Это воспоминание - одно из тех, которые хочется забыть.

Так сложилось в 90-е, что мне, проживающей в селе, нечего стало есть. Совсем нечего.

Дома в бочке лежало солёное сало, но оно не шло. От него тошнило, и болел живот.

Ягоды перестали собирать в близлежащем лесу задолго до описываемых событий.

Когда я была маленькой, мы ходили в лес с бабушкой, собирать чернику.

Ягод было мало, и приходилось ходить с места на место, чтобы набрать мою детскую плетеную из цветной проволоки корзинку с пластмассовым дном.

Однажды бабушка испекла пирог с вареньем из собранных ею ягод. От него шёл приторный запах, отбивающий аппетит.

Запах она заметила ещё при сборе, но надеялась, что варка ягод с добавлением сахара выведет запах, и он выветрится.

Запах остался.

Потом, когда пекла пирог, снова ожидала чуда. Но оно не произошло.

Я есть пирог не рискнула.

Подумала, в следующий раз. Или в другом месте.

После этого за ягодами ходить перестали.

Можно было пойти собирать в лес подальше.

Но с увеличением числа населения лес быстро вытоптали, и ягоды собирали полузрелыми.

Смысла в полузрелых ягодах не было, поэтому этот вид промысла был заброшен.

Ходили ловить рыбу на реку.

Пойманная тоже пахла.

Мама жарила её, закрыв рот рукой.

Я давала рыбу кошке, и кошка, голодная, просящая до этого есть, не ела эту рыбу.

Я тоже не ела, глядя на неё.

Нашу домашнюю кошку я считала умнейшим существом.

Она появилась в нашем доме котёнком, только-только открывшим глаза.

Её специально так рано забрали от мамы, чтобы она прижилась в чужом доме.

Более взрослые котята запоминали дорогу, по которой их несли, и возвращались обратно. За несколько километров, в соседний район.

Попав в наш дом, она начала ловить крыс крупнее себя размером, месяцев с трёх.

Её никто этому не учил.

Как она поняла, кто объект её охоты?

Потом, став мамой, она приносила крыс новорожденным котятам, едва оправившись от родов.

И её котята ценились, как и она, именно за крысоловничество.

Конец ознакомительного фрагмента.