— Лишние полчаса эти дела могут подождать, — спокойно произнёс Петирон. — Из некоторых парней в будущем получатся отличные капитаны, но для этого им следует поучиться владеть голосом как следует. Поэтому в данном случае мои занятия для них важнее. Но что касается Менолли, я продолжаю настаивать: настал момент для её обучения. Поэтому я прошу вас впредь приводить девочку ко мне на занятия. Конечно, вы с мужем можете отказаться, но тогда будет поставлена под сомнение моя репутация.

И Петирон, жестом отметая дальнейшие возражения со стороны Мави, поклонился и вышел из комнаты. Он надеялся, что его речь возымела своё действие. Хозяйка холда о многом задумалась после его ухода, но пока что не могла принять самостоятельное решение, предпочтя дождаться, когда муж вернётся из очередного плавания.

«Да, так я и скажу Петирону, что не могу отдать ему дочь без согласия Януса, — подумала Мави. — Конечно, арфист во многом прав, но мне пока что стоит самой заняться её воспитанием — негоже, чтобы девочка ничем, кроме игр, не занималась. Пора приставить её к какой-нибудь лёгкой работе — для начала».

Мави заботливо подоткнула одеяло, чтобы ноги девочки не мёрзли, и вышла из комнаты. Она прошла на кухню, чтобы определиться, с каким заданием её трехлетняя дочь сможет справиться, помогая тем самым по хозяйству. «Менолли ещё успеет позаниматься у арфиста. В нашем холде важно в первую очередь научить детей полезным делам. А уж потом — чтению, письму и прочим премудростям», — так рассуждала про себя Мави, ничуть не задумываясь о будущем собственной дочери.

***

Прошёл ещё один Оборот. За это время Мави научила свою младшую дочь многому: чистить и перебирать зелень, помогать на кухне, уважать старших и ухаживать за больным дядюшкой, вместе со взрослыми или другими детьми собирать ягоды и травы. Но ещё больше Менолли узнала на уроках Петирона, настоявшего на своём: теперь девочка посещала практически каждое занятие.

Слова и песни, стихи и короткие рассказы — Менолли всё запоминала с лёгкостью, и её родители, желающие проверить, чему она научилась у арфиста, удивлялись познаниям девочки. Она хорошо помнила обязательные баллады, названия других холдов на Перне. Проявляла девочка интерес и к изучению всего, что касалось Вейров — редкое явление в те времена, когда почти все забыли о своих крылатых защитниках. Но Мави и Янус сохраняли верность Бендену, свято почитая традиции и продолжая отсылать десятину в Вейр.

Менолли с интересом и неустанным вниманием посещала уроки, досадуя в те дни, когда ей это не удавалось сделать из-за «неотложных», по мнению родителей, дел в холде. Янус и Мави старались несколько ограничить её общение с арфистом, считая, что и сами способны воспитать девочку и научить её всему необходимому. Однако именно на занятиях с Петироном Менолли проявляла все свои способности: она хорошо читала и понемногу училась писать, знала цифры до двадцати, могла их складывать и вычитать, но самое главное, что ей нравилось больше всего — она прекрасно пела, радуя слух арфиста своим чудесным голосом. Правда, ему некогда было заниматься с ней вплотную — задерживаться на занятиях девочке не позволяли.

А ещё она очень любила плавать. Погружаясь под воду и выныривая, плескаясь и брызгаясь, Менолли чувствовала себя абсолютно свободной и счастливой. Ей уже не было страшно заплывать далеко, но она прекрасно рассчитывала свои силы, поэтому знала, когда устанет. Тогда она переворачивалась на спину и, покачиваясь на тёплых волнах, млела от удовольствия. Правда, не всегда погода позволяла получить истинное наслаждение. Зато в дождливые дни занятия у арфиста всегда шли чуть дольше обычного, поэтому Менолли только радовалась возможности узнать что-то новое.

Она выучила названия всех музыкальных инструментов, что были в холде. Правда, играть на них ей пока что не довелось: родители считали девочку слишком маленькой для этого, а Петирон сосредоточился на том, чтобы через обучающие баллады развить её голос. Правда, прекрасно сознавал: по-настоящему хороший преподаватель — это мастер Шонегар, а не он. К тому же, в общей группе достаточно сложно развить индивидуальные особенности у такой талантливой девочки, как Менолли. Тем не менее, арфист старался во всём её поддерживать, особенно в те моменты, когда Янус или Мави в очередной раз пытались прервать урок.

«Почему они никак не желают, чтобы их дочь развивала свой дар? — нередко задумывался Петирон. — Неужели их устраивает, что она просто будет во всём помогать по холду, и — ничего более? Но ведь в жизни может всё пригодится, неужели они этого не понимают?!»

Но, сам отвечая на собственные вопросы, арфист осознавал, что ему ещё повезло с правителями холда. Другие, особенно такие, как алчный Фэкс, вовсе не желали иметь дела с арфистами, прогоняли их. Такие лорды считали, что обычные люди не должны ничего изучать, пытаясь сделать чтение и письмо привилегией аристократов. Поэтому не было ничего удивительного в том, что и правители Полукруглого пытались ограничить арфиста, не давая ему проводить занятия полноценно — Петирон постоянно не досчитывался двух-трёх учеников.

Тем не менее, ему удалось не упустить момент и помочь Менолли с её неутомимой жаждой знаний. Казалось, девочку интересовало всё вокруг, но больше всего привлекали её песни и музыка. И тогда Петирон решил дать ей личное задание. В один из дней, когда Янус в очередной раз рыбачил, а Мави вместе с другими женщинами отправилась за холодилкой (по её мнению, Менолли была ещё слишком мала для сбора этой травы, произрастающей довольно далеко от холда), арфист попросил нескольких учеников задержаться после занятий.

