Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Рецензии и отзывы на На ножах

Читайте в приложениях:
184 уже добавили
Оценка читателей
4.3
Написать рецензию
  • barbakan
    barbakan
    Оценка:
    35

    38 часов, господа! 38 часов звучания, а еще – 34 минуты и 53 секунды.
    Я слушал этот роман целый месяц!
    Месяц в деревне.
    Я слушал его на послеобеденных прогулках, шагая по лесной бетонке, заваленной еловыми иглами и раскрашенной на манер тигровой шкуры солнечными пятнами. Слушал в машине, по дороге в Москву и из Москвы, но больше всего я слушал книгу в матерчатом раскладном кресле, сидя на веранде дощатого дачного домика. Утром я выходил с кружкой кофе, пледом и даже в шапке на веранду. Садился и включал книгу. Глаза мои устремлялись на щебенку запущенного сада камней, и в солнечные дни я смотрел, как на него неуклонно наплывает теневой угол выступающего балкона. Я срывал, растущие в ногах, на отмостке, ромашки и рассеянно гадал, срывая лепестки, постоянно сбиваясь: любит, не любит, не зная, про кого гадаю. Шли недели, а чтец не прекращал своего мрачного бормотания.

    И наконец, роман кончился. Что тут сказать? Я постоянно на него досадовал, ведь нельзя отнимать у читателя так много времени. Это, прежде всего, нескромно. Лесков напоминал мне того горе-оратора, который на банкете поднялся с рюмкой и говорит, говорит, и не может остановиться. И вроде бы фраза подходит к логическому концу, все облегченно поднимают свои бокалы выше, как вдруг оратор заходит на новый круг: «Да, и вот еще…». Хоть, Лесков написал «Ножи» очень профессионально, раскрыл все образы с величайшим мастерством, протянул бесконечный кабель сюжета без скручивания и нахлестов, и все в конце сошлось, структура романа все-таки как бы проваливается под собственной тяжестью. Лесков, как оказалось, публиковал роман в журнале в процессе написания, воюя с цензорами и редакторами, которые вырезали целые куски, выбрасывали за борт «сомнительных» персонажей. Из-за этого течение романа постоянно меняло свое русло, и Лескову приходилось впопыхах подправлять сюжет, не имея возможности изменить начало.

    В результате, в романе получилось множество сюжетных линий, туча персонажей, а по количеству трупов в финале он может соперничать с трагедиями Шекспира или с «Бесами» Достоевского. Кстати, многие современники воспринимали эти два романа почти как единое целое. Они выходили параллельно в журнале «Русский вестник» Каткова. Левые критики называли их не иначе, как «катковская пропаганда», а в голове тогдашней публики они, без сомнения, мешались. Ведь подписчики «Русского вестника» каждый месяц читали кусок «Ножей», кусок «Бесов» и ждали нового номера.

    В центре сюжета здесь стоит женщина. Ее зовут Глафира Бадростина. Это такая черная королева. Она невероятно красива, и дьявольски умна. Все в нее влюблены, и всеми она манипулирует, обещая в награду руку и сердце. А значит, – вожделенное тело и громадное состояние. Она ходит только в черных платьях. Черные брови, черный веер, черные глаза. «Девочка – черная мамба». Ко всему, она обладает демоническим талантом перевоплощения, меняет при необходимости стиль жизни и манеру поведения.

    Завязкой сюжета является приезд в уездный город N двух молодых людей, лет по 35. Их зовут Павел Горданов и Иосаф Висленев. Их появление – начало осуществления преступного плана Глафиры, которая собирается отправить на тот свет своего богатого мужа. «Старик слишком зажился». Горданов и Висленев – отпетые негодяи, старые знакомые Глафиры по нигилистической коммуне. Они должны ей помочь. Сюжет выстраивается по сценарию, сочиненному Глафирой. Он предполагает подмену завещания, компрометацию мужа, и убийство: Горданов должен сыграть роль киллера, Висленев – козла отпущения. Все это растягивается на долгое время, редактируется привходящими обстоятельствами и обретает все более зловещий характер.

