Дознание в Риге

Оцените книгу

О книге

Действие романа происходит в 1898 году. Друг Лыкова лифляндец Яан Титус поехал в Ригу на похороны старшего брата Язепа. И выяснил, что брат был убит. Полиция не хочет искать виновных. Язеп Титус был вор и барыга; убили – так ему и надо… Когда Ян начинает собственное дознание, ему советуют убраться из города. Узнав об этом, возмущенный Лыков приезжает в Ригу на помощь товарищу. И они начинают искать убийц самостоятельно. В ходе дознания им попадается чья-то шпионская сеть, также друзья сталкиваются с многочисленными головорезами рижских форштадтов. В Риге немецкое засилье, и русским сыщикам приходится нелегко. Начавшаяся война банд еще более затрудняет поиск…

Подробная информация

Дата написания: 2016

Год издания: 2016

Объем: 448.1 тыс. знаков

  1. Penelopa2
    Оценил книгу

    На этот раз судьба забросила Алексея Лыкова в Ригу. По всем окраинам России его погоняло – и в Туркестане, и в Варшаве, и на Кавказе, и на Сахалине он был, а вот теперь – в Риге. По тогдашним меркам это самый продвинутый промышленный город в России, город, в котором сосредоточены лучшие российские заводы. Но Лыков в Ригу направился не промышленностью заниматься, а искать убийц Язепа Титуса, старшего брата его лучшего друга Яана Титуса. Брат сам по себе был мужичок не очень, вор и бандит, но ведь брат же. Обычные для окраин меряния чинами, обычная неприязнь к гостю сверху, усугубленная национальными вопросами. Но мало-помалу выяснилось, что убийство Язепа Титуса выводит на серьезные вопросы промышленного шпионажа, а дальше вообще вмешивается тема революционного террора. Этот вопрос был бы не по зубам молодому Лыкову, но сейчас он изрядно заматерел, обзавелся связями, орденами, чинами. Хотя свой любимый прием – размолоть противника в лепешку – этот солидный столичный гость все еще частенько использует, и даже проводит тренинги среди местных полицейских чинов, уча их не просто валить соперника, а делать это с умом

    Возвращаясь к жанру – это опять-таки не детектив, это исторический приключенческий краеведческий роман. Не могу сказать, насколько достоверно изображена у Свечина старая Рига, я была в ней всего два раза и то туристическим галопом, но судя по откликам читателей из этого города, Рига Свечину удалась. И как всегда, удалось погружение в эпоху. Как всегда не кажутся инородными особенные местные словечки, не раздражают, а вполне гармоничны разговоры между чиновниками, между нижними чинами и начальством, между пойманными грабителями и полицейскими. Снова маленькая экскурсия в прошлое.

    А вот это – из интервью самого Свечина

    …Прежде всего, стараюсь найти карту тех мест, где будут действовать мои герои. Старую карту, разумеется. Затем ищу мемуары, путевые заметки, дневники современников, адрес-календари. Добавляю научные монографии. В итоге получается тот коктейль, из которого и вырисовывается книга…

    Не понимаю, чего ждут киношники, такой материал пропадает…

  2. viktork
    Оценил книгу

    Роман довольно интересный, но начинается он не с Прибалтики, а с мест, которые сейчас у всех на слуху: Дебальцево, Луганск… Раскрыв очередное дело и остановив злодеев, Лыков вместо отпуска ввязывается в рижское дознание, помогая своему другу латышу…
    Автор в сложном положении. В детективном сериале герой должен постоянно побеждать, но известно ведь каким кошмаром все кончилось. Приходится ретроспективно указывать на опасности. Детектив приобретает политический оттенок. В деле завязаны жестокие боевики, которые в будущем станут революционными палачами.
    Но, серия, повторим интересная. Автор, свой, наш, хороший и добрый, а ни какой-нибудь «злой человек».

  3. Ferzik
    Оценил книгу

    Николай Свечин - "Дознание в Риге".

    Знаете, за что я люблю детективы? Умные головоломки и изящные решения - тут всё понятно, но это лишь частности. А в глобальном смысле меня всегда поражало, как у авторов получается демонстрировать недюжинную фантазию в строгих рамках, куда они сами же себя загоняют. В детективе нет необходимости придумывать героям новые расы или выворачивать наизнанку чувства. Такое тоже попадается, однако это лишь примеси. А в классическом понимании писатель должен сначала расставить себе западню, а потом из нее вырваться. И чем ловушка теснее, а выход необычнее, тем на большее восхищение можно претендовать. Кстати, примерно по этой же причине я уважаю поэзию. Стихотворение тоже нужно не просто написать, а складно, да еще и по размеру. При том, что рифма "земля - душа" - такая же халтура, как "рояли в кустах" более прозаического жанра.

    Николай Свечин в принципе умеет писать детективы, что он уже не один раз доказал. Однако для него куда важнее исторические реалии конца 19 - начала 20 в. Основной упор - на них: факты, имена, карты - всё приводится с невероятной скрупулезностью, и практически в непридуманный мир того времени тесно вплетаются вымышленные персонажи. Неудивительно, что детективная линия, которой поневоле суждено отойти на второй план, нередко провисает. Хотя сыщик Лыков - уже не тот молоденький дуболом, который в первых книгах любую неприятность решал кулаками и повсюду бросался в самое пекло. Нет, он стал более зрелым и умудренным опытом, несмотря на сохранившуюся силу. Хотелось бы, правда, чтобы этот ход развития в конечном итоге привел к более активной мозговой деятельности, но с другой стороны, и преступность у Свечина настоящая. Отъявленные бандиты, грабители и убийцы, не боящиеся крови и в любой момент способные прикончить человека без особого труда. Это не книжные "идеальные разбойники", которые прокалываются на обидной мелочи. И так действительно атмосфернее.

