь.

– Очень хорошо. Отлично. Я могу справиться с ним сама. И если вы уберете свою за... – Силла резко замолчала. «Что со мной?» – подумала она. Она закрыла лицо руками и три раза глубоко вздохнула. – Простите.

– За что?

– За то, что я на вас сорвалась. – Она опустила голову и некоторое время разглядывала свои руки. – Не могли бы вы остановиться на минутку?

Бойд, не задавая вопросов, прижался к обочине и притормозил.

– Хочу немного успокоиться, прежде чем мы приедем домой. – Силла запрокинула голову и прикрыла глаза. – Не хочу, чтобы моя сестра расстраивалась.

Нелегко оставаться бесстрастным, когда яростная фурия на твоих глазах превращается в кроткого, беззащитного ягненка. Однако интуиция подсказывала Бойду, что слишком сочувственное отношение снова выведет ее из себя. Он уже успел немного узнать Силлу.

– Может, кофе?

– Нет, спасибо. – Уголки ее губ чуть дрогнули в улыбке. – Я его уже, наверное, ведро в себя влила. – Она еще раз глубоко вздохнула, собираясь с силами. Головокружение постепенно проходило, а вместе с ним и тошнотворное чувство нереальности происходящего. – Еще раз прости, ковбой. Ты же просто делаешь свою работу.

– Да, это так. Почему ты называешь меня ковбоем?

Силла открыла глаза и окинула Бойда быстрым взглядом.

– Потому что ты ковбой. – Отвернувшись, она стала рыться в сумке в поисках сигарет. – Я боюсь.

Силла ненавидела себя за это признание, за то, что у нее такой жалкий голос и трясутся руки. Опять ей не удалось зажечь спичку с первого раза.

– Неудивительно. Довольно естественно в данной ситуации.

– Нет, я по-настоящему боюсь. – Она медленно выпустила дым. Седан последней модели промчался мимо и растаял в темноте. – Он хочет меня убить. До сегодняшней ночи я по-настоящему в это не верила. – Она вздрогнула. – А есть в этой машине отопление?

Он включил печку на полную.

– Это хорошо, что ты боишься.

– Почему?

– Будешь слушаться и делать что тебе говорят.

Силла улыбнулась. Настоящей, живой, искренней улыбкой, от которой у Бойда едва не остановилось сердце.

– Нет, не буду. Это минутная слабость. Сейчас я немного оправлюсь и устрою тебе адские времена.

– Ничего, я привыкну. – Как легко можно привыкнуть к ее улыбке, подумал Бойд. К тому, как теплеют ее глаза, когда она улыбается. К ее обволакивающему, завораживающему голосу. – Ну как, получше?

– Намного. Спасибо. – Она потушила сигарету. Бойд выехал на шоссе. – Я так понимаю, ты знаешь, где я живу.

– Разумеется. Я же детектив.

– Неблагодарная работа. – Силла откинула волосы со лба. Мы поговорим, решила она. Просто поговорим. Тогда можно будет ни о чем не думать. – А почему ты не стреноживаешь иноходцев или, к примеру, не клеймишь скот? У тебя для этого очень подходящая внешность.

Бойд немного подумал.

– Не уверен, что это комплимент.

– А ты не медлишь с ответным выстрелом, ковбой.

– Бойд. Неплохо будет, если ты хотя бы иногда станешь называть меня по имени.

Силла пожала плечами. Бойд бросил на нее любопытный взгляд.

– Силла. Это ведь от Присциллы, верно?

– Никто не называет меня Присциллой больше одного раза.

– Это почему?

Силла сладко улыбнулась.

– Потому что я вырезаю этим людям языки.

– Понятно. Не хочешь рассказать, за что ты так не любишь копов?

– Нет. – Силла отвернулась и уставилась в окно. – Люблю ночь, – вдруг сказала она вполголоса, словно разговаривая сама с собой. – Ночью все возможно. Часа в три ночи, скажем, можно делать или говорить такие вещи, которые никогда не осмелишься сделать в три часа дня. Я к ней уже так привыкла, что просто не могу себе представить, как можно работать при свете дня. Днем столько людей... Это очень мешает.

