Часть I. Га́учо

Га́учо (исп. gaucho — пастух) — амер. конный пастух-наездник в латиноамериканских пампасах; погонщик скота. Словарь иностранных слов. — Комлев Н. Г., 2006.

Глава 1

— На север не ходи, — в сотый раз напутствовал Андрея Учитель, аккуратно перевернув прямоугольную часть «вечного календаря» — архаичного устройства последнего века второго тысячелетия. Века диктаторов и беспощадных мировых войн.

Ежедневный ритуал был закончен, и утро очередного летнего дня вступило в свои права.

«Это он так шутит: “не ходи”. Кто же на такие расстояния пешком ходит! Тридцать километров по непроходимой чаще, где нет ни дорог, ни тропинок. Да и горные склоны сплошь завалены буреломом. Нет! Такое под силу лишь Искателю. Да и то он более чем на шесть километров от дома никогда не отдаляется».

— Знаю, знаю. Болота, мошкара с кулак, гигантские хищные твари. Сказки — все это, — сказал он вслух.

«Зачем я ему возражаю? Учитель наверняка прав. Ведь только он владеет всеми знаниями нашего Большого дома. Слухи, легенды, рассказы путешественников. Но все это лишь досужие мнения людей. Вот когда удается добыть что-то стоящее, материальное, вот тогда это настоящий успех! Книгу новую или чей-нибудь дневник…»

На улице послышались возбужденные детские голоса.

«Искатель вернулся», — Андрей приготовился выбежать из дверей, чтобы поприветствовать своего приятеля, но был остановлен хозяином дома.

— Когда полетишь, будь внимательнее, — продолжил он давать свои напутствия, — все деревья наш Драко по ходу цепляет. До сих пор летать толком не научился, птичка божья.

— Извините?! — в дверь просунулась любопытная голова дракона. Через дверной проем было видно, как шустрый парнишка, взобравшись ему на хвост, тщетно пытается на нем удержаться.

— Не обращай внимания. Учитель шутит. Настроение у него сегодня веселое, — Андрей обратил внимание на расплывшуюся в глупой улыбке морду своего четвероногого друга.

«Опять он сырыми грибами обожрался, ненасытный».

Оно и понятно: приход осени был неотвратим. Август заканчивался.

— Я никогда не шучу, — пробурчал пожилой мужчина. — И вообще, зачем ты его говорить научил?! Лезет везде со своими вопросами и комментариями. Надоел, как черт!

Дракон прищурился, но в полемику вступать не стал. Аккуратно повел хвостом. Незадачливый парнишка покатился в траву. Поднялся, захохотал и помчался с остальной малышней купаться.

— Привет честной компании. Привет, зверюга. Как охота? — в раскрытые двери, отпихивая в сторону морду дракона, пытался войти его приятель — Искатель. — Я там кое-что приволок. Посмотрите?

Глаза его прямо сверкали от возбуждения.

Был он одет в куртку и штаны из хорошо выделанной оленьей шкуры. На ногах — удобные сапожки из аналогичного материала. Ни дать ни взять — дитя окрестных лесов и свалок. На его боку болтался на перевязи блестящий меч из нержавейки — особая его гордость и вожделенная мечта всех местных мальчишек.

Вместо приветствия дракон быстро нагнулся и облизал Искателя своим шершавым языком. Торопливо облизал, оставив у него от подбородка до самой макушки следы вонючей слизи с остатками плохо пережеванного завтрака.

— Ты же знаешь, что я этого не терплю, собака страшная! Тьфу! Что ел-то сегодня, душегуб? Теперь вот опять умываться надо, — он развернулся и побрел к ручью, протекающему через поселок.

Удовлетворенный местью дракон проводил его веселым взглядом.

— Так ему и надо, ехидне. А ты, шутник, — обратился Учитель к расшалившемуся дракону, — будешь и дальше так себя вести, выпишу наряд на перевозку картошки с поля.

Пристыженный дракон сделал вид, что ничего из сказанного не понял, и стал исподтишка наблюдать за своей жертвой, возвращающейся к ним. Видимо, решил повторить свою удачную попытку.

Однако это ему не удалось, поскольку его приятель был тоже не промах. При появлении языка из зубастой пасти шутника он схватился за него одной рукой, а другой начал размахивать перед мордой обнаженным мечом, угрожая немедленным отсечением.

Проходившая мимо них корова зазевалась и была сбита с ног огромной тушей дракона. Поднялась, сказала ему обиженно: «Му-у!», и побежала дальше по своим коровьим делам: пастись вместе с подружками на зеленом лужке возле деревни.

— Да прекратите вы, наконец, свою возню! Двадцать лет скоро каждому стукнет, а ведете себя как дети малые, ей-богу!

Учитель еще немного понаблюдал за ними, вздохнул и обернулся к своему собеседнику.

— Га́учо, — обратился он к Андрею, — сходишь перед походом к Знахарю и возьмешь у него необходимые в пути лекарства.

— Так он давно уже в лесу. Я заметил, как он собирался. Рюкзак огромный взял — не иначе, как пошел на сбор каких-то полезных травок.

— Трезвый?

— А кто его знает.

Знахарь в их селении являлся единственным и весьма эффективным лекарем. Несмотря на то что он прослыл большим любителем перебродившего меда, лечил он всех исправно. Был он местным старожилом, предки которого издревле жили в этих местах и промышляли здесь тем же: всю свою жизнь кого-нибудь лечили. У него, конечно, имелось и собственное имя, но оно давно уже забылось односельчанами. Просто так казалось всем легче, а он не возражал.

