Цитаты из книг автора «Николай Кононов»

Великий писатель Юрий Коваль говорил, что писать надо так, чтобы каждое слово хотелось поцеловать. Мы не великие писатели, поэтому нам можно сделать скидку: стремимся писать так, чтобы хотелось поцеловать каждое предложение. Это значит, что каждое новое предложение или развивает историю, или работает на более глубокое понимание читателем той ее части, которая уже рассказана.

Иметь файлы с заготовленной сырой информацией или даже с выводами из нее в соседнем окне или вкладке.

Если у вас статья на 20 000 и меньше знаков, план должен быть поабзацный, а каждый абзац — работать на развитие сюжета. Недопустимы справочные и любые другие отступления, тормозящие действие. Исключение — флешбэки, то есть сцены из прошлого, рифмующиеся с текущим действием, а также сцены из второй линии. Под второй линией я имею в виду прием для истории, где есть два главных героя. Например, судятся два олигарха, и автор попеременно дает сцены подготовки одного и другого к решающему заседанию. Если же у вас текст по объему напоминает рассказ или даже повесть, разбейте его на главы и к каждой составьте план. Он скорее будет напоминать лоцию, по которой вы проведете сюжет мимо всех песчаных банок и отмелей. Важно, что в каждой главе должны быть завязка, развязка и кульминация.

библия издательского редактора «Как надо и как не надо издавать книги» Аркадия Мильчина

Итак, выбор и формулировка темы — половина успеха. Выбор может все погубить, а может продать историю на стадии идеи.

Дуров заражал соратников своей религией. Имя ей – максимальная, до полной отстраненности чистота восприятия и мышления. Это касалось как никотина-алкоголя-мяса, которых Дуров не потреблял, – так и риторики, культуры рассуждения и принятия решения.

Первый этап правки легкой рукой — вычищение и изничтожение лишних слов и оборотов. Это очень просто. Вы смотрите на текст и понимаете, без каких слов здесь можно обойтись.

Язык — плод оригинального мышления.

Что делать? Чтобы сломать парадигму, произвести что-то значимое, необходимо совершить профессиональный теракт. Я попросил авторов и редакторов относиться к лонгридам как к драме.

Письмо с выигрышем никогда не придет, если вы не будете бороться. Труд автора часто напоминает перенос мешков с углем: устаешь, все движения происходят через силу, требуется напряжение (хотя умом вы понимаете, что рассказывать надо, расслабившись и позволив мозгу делать работу за вас). Более того, только регулярно побеждая прокрастинацию, писатель начинает ценить те дни, когда пишется «само собой».