Цитаты из книги «Разобранные»

– Тебе страшно? – спрашивает пастор. Он, как всегда, прекрасно понимает, что у Льва на уме. Мальчик кивает:– Я думал, что готов. Теперь мне страшно.– Это естественно. Не волнуйся.Но Льву от этого не легче. Он разочарован собой. Всю жизнь он готовился к этому дню – казалось бы, достаточно долго. Лев с младенчества знал, что его принесут в жертву. «Ты особенный, – всегда говорили ему родители. – Ты призван служить Богу и людям». Лев не помнит, сколько лет ему было, когда он понял, что они имеют в виду.

Риса больше не может все это слушать. Она наконец подает голос, и все трое тут же замолкают, потому что она произносит то, что ни один из них не осмелился озвучить. – Значит, меня отдают на разборку?Тишина. Молчание – знак согласия, оно красноречивее любых слов.Социальная работница хочет взять Рису за руку, но девочка отстраняется.– Я понимаю, тебе страшно. Перемены всегда пугают.– Перемены?! – кричит Риса. – Вы называете это переменами? Смерть чем-то отличается от перемен, как вы считаете? Директору,

Ей и не нужно ничего говорить, потому что он все знает, но Коннор все равно позволяет ей выговорить эти слова. Он видит, как ей трудно говорить, но он хочет, чтобы так оно и было. Он хочет, чтобы это было самым трудным, что она делала в своей жизни.

«Мы всегда знали, что его отправят на разборку». Только это он от них и слышал. «Держись подальше от этого мальчишки Лэсситеров». Они никогда не называли его по имени. Всегда «этот мальчишка Лэсситеров». Они считают, что раз он однажды ненадолго попал в коррекционную школу, это дает им право осуждать его.

«В любом случае, я никогда не стремился достичь чего-то великого, но теперь, если взглянуть на статистику, у одной части меня есть шанс достичь величия где-нибудь в мире. Я бы предпочел быть хотя бы немного полезным, чем бесполезным целиком».

Он еще жив! Нужно насладиться последними вздохами, пока легкие еще принадлежат ему. Нужно получить удовольствие от того, как сжимаются и разжимаются мышцы, от каждого движения, каждого последнего впечатления от жизни в лагере и сохранить увиденное в памяти.

Держись меня, – сказал после ужина СайФай, поднимая правую руку, – Господь свидетель, ты никогда не останешься голодным. Да, кстати, – добавил он, – это цитата из «Унесенных ветром».

Ты разумен, Фрай. Настолько разумен, что мне иногда даже страшно становится. Нормален до ненормальности.

– Это ответ, – говорит Коннор. – Может, это даже самый верный ответ. Если бы люди умели признаваться в своем незнании, может, никакой Хартландской войны никогда бы и не случилось.

У человека не будет души, если его никто не любит. Если мать любит ребенка, хочет его, у него появляется душа в тот момент, когда она узнает о его существовании. Душа появляется тогда, когда человека кто-то начинает любить. И точка!