– Не очень-то ты любишь людей, а?

– Некоторых людей. – Ей не хотелось рассказывать о себе, о том, что она любит и не любит, о своих успехах и неудачах. Хотелось поговорить о нем. Чтобы удовлетворить любопытство и немного успокоить нервы. – Ну а ты, Флетчер? Давно работаешь в ночную смену?

– Месяцев девять. Это довольно интересно. Встречаешься с... – он покосился на нее, – любопытными персонажами.

Силла засмеялась и сама удивилась, что она еще способна смеяться.

– Ты из Денвера?

– Да. Я здесь родился.

– Мне здесь нравится, – сказала Силла и снова удивилась себе. Раньше она как-то не задумывалась о том, нравится ей Денвер или нет. В этом городе был хороший колледж для Деборы и неплохая работа для нее. И вот спустя шесть месяцев она вдруг почувствовала, что начинает привыкать к нему. Денвер ей пока еще не родной дом, но все же...

– Это значит, ты здесь зависнешь? – Бойд свернул на тихую узкую улочку. – Я наводил о тебе справки. Судя по всему, два года на одном месте – это твой предел.

– Я люблю перемены, – ответила Силла без всякого выражения. Она внезапно потеряла интерес к разговору. Незачем сейчас касаться ее прошлого и личной жизни. Когда Бойд вырулил на подъездную дорожку к ее дому, Силла уже отстегнула ремень безопасности.

– Спасибо, что подвез, ковбой.

Она не успела скрыться за дверью. Бойд каким-то чудом оказался рядом с ней.

– Мне понадобятся ключи от твоей машины.

Ключи Силла как раз держала в руке. Она зажала их в кулаке и убрала руку в карман.

– Зачем?

– Затем, чтобы я утром пригнал ее сюда.

Некоторое время она стояла нахмурившись, позвякивая ключами в кармане, и размышляла. Фонарь на крыльце освещал ее всю. Бойд представил, что он провожает Силлу домой после обыкновенного свидания. О, ему было бы трудно удержать руки при себе. И уж конечно, он не стал бы сдерживаться и поцеловал ее на пороге.

На пороге? Черта с два. Он бы вошел вместе с ней. Обязательно. И вечер не закончился бы невинным поцелуем и пожеланием спокойной ночи.

Но это не свидание. И любому дураку ясно, что между ними нет и не может быть ничего «обыкновенного». Что-то будет обязательно. Но – пообещал себе Бойд – ни в коем случае не как у всех. Только не «обыкновенно».

– Ключи! – напомнил он.

Силла, наконец, решила, что так будет лучше всего. Все ее ключи были в одной связке. Она отцепила от кольца один, в виде большой ноты, и передала его Бойду.

– Спасибо.

– Подожди. – Он положил руку на дверь. – Ты не собираешься пригласить меня на чашечку кофе?

Она, не оборачиваясь, покачала головой:

– Нет.

Ее духи пахнут ночью, подумал Бойд. Черной-черной, таинственной, опасной ночью.

– Как-то не по-дружески, я бы сказал.

Силла снова развеселилась.

– Согласна. Увидимся, ковбой. – Она взялась за ручку двери.

Бойд тоже взялся за ручку двери.

– Ты поесть выходишь?

Он тут же почувствовал, что ее веселье испарилось. Неудивительно. Силла смутилась и – совершенно точно – застеснялась. А вот это уже на самом деле удивительно. Но она тут же оправилась, и Бойд подумал, что ему все почудилось.

– Раз или два в неделю.

– Завтра. – Он все не убирал свою руку. Лицо Силлы было непроницаемо, но пульс ее участился. Этого Бойд не заметить не мог.

– Может быть, и завтра.

– Со мной.

Отчего-то Силла не могла сказать ему «нет». Еще одно удивительное открытие за сегодняшний день. Когда в последний раз мужчина заставлял ее сердце трепетать, она даже вспомнить не могла. Все эти годы Силла жила спокойно и мирно. Отказаться от свидания для нее всегда было проще простого. Но сейчас... ей хотелось улыбнуться и кокетливо спросить, во сколько он зайдет. Эти слова уже почти вырвались у нее, но Силла вовремя спохватилась.

