– «Дан Коберс, восемнадцать лет, курсант – мужчина». Мой сканер идентифицирует только коды курсантов, исключительно женского корпуса. Ты совсем не смотришь на то, что в руки берешь? – она повысила на меня голос. – Живо возвращайся в отборочный пункт и забери правильный пропуск, Дан Коберс! – последние слова она произнесла, злобно передразнивая. – Бегом марш! – рявкнула она.

Я вздрогнула, растерялась, но после того, как офицер пальцем указала мне на двери, из которых я вышла, засуетилась, и пулей полетела обратно к пункту отбора.

– Быстрее, курсант! – вслед прокричала командир.

Оказавшись на прежнем месте, я взглядом выискивала сотрудницу, которая выдала мне пропуск, а когда нашла, подбежала.

– Прошу прощения, но вы отдали мне не тот пропуск.

– Дай-ка сюда, – попросила она, протягивая ладонь.

Сотрудница просканировала код через свой коммуникатор – результат положительный.

– Протяни свой ком.

Она указала на мое запястье. Я протянула. Сканирование – результат положительный.

– «Дан Коберс. Мужчина», – прочитала она пропуск. – Странно. А полное имя какое у тебя?

– Дана Коберс.

– Видимо ошибка какая-то. Тебя же офицер отправила?

– Так точно.

– Пошли к ней, я доложу.

Мы вернулись.

– Офицер Маруна, – обратилась сотрудница. – У нас тут ошибка. У курсантки Даны Коберс в пропуске опечатка. Вместо «Дана» написано «Дан», соответственно система распознала это имя, как мужское.

– И что? – недовольно спросила офицер. – От меня ты что хочешь?

– Нужно забрать ее в женский корпус, – ответила сотрудница.

Я стояла между ними и мое тело сводило от напряжения. Я жутко волновалась за свою судьбу, возможно, я проведу неизвестное количество времени в отборочном пункте, или того хуже, меня вообще не примут в академию, отослав обратно домой.

– Этой курсантки нет в моем списке, – грубо констатировала офицер Маруна. – Мой сканер не распознает код, соответственно я не могу направить ее в женский корпус и забрать с собой. В системе прописано четкое количество мест в корпусе заранее, при регистрации курсантов, а значит, у меня просто нет для нее места.

– И что вы предлагаете? – возмутилась сотрудница. – Оставить ее здесь?

– Какое мне дело? Разбирайся с кем хочешь, Лара, но к себе я ее не возьму!

К офицеру подбежала курсантка. Маруна просканировала ее код – результат успешный.

– Девочки, – крикнула она курсанткам. – А ну-ка быстро построится!

Офицер перепроверила список, пересчитала курсанток, хмыкнула.

– У меня все, Лара, – обратилась Маруна к сотруднице. – Курсантки в полном составе. Я отправляю их в корпус.

– А как же она? – Лара указала на меня.

– Блять, ты меня слышишь? – фыркнула офицер. – Я говорю, у меня полный состав. Я отправляю их в корпус, – последнее предложение она проговорила по слогам, в наглой манере.

Сотрудница тяжело вздохнула и недовольно взглянула на меня.

Я была в полном упадке. Такого я точно не ожидала.

– Тебе придется дождаться окончания отбора. По времени, приблизительно часа четыре или пять, после чего пойдем к ректору, решать вопрос.

* * *

– Ты серьезно? – возмутился ректор.

– Да, – недовольно ответила Лара, закинув ногу на ногу. – Офицер Маруна отказалась брать ее в женский корпус, просто потому что та не могла идентифицировать курсанта в системе.

Лара привела меня в кабинет ректора, на верхнем этаже ректорского корпуса, где работали вышестоящие офицеры, инструкторы и преподаватели академии. Ректор – офицер Харрисон, сидел за широким полукруглым столом из черного лакированного дерева. В центре просторного кабинета кожаные диваны и кресла, на стенах знамена, награды, личные картины руководителя академии. По углам высокие гладкие вазы с живыми цветами, которые офицер Харрисон поливал, когда мы вошли.

Сначала он не обрадовался нашему визиту, обосновав тем, что к нему посещение производится исключительно по записи, но услышав возмущения сотрудницы отборочного пункта, предложил присесть и рассказать подробнее.