    Да, слог Николая Свечина уютен, от него неизменно получаешь удовольствие. Но вдобавок к приятным, живым персонажам в нескольких последних книгах прибавлялся еще один незримый участник действия. Это город, куда волею судеб заносило сыщиков. Улицы и подворотни, дома и пристройки, реки, мосты - вся архитектура конца 19 века. В столице одно, в Варшаве другое, на Сахалине третье, в Ташкенте четвертое... И вот теперь - Рига. Именно там убивают брата Яана Титуса - управляющего лыковским поместьем и полицейского отставника, прошедшего через огонь и воду. Именно туда и предстоит отправиться сыщикам на дознание.

    А теперь - минутка критики. Как часто бывает у Свечина, маленькая тайна порождает большую. Искали одного преступника, а вышли на целую сеть. Грешили на мелкую бытовуху, а выяснили, что чуть ли не судьба страны с ней связана. А в итоге? Масштаб обрисован... но и только. Маленькую проблему разрешили, а большую, можно сказать, даже не стали пытаться. Логично спросить: зачем она тогда была вообще нужна? Есть здесь какое-то ощущение недосказанности. И еще один момент: Рига - первый город из серии, который получился достаточно безлико. Я не ставлю это в вину автору: он всё честно расписал, карту приложил, сюжет вплёл. Но, как по мне, сам город впечатлений не производит: ни положительных, ни отрицательных. В нем нет ни ташкентской жары, ни сахалинской безлюдности, ни питерского величия, ни просто чувства родного места. Не исключаю, что туда нужно съездить, дабы проникнуться и влюбиться. А тем, кому побывать не удалось, как-то вот так.

    В целом же мои ощущения не отличаются от послевкусия трех-четырех предыдущих романов. Свечин пишет искренне, и это всегда подкупает. А то, что не детектив, спишем на день моде. Я-то привык к классическому пониманию жанра, хотя оным сейчас называют всё, что издателю в голову взбредет. "Исторический роман" или "боевик" - вот более честное определение. Но уютный, этого не отнимешь.

Цитаты из книги

  1. должность – браковщик сельдей. Помимо конно-железной дороги, управе принадлежит также целая эскадра пароходов, которая возит население взад-вперед через Двину. Проезд до Гагенсберга и Шварценгофа стоит пятачок в первом классе и три копейки во втором. Городскому самоуправлению подчиняются участковые трубочисты. А в канцелярии губернского правления мирно скрипит пером коллежский регистратор Барклай де Толли. Старая Рига – это парадный фасад, казовая часть. Здесь все древности, и здесь же все немцы. Прочь от реки, в сторону бывших крепостных валов отходят улицы Нового города. За каналом выросло несколько живописных бульваров. Здания Окружного суда и православного кафедрального Христорождественского собора весьма их украсили. За собором срыли Древнюю гору, с которой завоеватели всегда обстреливали Ригу, и заложили на ее месте Эспланаду. Пока это пустырь, но в будущем обещают разбить сад. Вообще, сады в городе хороши. Особенно Верманский, куда Яан в первую очередь повел Алексея. Заложенный вдовой купца Вермана, урожденной госпожой Эбель, он был подарен ею городу. В память вдовы в саду стоит обелиск. Вокруг цветочные клумбы, розовые плантации с солнечными часами посредине, изящные бронзовые статуи и античные вазы. В колоннаде здания Общества минеральных вод летом устраиваются утренние концерты. А по вечерам играет военный духовой оркестр. Красота! Еще в городе два театра – Русский и Немецкий, – цирк, зверинец, несколько первоклассных гостиниц, пассажи, рестораны, шантаны и варьете. Появилась даже поговорка: парижанина от рижанина отделяет целое «па». Но это лишь красное словцо. Конец Александровской улицы весь тонет в дымах фабричных труб. А когда она переходит в Петербургское шоссе, делается совсем неуютно… Дивный город, не похожий ни на какой другой, закружил Алексея. Сколько в нем циклистов! Постоянно приходилось уворачиваться от их велосипедов. Если верить газетам, последних здесь более четырех тысяч. Почти все любители велосипедной езды входят в одно из пяти обществ.
    30 мая 2018
  2. – Как отпугнете? – хором спросили рижане. – Да вот завтра и увидите. Так что на шпанку времени не тратьте. Ищите глубже. – А место службы, приятели, переписка? – Вот этим и надо вам заняться, Александр Лукич. А господин Растегаев поможет. Надзиратель кивнул. – По собранным сыскным отделением сведениям, – начал он, – Язеп нигде не служил. Но деньги у него откуда-то водились. Правда, нерегулярно. Бывали трудные моменты, и тогда он закладывал часы и папиросник. Но всегда выкупал потом. – Так кем же был Язеп Титус? – спросил надворный советник и покосился на друга. Тот нахмурился, но промолчал. – Мы считаем, что наводчиком. – Вот как? И с какой шайкой он работал? Ведь наводчики, как правило, к кому-то приписаны. – Да, – подтвердил надзиратель. – Язеп почти наверняка работал с Ярышкиным. – Кто таков? – Ярышкин Иван Иванов, из рижских мещан, приписан к рабочему окладу, – начал по памяти рассказывать Никифоров. – Четыре ареста за грабежи. Но это по молодости. Потом он перешел на разгром квартир, там добыча больше. У Ваньки банда человек в десять. Квартирует в трактирном заведении Петерсона на Ярославской улице, дом сорок три. Пользует рынок Красная горка в четвертом участке Московской части. – Пользует – это что значит? – уточнил Яан.
    31 августа 2016
Подборки с этой книгой