    По атмосфере роман похож на готические фильмы Тима Бартона: нуар с элементами карнавала. И авантюрности. Здесь есть поджоги, разбойничьи нападения, подброшенные ножи, приклеенные бороды, подпиленные мосты, фиктивные браки, фальшивые раны, сожженные завещания, язычески камлания с добыванием дикого огня, спиритические сеансы, привидения и ясновидящие дети. Все это пронизывает ожидание близкой беды. Читательское внимание удерживается, в основном, убийствами, соблазнениями, охотой за наследством, ограблениями и презентацией бесконечных коварных планов, как завладеть состоянием. Интриги плетутся со всех сторон, и к концу романа в них запутываешься окончательно. Но бросить жалко. Из этого романа получился бы отличный нуарный сериал, если бы режиссером был Бортко, а продюсерами ребята из «Игры престолов».

    В романе, конечно, есть и сюжетные линии с положительными персонажами. Кстати, их Лесков точно умеет делать лучше, чем Достоевский. Это принципиальные спокойные ребята, без припадков и заламывания рук. Они делают то, что считают правильным. Без истерики. И добро побеждает зло. Хорошие – женятся. Плохие занимают свои места в могилах и домах для умалишенных. Только одна черная королева Глафира, которая перехитрила саму себя и на время оказалась в проигрыше, притаилась. Но в ее черных глазах, не сегодня, завтра, обязательно блеснет дьявольская искра.

    Читать полностью
  • valcome
    valcome
    Оценка:
    19

    Какая же язва этот ваш Лесков. Как зло, ядовито и безжалостно прошелся по всем этим "новым людям". Разбивая в труху светлый образ борцов с реакцией и носителей новых идей. Метания от нигилизма к спиритам и обратно, измена идеалам в угоду собственной выгоде.
    Прекрасный цирк уродцев вышел у Лескова, ни единого героя без рыльца в пушку.
    Без знания исторических реалий 80-90-х гг XIX века читать будет скучновато. Девам и пламенным юношам, боготворящим Базарова категорически не рекомендуется: шаблон порвется.

  • susleno4ek
    susleno4ek
    Оценка:
    12

    Прочитано в рамках виртуального клуба "Борьба с долгостроем!"
    Если бы не участие в игре, никогда бы не дочитала эту книгу. Очень люблю классическую русскую литературу, очень люблю Лескова, но книгу прочла с трудом. Бывает, что мне неприятен какой-нибудь герой или героиня, но подобного отвращения практически ко всем героям я уже давно не испытывала. Они мерзкие, противные, гадкие, никчемные люди, полные ничтожества. Я безумно была рада, что в конце концов каждый из них получил по заслугам.
    За книгу поставила четверку, но это только за стиль и язык Лескова, которые я давно обожаю. Теперь прочитаю что-нибудь легкое, чтобы смыть отвратительные впечатления с души

  • marfic
    marfic
    Оценка:
    12

    Невыносимо нудное произведение с топорным морализаторством и прямолинейным сарказмом. Ах-ах, как едко, но совершенно уныло автор описал пороки и низости. Полностью мимо меня, на сто процентов.

  • Hopeg
    Hopeg
    Оценка:
    7

    Мир порождает преуспевание,
    От преуспевания происходит богатство,
    От богатства – гордость и сладострастие,
    От гордости – ссоры без конца;
    Ссоры – война торопится…
    Война порождает бедность,
    Бедность – смирение,
    Смирение возвращает мир…
    Так человеческое превращение готово!
    Климент Маро