Мистер Харрисон устало откинулся в кресле, его глаза замерцали ярко-желтым свечением. Я поняла сразу – у него установлена киберсхема. Он пытался связаться со своим секретарем.

Киберсхема – прогрессирующая технология, которой пользуются, в основном, жители мегаполисов. Я читала про них и видела кучу роликов в сети о том, как они устроены и для чего нужны. Они созданы для коммуникации, приема и передачи данных, перевода денежных средств и многих других вещей, которыми занимались только смартфоны пару сотен лет назад. Для установки киберсхемы необходимо посетить трансплантационного менеджера, услуги которого недешевые. Соответственно, такими устройствами, как и остальными киберимплантами обладают те, кто имеет стабильную заработную плату и повышенные льготы, то есть жители мегаполисов. Наш пригород, в котором я выросла, был небольшим и за всю жизнь я не встретила ни одного человека со встроенной киберсхемой.

Это был первый раз.

Возможно, киберсхемами обладали и другие сотрудники академии или курсанты, которые приехали из других мегаполисов, но я не обратила на это внимание.

– Элизабет, – обратился к секретарю офицер Харрисон, глядя в потолок мерцающими глазами. – Вызови мне офицера Маруна, срочно.

Глаза потухли, ректор посмотрел на меня.

– Напомни курсант, как звать тебя?

– Дана. Дана Коберс, сэр, – скромно ответила я, опустив голову.

– Понятно.

Долго нам ждать не пришлось. Офицер Маруна зашла в кабинет ректора, широко распахнув двери, не обращая на нас с Ларой ни капли внимания.

– Харрисон, я не успела толком распределить своих новоприбывших девочек по казарме, – недовольно начала Маруна. – Что за срочное дело?

Офицер посмотрела сначала на Лару, после на меня, скривила лицо.

– Понятно, – фыркнула она, скрестив руки. – И чего ты хочешь?

– Мелисса, – обратился ректор к Маруна. – Объясни, почему ты отказалась брать курсанта Коберс к себе в корпус?

– Раз уж Лара донесла тебе об этом неудобном «инциденте», думаю, ты в курсе и сам.

– Хочу услышать тебя.

Офицер устало вздохнула, опустила руки и присела рядом со мной. Я не испытывала к руководителю женского корпуса никакой симпатии, отсела немного, показывая свою отстраненность.

– Из-за ошибки при идентификации в системе курсантка имеет мужской пол, а значит, забрать ее в женский корпус я не могу. Пока не могу.

– Почему? – уточнил ректор.

– Потому что, мистер Харрисон, – она сделала на имени руководителя академии акцент, показывая неприязнь. – Идентификация проводится до сбора кандидатов. Мне передают информацию, я составляю списки и провожу ревизию личного состава, освобождая место для новых курсанток. Я не успела распределить второкурсников по корпусу, в связи с этим, у меня и резервные места все заняты. Я физически не могу ее определить.

– Ты уверена?

– Открой списки, убедись сам. Зайди во вкладку личного состава курсантов обоих корпусов, и ты увидишь, что в женском места нет, а вот в мужском, как раз одно – свободное.

Мистер Харрисон, коснулся указательным пальцем стола, загорелась сенсорная панель. Ректор пролистывал пальцем списки, нахмурился и взглянул на Маруна, та кивнула ему, будто бы говоря: «ну что, убедился?». После чего, руководитель академии перевел взгляд на Лару.

– Что будем делать? – спросил мистер Харрисон. – В мужском корпусе действительно есть одно свободное место.

– Вы серьезно хотите ее туда отправить? – удивилась Лара. – Это же противоречит уставу.

– Я понимаю.

Глаза ректора вновь загорелись желтым.

– Элизабет, офицера Кирана Данста ко мне, сейчас.

Этого офицера нам пришлось ждать чуть дольше. Пока ждали, мистер Харрисон успел связаться с технической службой академии, пытаясь разобраться в ошибке на повышенных тонах. Лара и Маруна не разговаривали, уставились в свои смартфоны, и вероятнее всего, листали ленту в социальных сетях. Я в это время сидела тихо, в основном, опустив голову, но иногда поднимала, чтобы более детально разглядеть кабинет ректора.