«А мое прозвище — Ученик. Это что, должность или звание какое? Я могу понять, что Учитель — учит. Искатель — ищет. А Ученик? Он что, до седых волос будет учиться? Звали бы лучше по имени — Андрей. Или Андрюха, Андрюхан, как зовут меня приятели. Или Андрюшенька, как моя мама. Учитель зовет меня Гаучо. Какая-то ассоциация у него с этим именем связана. Я у него не спрашиваю, что это значит, а он не объясняет».

Он выглянул через плечо Учителя наружу и увидел, что битва человека с драконом закончилась.

«Вот с Искателем, например, все понятно. «Да» — это что, имя такое? Если кто не знает, то да. Оно китайское. Хотя на китайца он совсем не похож».

Время неумолимо стерло с лиц обитателей деревни все следы их былых национальностей, усреднив их до одной: все они были темноволосы, смуглы и кареглазы, с миндалевидными, округлыми глазами. Так что национальность Искателя — это лишь дань памяти его предкам, которые пришли сюда в давние времена с Юга. Единственное, что им оставалось для сохранения самобытности, — давать своим отпрыскам исключительно традиционные имена. Мудрая его мать, китаянка, решила его так назвать в честь своего мужа, которого звали так же. Она дальновидно рассудила, что если она кого-нибудь позовет на подмогу, то хотя бы один из них поспеет вовремя. Но что одним хорошо, то другим — не очень. Так что прозвище «Искатель» являлось для всех наиболее приемлемым. Иначе — сплошная путаница. Родным языком он не владел, в отличие от своих родителей.

«Зачем-то они обучили меня своему родному языку. Сказали, что пригодится. Писать на нем не умели, так что мои познания ограничились лишь разговорным».

Настоящего имени Учителя никто не знал. Учитель и учитель. Хранитель знаний и традиций. И к тому же справедливый судья в случае возникновения в их поселении конфликтов, случавшихся на его памяти лишь пару раз. Одним словом — власть. Был он, по сравнению с двадцатилетним Андреем, безмерно стар, мудр и сед.

Шаловливого дракона звали Драко.

— Искатель, наигрался? Показывай, что добыл, — Учитель уже достаточно утомился от зрелища шуточного побоища.

Втроем они направились на центральную площадь деревни, на которой давно собрался весь народ. Его было немного — человек двести, если не считать беспокойных детей, снующих между взрослыми.

Уютная деревенька Андрея располагалась в живописном ущелье, окруженном с запада и востока невысокими горами, сплошь поросшими густым кедровым лесом. Деревня в сто с небольшим дворов была огорожена по периметру трехметровым частоколом из осины — старым уже, но надежным и прочным. Непрошеных гостей в округе давно уже не видели, но хищного зверья хватало с избытком. Добротные дома из вековых сосен стояли в кажущемся на первый взгляд беспорядке, но именно в том месте, куда когда-то упал взгляд их первых хозяев. Сейчас они матово поблескивали крышами из дранки и стенами, тщательно покрытыми кедровым маслом. Деревня была чистенькой и ухоженной. В палисадниках радовали глаз деревья с поспевающими на них яблоками и грушами. Вокруг все еще зеленела невысокая травка, готовясь к скорой осени. Через деревню протекал веселый ручей с чистейшей горной водой, холодной в любое время года. Хотя это не останавливало отчаянную детвору, купающуюся в ручье до тех пор, пока не наступали холодные дни. Они и сейчас носились в толпе с одной лишь только целью: побыстрее согреться. На краю поселка виднелись мельница и лесопилка. Лет двадцать назад Учитель соорудил на базе мельницы электростанцию, однако лампочек не было. Все они давным-давно перегорели, а изготовить новые не представлялось возможным. Этот факт его сильно нервировал.

Посреди площади сейчас лежал громадный мешок Искателя, вернувшегося после двухдневного похода. Рядом с мешком валялись титановая лопатка и фомка со следами свежих царапин.

Любопытству собравшихся на площади не было предела. Все, конечно, догадывались, какая могла быть добыча у Искателя, ведь время — это жестокий стиратель всех достижений человечества. Великих достижений прошлого. Все, что могло ржаветь, проржавело как минимум лет сто тому назад, рассыпавшись в труху. Все, что могло гнить, сгнило еще раньше. Но, так или иначе, всем было очень интересно.

Лесной бродяга раздвинул людей, присел рядом с мешком и приступил к демонстрации добытых им сокровищ.

— Сначала женщины, — скомандовал он и вытащил из мешка пучок алюминиевых ложек и вилок.

— Кружки есть? — послышался в толпе мужской голос.

— Увы, сегодня не завезли, — он улыбнулся. — Уж не собрался ли ты чайхану открывать, любезный? Что, гены предков взыграли?

— Корова, зараза, кружку мою любимую раздавила, бешеная, — ответил тот. — Свежего молочка захотелось, вот я и впрягся.

— Да! Без женских рук беда. Не надо было с женой ругаться.

— Вот когда сам женишься, тогда и учить будешь, — недовольный мужик ушел.

— Запамятовал, у кого-нибудь еще были индивидуальные заказы?

— Хватит куражиться, парень! Высыпай все, что добыл, — загалдел народ.