    Лесков прекрасен, могучий русский язык очарователен, читать одно удовольствие!
    Первая часть книги мне показалась немного скучноватой, но потом все приобрело смысл, все местами бессмысленное повествование начала книги запестрело иными красками.
    Издательство и редакторы 1994 г описывают роман как "забытый", не тут то было, советская цензура не дремлет.
    Повествование начинается с героя Висленева Иосифа Платоновича, давно я не видела таких персонажей, как Николай Лесков замечателен в описании его трансформации, от начинающего нигилиста до шута. Я смеялась порой в голос от его уверток, решений в экстренных ситуациях, жалких оправданий, ну очень комично получился.
    Я бы остановилась вкратце еще на тронувших меня героях.
    Александра Синтянина, во истину олицетворение матери, в юношеском возрасте принять такое серьезное решение, положить свою судьбу во имя незнакомых людей, это поступок достоин только революционерки в хорошим смысле слова, вся модная нигилистическая молодежь ей в подметки не годится. С годами она только больше набирается ума, ее суждения приятны для меня:

    я безмерно самолюбива, но я прозаична; я люблю тишь и согласие, и в них моя поэзия. Что мне в поэте, который приходит домой брюзжать да дуться, или на что мне годен герой, которому я нужна как забава, который черпает силу в своих, мне чуждых, борениях? Нет, - добавила она, - нет; я простая, мирная женщина; дома немножко деспотка: я не хочу удивлять, но только уж если ты, милый друг мой, если ты выбрал меня, потому что я тебе нужна, потому что тебе не благо одному без меня, так (Александра Ивановна, улыбаясь, показала к своим ногам), так ты вот пожалуй сюда; вот здесь ищи поэзию и силы, у меня, а не где-нибудь и не в чем-нибудь другом, и тогда у нас будет поэзия без поэта и героизм без Александра Македонского.

    Андрей Подозеров - честь, достоинство, правдолюбец романа, воплощение "светлой" стороны романа, но к сожалению, я таких героев чистых, пречистых не люблю и в жизни очень сложно им приходится и их родным. Да и не верю я в таких уже)

    - Не знаю, но знаю, что меня замарать никто не может, если я сам себя не мараю. Притом же, если для чьего-нибудь счастья нужно, чтобы мы отступились от этого человека, то неужто тут еще есть над чем раздумывать? Я не могу быть спокоен, если я знаю, что кого-нибудь стесняю собою, и удалился от жены, желая покоя своей совести.

    Лариса Висленева - барби, ужас на ножках, женщина, считающая, что если ей дана красота, значит ничего больше не нужно для жизни. Методы дрессировки мужчин также примитивны. Майорша о Ларисе:

    " Ах, оставь, пожалуйста: какая ты простая и какое с тобою простое обращение возможно, когда к тебе на козе не подъедешь: утром спит, в полдень не в духе, вечером нервы расстроены."

    Глафира Бодросина, даже не знаю как охарактеризовать это "янтарь", житейски умна, расчетлива, умеет использовать свои "ресурсы" :) Все планы полетели прахом, на то и имеем дело с русской классикой.
    Хочу резюмировать диалогом Глафиры и Жозефа:

    - А как вы думаете: до чего мы дойдем?
    - Да что же, - продолжал рассуждать Висленев, - мы прежде все отвергали и тогда нас звали нигилистами, теперь за все хватаемся и надо всем сами смеемся... и... черт знает, как нас назвать?
    Бодростина глядела на него молча и по лицу ее бегала улыбка.
    - Право, - продолжал Висленев, - ведь это все выходит какое-то поголовное шарлатанство всем: и безверием, и верой, и материей, и духом. Да что же такое мы сами? Нет. Я вас спрашиваю: что же мы? Всякая сволочь имеет себе название, а мы... мы какие-то темные силы, из которых неведомо что выйдет.
    - Вы делаете открытие, - уронила Глафира.
    - Да что же-с? Я говорю истину.
    - И я с вами не спорю.
    - Все этак друг с другом... на ножах, и во всем без удержа... разойдемся и в конце друг друга перережем, что ли?
    Читать полностью
  • GlindaEpigeous
    GlindaEpigeous
    Оценка:
    6

    Горданов мне очень напоминает Остапа Бендера, только более реалистичная версия. Мне кажется, Ильф и Петров многое здесь позаимствовали.
    Конечно, грязь интриг утомляет, но верю, что добро победит зло... У Лескова так.
    И еще: отличный юмор у автора.

  • Оценка:
    отличная книга!