Мы просидели в ожидании около двадцати минут. Мистер Харрисон связывался с Элизабет, чтобы уточнить по части прибытия офицера Данста, но судя по ответам ректора, офицер задерживался из-за попыток провести тренировку, одновременно распределяя новый личный состав.

Наконец, в дверь постучали.

– Войдите, – грубо ответил Харрисон.

– Господин Харрисон, офицер Данст по вашему приказу прибыл, – четко отрапортовал офицер.

На вид, офицер был старше сорока. Высокий, статный, спортивного телосложения мужчина с прямой осанкой и гордо поднятым подбородком. Форма академии слегка потрепана временем, но выглажена идеально, с ровными стрелками на брюках. На рукаве красовались пять золотых звезд, а на голове – кепка с выгнутым козырьком, из-под которого виднелась седина.

– Долго.

– Виноват, господин Харрисон. Мой замком заболел, поэтому проводить обучение и распределение новых курсантов пришлось мне, я не мог освободиться раньше, чем закончу хотя бы один из этапов мероприятия.

– Киран, познакомься, – ректор указал на меня. – Это курсантка Дана Коберс, некоторое время она будет проходить обучение в твоем корпусе.

Офицер Данст взглянул на меня, а после на ректора и удивился.

– Курсант Коберс, – ректор обратился ко мне и указал на офицера Данста. – Это руководитель мужского корпуса академии – офицер Киран Данст.

– Это какая-то шутка? – изумился Данст.

– Нет, Киран, – удрученно вздохнул ректор. – Из-за ошибки при идентификации, курсантка Коберс отсутствует в списке женского корпуса. Офицер Маруна не может взять ее к себе, потому что у нее нет мест, а списки составляются заранее, до начала отбора. Для того, чтобы перевести Коберс в женский корпус, нужно сделать внеплановую ревизию личного состава и перераспределить его, чтобы освободить место.

– И сколько это займет? – обратился офицер Данст к офицеру Маруна.

– Несколько дней, – лениво ответила руководитель женского корпуса.

– Немыслимо! – возмутился Киран. – И что мне прикажете делать?

В этот момент я сидела, опуская голову от безысходности ниже и ниже. Кажется, я помрачнела еще сильнее. Хотелось забиться в угол, укутаться одеялом и прождать эти несколько дней, без возможности есть, спать и ходить в туалет, лишь бы меня никто не трогал до момента, когда все это, наконец, закончится.

– Пересмотришь обучение, на время ее пребывания в корпусе, – ответил Харрисон. – Важно огородить ее от мужского общества, максимально возможно. Поселишь где-нибудь в сторонке, не забывай постоянно приглядывать за ней, чтобы у девочки не было проблем с однокурсниками. Лишнее внимание к ней – нежелательно.

– Легко сказать, – фыркнул Данст. – У меня пять курсов по пятьдесят бойцов в казарме – ее либо загнобят, либо изнасилуют.

– Пожалуйста, не надо, – испуганно выдавила я.

Ректор быстро перевел взгляд с недовольного командира на меня и обратно.

– Ну тогда следи за ней постоянно, – резко приказал мистер Харрисон. – Двадцать пять часов в сутки, блять! Ни одного волоса не должно упасть с головы курсантки, пока решается вопрос о ее переводе. С этого момента ты несешь за нее полную ответственность. Мне поебать, как ты это сделаешь, но это теперь твой прямой приказ! Тебе ясно, Киран?

– Так точно, – скривил лицо Данст.

– А тебе, Маруна, я советую, как можно скорее разобраться со своим личным составом, чтобы в ближайшие сутки перевести курсантку в свой корпус. Иначе я подам документы в академический штаб Каэля о твоем разжаловании.

– Поняла, – холодно ответила офицер.

– Все свободны, – закончил Харрисон.

Офицер Маруна и Лара встали со своих мест и молча направились к выходу. Я посмотрела на командира мужского корпуса, тот, казалось, собирается пронзить меня насквозь своим пристальным и презрительным взглядом.

– Пошли, курсант Коберс, – кивком позвал меня офицер Данст. – С этой минуты у тебя начинается «курс молодого бойца».