Цитаты из книг автора «Нил Гейман»

У тебя доброе сердце, – проговорила она. – Этого бывает достаточно, чтобы не пропасть… – она покачала головой, – но чаще всего одной доброты мало.

Это было в середине шестнадцатого столетия, в Тоскане. Шел дождь – холодный, противный дождь, от которого все вокруг кажется серым.Над небольшим монастырем на холме поднимался дым – черный на фоне бледного утреннего неба.На склоне расположились двое. Они с интересом наблюдали, как занимается пламя.– Знаете, мистер Вандемар, – сказал тот, что пониже, – это будет великолепнейший пожар! – Он ткнул грязным пальцем в сторону монастыря. – Впрочем, полагаю, его обитатели, по понятной причине, не смогут в полной мере оценить великолепие зрелища.– Потому что погибнут раньше, мистер Круп? – уточнил второй, пережевывая крупные куски мяса, которые он отрезал от тушки щенка.– О да, intelligenti pauca![4] Ты правильно понял, мой мудрый друг: они все умрут раньше.Сразу скажу, собеседников трудно спутать.Во-первых, мистер Вандемар на две с половиной головы выше мистера Крупа.Во-вторых, у мистера Крупа глаза бледно-голубые, а у мистера Вандемара – карие.В-третьих, у мистера Вандемара на правой руке четыре кольца в форме вороньих черепов. Мистер Круп же не питает страсти к украшениям.В-четвертых, мистер Круп любит красиво говорить, а мистера Вандемара больше интересует еда.Налетел порыв ветра, и пожар разгорелся сильнее.– Не люблю пауков, – сообщил мистер Вандемар. – Невкусные.Послышался пронзительный вопль, и крыша здания с грохотом обвалилась, а пламя охватило стены.– Похоже, не все умерли до пожара, – заметил мистер Круп.– Ну, теперь-то уж все, – сказал мистер Вандемар, отрезая себе еще сырой собачатины. Обед он нашел в канаве по дороге к монастырю. Вот что значит шестнадцатый век! – Что теперь?Мистер Круп ухмыльнулся. Зубы у него были страшнее, чем у покойника.– Теперь – на четыреста лет вперед, – объявил он. – В Нижний Лондон.Мистер Вандемар проглотил информацию вместе с мясом щенка.– А там чего? Убивать?– О да! – кивнул мистер Круп. – Убивать – это непременно!

Сначала наденьте маску на себя и только потом помогайте другим

Но благодаря этому я понял одну важную вещь: если я вообще хочу читать художественную литературу, надо смириться с тем, что пределы моей зоны комфорта иногда будут проясняться лишь после того, как я их покину.

Позволь дать тебе один совет, – сказал мистер Нанси. – Может так случиться, что от трапезы до трапезы пройдет изрядное количество времени. Если кто-то предлагает тебе поесть, соглашайся. Годы у меня уже не те, я понимаю, но вот что тебе скажу: никогда не отказывайся, если у тебя есть возможность отлить, поесть или полчасика вздремнуть. Понимаешь?

Литература позволяет нам проникнуть в иные миры, в иное сознание и посмотреть на все иными глазами.

Человеческие жизни – все равно что снежинки, образующие уже виденный когда-то узор, похожие одна на другую, как горошины в стручке

Люди, которые суют свой нос куда не следует, – маркиз щелкнул пальцами прямо под носом у старика, и тот аж подпрыгнул от неожиданности, – рискуют его лишиться.

– И кто же ты? – Я? – переспросила она. – Хороший вопрос. Я телевизор. Ящик для идиотов. Я всевидящее око и мир катодного излучения. Я дебилятор. Святыня, на которую молится вся семья. – Телевидение, что ли? Или кто-то конкретный из телевизора? – Телевизор теперь – вместо алтаря. И люди на нем приносят мне жертвы.

– Ты классный, мистер, хотя тоже ебнутый. – Полагаю, именно это и считается нормальным человеческим состоянием, – сказал Тень.