– Это очень лестное предложение, детектив, но боюсь, я вынуждена его отклонить.

– Почему?

– Я не встречаюсь с копами.

Опасаясь, что еще секунда – и она даст слабину, Силла быстро скользнула внутрь и захлопнула дверь прямо перед носом Бойда.

* * *

Бойд разворошил бумаги на столе и глубоко вздохнул. Дело О'Роарки было далеко не единственным у него на руках, но он не мог заниматься ничем другим. Ничем другим, кроме самой О'Роарки, подумал он. Опять страшно захотелось закурить.

Напротив него сидел старый полицейский, разговаривал с осведомителем и дымил как паровоз. Бойд втянул в себя дым и пожалел, что никак не может приучить себя ненавидеть запах табака, как все, кто не курит.

Он снова вдохнул головокружительный, дразнящий аромат. Однако насладиться им полностью мешали другие, куда менее приятные запахи: растворимого кофе, пота, полицейского участка. Две девчонки с рабочих окраин, сидевшие на скамейке у стены, благоухали дешевыми духами.

Как правило, такие мелочи не отвлекали Бойда от работы. Он их не замечал. Однако сегодня ему мешало все – запахи, навязчивый стук по клавиатуре, слишком пронзительные телефонные трели, шарканье обуви по линолеуму. Одна из лампочек над головой постоянно мигала, и это тоже раздражало, не давало сосредоточиться.

Но главной причиной дурного расположения духа была все же она. Вот уже три дня Присцилла Элис О'Роарки сидела у Бойда в мозгу, словно заноза, и никакими силами он не мог ее оттуда выкинуть. Может быть, потому, что он и его напарница теперь проводили с ней несколько часов в день, присутствуя на каждой программе. Может быть, потому, что он видел ее слабой и беззащитной, без ее обычного панциря. А может быть, потому, что один-два раза он почувствовал, как она отзывается на его прикосновения. На его взгляд.

Может, отзывается, а может, и нет, подумал Бойд с отвращением.

Не то чтобы его самолюбие страдало, когда девушка не соглашалась пойти с ним на свидание. Бойд считал себя достаточно уверенным мужчиной и понимал, что не может и не должен нравиться всем женщинам на свете. К тридцати трем годам у него их было... достаточно. Вполне хватит, чтобы удовлетворить мужское самолюбие.

Проблема заключалась в том, что его тянуло к одной-единственной женщине. А ее к нему нет.

Ну и что. С этим можно жить.

А прежде всего нужно делать свою работу. Бойд не думал, что Силле на данный момент угрожает серьезная опасность. Однако кто-то запугивал ее, систематически и со знанием дела. Они с Алтеей уже начали понемногу нащупывать круг подозреваемых, проверяли тех, кто уже задерживался за подобные преступления, осторожно опрашивали коллег Силлы и узнали, как жила Силла с тех пор, как переехала в Денвер.

Результатов пока не было.

Пора копнуть поглубже, решил Бойд. Перед ним лежало резюме Силлы. Интересное чтиво. Под стать женщине, которой оно принадлежит. Согласно ему, с заштатной радиостанции где-то в Джорджии – вот откуда эта сексуальная манера едва заметно растягивать слова – Силла перепрыгнула на одну из ведущих станций Атланты, затем перешла на работу в Ричмонд, потом в Сент-Луис, Чикаго, Даллас и в конце концов – в Денвер, на радио Кей-эйч-ай-пи. Приземлилась на все четыре лапки, так сказать.

Эта женщина определенно любит движение, подумал Бойд. Или... бежит от чего-то? Что ж, придется добывать информацию из первых рук. Резюме не давало ответа на этот вопрос. Однако в нем черным по белому сообщалось, что на дорогу славы Силла О'Роарки ступила, имея в кармане лишь свидетельство об окончании школы и – должно быть – неслабую волю к победе. Наверное, нелегко было женщине, а вернее, девушке восемнадцати лет пробиться в этом бизнесе, где до сих пор было больше мужчин, чем женщин.

