Цитаты из книг автора «Нил Гейман»

И из гостиной Тень вышел под жалостные детские вопли («Как ты это сделал? Мам, а мам, как он это сделал?).

После ужина Тень помог Сэм помыть посуду – она мыла, он вытирал, – потом показал Леону очередной фокус: отсчитывал ему в ладошку цент за центом, и всякий раз, когда Леон ладошку открывал и пересчитывал монетки, одной не хватало.

– Ну, а моя матушка – она из европейских евреев, – продолжила Сэм, – из какой-то такой страны, где раньше были коммунисты, а теперь просто бардак. По-моему, ей просто понравилась идея выйти замуж за индейца-чероки. Диковатая в итоге получилась парочка.

– Старый семейный рецепт, – сказала она в ответ, – достался от корсиканских предков. – А мне казалось, вы тут все индейцы.

Леон уже дергал Тень за штанину. – Покажешь сейчас? – спросил он, протягивая ему монету.

– Нет еще. Никак у меня Тор из головы не идет. Ты его даже не видел ни разу. Матерый такой мужик, вроде тебя. И редкой доброты был бог. С головой так себе, но если его попросить, последнюю, блядь, рубашку, и ту отдаст. И вот – покончил жизнь самоубийством. В 1932 году, в Филадельфии, сунул ствол себе в рот и нажал на курок. И это, спрашивается, подходящая смерть для бога?

Может, нас не так легко убить, и смерть наша – это тебе, мать твою, не простая хорошая смерть, но умирать-то мы умираем. Если нас по-прежнему любят и помнят, на нашем месте тут же оказывается кто-нибудь, очень на нас похожий, и вся эта канитель начинается сызнова. А если про нас забывают, то все, крышка!

На данном этапе это была по-прежнему холодная война, странная война[99], где по-настоящему не может быть ни победителей, ни побежденных. Ветер гнул деревья. От костра разлетались искры. Надвигалась буря.

Война началась, но никто этого даже не заметил. Сгущались тучи, но никто об этом и не подозревал.

– Самое лучшее в Робби было то, что он хоть кем-то был. Иногда он был кретином, мог выставить себя на посмешище, а еще ему нравилось, чтобы вокруг были зеркала, когда мы занимались любовью, и он смотрел, как он меня трахает, но при этом он был живой, бобик. Он чего-то хотел. Он заполнял собой пространство. – Она замолчала, посмотрела на него, слегка склонив голову набок. – Прости. Я тебя обидела?