Цитаты из книги «Никогде»

Мэхью, – подсказал Ричард. – Ричард Мэхью. Ты меня бросила, и меня больше нет.

Они спустились по массивной лестнице, устеленной дорогим ковром, потом – по другой лестнице, не такой массивной, устеленной гораздо более дешевым ковром, потом – по еще одной лестнице, довольно узкой, устеленной мешковиной, потом – по деревянной, ничем не устеленной лесенке. В самом низу был старинный лифт, на котором висела табличка: ЛИФТ НЕ РАБОТАЕТ Не обратив никакого внимания на табличку, лакей открыл сетчатую наружную дверь лифта и пригласил гостей внутрь.

Мистер Круп подошел к Двери и снял кандалы с ее правой руки.

Какое-то время она стояла, потирая затекшее запястье, – маленькая фигурка между двух высоких, темных колонн. Ее левая рука была по-прежнему прикована к колонне

– Но я-то тоже хочу есть! Она поглядела на костры и улыбнулась Ричарду. – Кошек любишь? – Ну, в общем, да. Я люблю кошек. Анестезия облегченно вздохнула. – Бедрышко или грудку?

И ушел. Джессика осталась стоять на тротуаре, глядя вслед человеку, который взял и испортил такой важный вечер. На ее глаза навернулись слезы. Вскоре он скрылся из виду и тогда – и только тогда – Джессика позволила себе громко и неприлично выругаться: «Блядь!». Она швырнула сумочку на землю, и из нее вывалились мобильный телефон, помада, ежедневник, тампоны. Но поскольку ничего другого не оставалось, она собрала все обратно в сумочку и отправилась в ресторан, где ее ждал мистер Стоктон.

Вы в своем уме? – Может и нет, но вряд ли. А что?

А впрочем, если хочешь, оставайся здесь, на лестнице. Повисишь пару часов, пока не замерзнут руки, а потом полетишь вниз, разобьешь башку о мостовую и наконец перестанешь бояться

Величайший день в ее жизни еще впереди, когда она станет премьер-министром, королевой или богиней

«Мы вырезаем эпизод со страницы 24, и если ты сейчас скажешь: “Ничего, я включу эту сцену в книгу”, – я тебя зарежу».