– Интересно? – Алтея грациозно присела на край его стола. Никто в полицейском участке не осмеливался восхищенно присвистнуть при взгляде на ее ноги, но пялились многие. Молча.

– Силла О'Роарки. – Бойд отбросил резюме. – Что ты о ней думаешь?

– Упрямая. Жесткая. – Алтея усмехнулась. Сколько раз она издевалась над Бойдом за то, что он как завороженный слушал этот невероятный голос в радиоприемнике. – Любит, чтобы все было так, как она хочет. Умная. Знает свое дело.

Бойд нашел на столе коробочку с миндалем в сахарной глазури и вытряхнул несколько штук себе на ладонь.

– Ну, все это я и сам знаю.

– Ну, тогда вот тебе еще. – Алтея взяла у него коробку и придирчиво выбрала один орешек. – Она напугана до полусмерти. И еще у нее комплекс неполноцености величиной с гору.

– Комплекс неполноценности? – Бойд фыркнул и, оттолкнувшись ногой от стола, отъехал на своем кресле подальше. – Черта с два.

Алтея так же тщательно выбрала еще один орешек.

– Она, конечно, это скрывает за трехфутовой броней. Но комплекс у нее есть, это я тебе точно говорю. Женская интуиция, Флетчер. Тебе со мной нечеловечески повезло.

Бойд отнял у Алтеи коробочку с миндалем. Он знал, что она не остановится, пока вот так неторопливо, один за другим, не уничтожит все орешки.

– Если эта женщина не уверена в себе, я съем свою шляпу.

– У тебя нет шляпы.

– Тогда я ее куплю и съем. – Высказав свое недоверие к женской интуиции, Бойд вернулся к папкам на столе. – Поскольку наш парень продолжает резвиться, пора нам поискать его кое-где еще.

– Леди Присцилла не очень-то любит распространяться о своем прошлом.

– Значит, надо на нее надавить.

Алтея секунду подумала и переменила позу, изящно скрестив ноги.

– Может, подбросим монету, кто будет давить? У меня такое предчувствие, что она так ответит – мало не покажется.

Бойд ухмыльнулся:

– На это я и рассчитываю.

– Сегодня твоя очередь дежурить в студии.

– Тогда ты начинай раскапывать Чикаго. – Он быстро пробежал глазами какую-то бумагу и протянул ее Алтее. – На повестке дня директор радиостанции и домовладелец. – На самом деле он собирался копнуть глубже, но начать следует с фактов. – Используй свое очарование и дар убеждения. Они ради тебя наизнанку вывернутся.

– Как обычно, – промурлыкала Алтея и взглянула через плечо.

Один из полицейских почти втащил в помещение матерящегося, буянящего задержанного с разбитым носом и попытался усадить его на стул. Последовала короткая потасовка, окончившаяся победой полицейского, а за ней новый взрыв ругательств и угроз.

– Господи, как же я люблю это место.

– Да. Что значит дом родной. – Бойд ловко перехватил у Алтеи свою кружку с остатками кофе. – Я попробую подобраться с другого конца. С ее первого места работы. Алтея, если мы в ближайшее время ничего не представим капитану, он нас на клочки порвет.

Алтея встала.

– Значит, мы ему что-нибудь представим.

Бойд кивнул. Он протянул руку к телефону, но тот вдруг зазвонил сам.

– Флетчер. Слушаю.

– Привет, ковбой.

Бойд наверняка разозлился бы, услышав свое новое прозвище, если бы не явный страх, прозвучавший в ее голосе.

– Силла? Что случилось?

– Мне позвонили. – Она коротко рассмеялась. – Боюсь, ничего нового, все то же самое. Только на этот раз я дома и... Черт, я боюсь.

– Закрой все двери и жди меня. Я уже еду. – Ответа не последовало. – Ты слышишь меня, Силла? Я еду.

– Спасибо. И... если ты пару раз нарушишь правила дорожного движения, это будет очень кстати.

– Через десять минут. – Бойд бросил трубку и повернулся к Алтее. Она разговаривала по другому телефону. – Алтея. Поехали.