— Сегодня вы все слышали, как хорошо я играл на дудочках и флейтах, — начал Петирон, обращаясь к ребятам. — Это отличные инструменты не только для украшения мелодий, но и для первых самостоятельных музыкальных занятий.

Менолли, сидевшая вместе с другими учениками, замерла от восхищения. «Неужели мне удастся поиграть на дудочке или флейте? — с предвкушением подумала она. — О, как мне этого хочется, ведь самое прекрасное — это не только слушать музыку, но и самой её исполнять!»

Петирон тем временем продолжал:

— Поэтому я предлагаю вам, как самым одарённым ученикам, попробовать создать простую маленькую дудочку, а затем принести её на урок и сыграть. Сейчас я объясню вам, как можно сделать дудочку.

Теперь уже на арфиста с восторгом смотрели все, внимательно слушая его наставления. Менолли постаралась запомнить всё: и как выбрать подходящий тростник, и что с ним можно сделать для лучшего звучания инструмента… Когда Петирон закончил, она вместе с другими учениками сердечно поблагодарила его, а затем поспешила воспользоваться образовавшимся свободным временем, чтобы выполнить поручение. Попросившись в компанию с другими ребятами, она вместе с ними предупредила работников кухни, что отправятся на тот участок побережья, где произрастает тростник. Правда, женщины тут же наказали детям набрать тростника и для нужд холда. Кроме того, кухарки выдали несколько ножиков самым старшим ребятам и попросили их следить за Менолли.

Она оказалась единственной девочкой среди пятерых учеников, выбранных Петироном. Поэтому ей пришлось нелегко: нужно было поспевать за прыткими мальчишками, желавшими не только набрать тростника, но и успеть искупаться, а если уж совсем повезёт, то вдобавок ко всему поймать файра. Некоторые моряки утверждали, что видели их издалека, и потому все мальчишки мечтали заполучить себе маленьких драконов. Менолли этого не понимала: пусть даже они не настоящие крылатые защитники Перна, она бы ни за что не стала их ловить. Вот любоваться в полёте — это да! Но пока что о драконах и файрах она слышала только из разговоров: Менолли ни разу не удавалось увидеть их вживую.

Путь к зарослям тростника занял немного времени: они находились недалеко от холда. Мальчишки сразу принялись за дело, не разбирая, какое растение пойдёт на кухню, а какое пригодится на дудочку. Менолли же, помня наставления Петирона, подошла ближе и стала щёлкать пальцами по стволу, прислушиваясь к издаваемым звукам. Один из них показался ей наиболее мелодичным, и она попросила ребят помочь ей. Но самый старший, видимо, решил позабавиться над девочкой, и поэтому произнёс, протягивая ей свой нож:

— Нет уж, режь сама.

Он наверняка думал, что она не справится с заданием, расплачется и начнёт умолять о помощи. Но Менолли твёрдо решила сделать всё самостоятельно. Конечно, одно дело — резать зелень на кухне, и совсем другое — пытаться справиться со стволом тростника. Выбрав не сильно узкое, но и не широкое место, она принялась делать надрез. Поначалу растение никак не поддавалось, но потом Менолли всё же смогла добраться до середины ствола. Воодушевлённая успехом, она начала работать быстрее, и мальчишки, лишь в первые минуты смотревшие на неё насмешливо, быстро заскучали. Решив, что ничего страшного не случится, если они оставят девочку одну, они углубились в заросли тростника, надеясь найти там файров или хотя бы их яйца.

Менолли споро справилась с тростником. Правда, выдолбить дырочку нужных размеров ей удалось не сразу, но она, закусив губу, упрямо и усердно продолжала работу. В результате вышло так, что девочка самой первой изготовила дудочку и, дунув в неё, довольно заулыбалась. Она попробовала сыграть на ней простую мелодию — это не сразу получилось, но всё же удалось. Из-за ближайших зарослей вскоре появились потрясённые мальчишки, услышавшие песню: они никак не ожидали, что Менолли их в чём-то превзойдёт. Она вернула нож насмешнику, которому вместе с остальными тоже пришлось заняться делом, чтобы не ударить в грязь лицом.

Через некоторое время пять дудочек лежали в укромном местечке под зарослями, а дети весело плескались в заливчике неподалёку. Файров никому обнаружить так и не удалось, но ребята ничуть не унывали: им удалось и поплавать вволю, и выполнить сразу два поручения — для арфиста и кухарок. Накупавшись, дети оделись, подхватили собранный тростник и сделанные дудочки, и в приподнятом настроении пошли обратно к холду.

Менолли наигрывала весёлую мелодию, счастливая оттого, что ей удалось успешно справиться с заданием Петирона. Вот только перед самым холдом она спрятала дудочку в карман, опасаясь, что Мави увидит инструмент и отберёт его. Девочка никак не могла взять в толк, почему родители против её занятий у арфиста, особенно мама, которая по-прежнему считала, что лучше не давать почву для лишних слухов.

Но, как выяснилось, Менолли зря боялась: Мави вместе с другими женщинами ещё не вернулись, они отправили гонца. Прибыв в Полукруглый в тот самый момент, когда туда вернулись ребята, он сообщил:

— Мави передаёт, что урожай холодилки в этом Обороте удался. Они останутся на ночь в ближайшем малом холде, чтобы наутро продолжить сбор.

Менолли обрадовалась этой вести. Правда, бездельничать ей не дали: кухарки, накормив ребят, пристроили их обрабатывать зелень. Управившись с этим, девочка вернулась в покои матери, где она пока что жила. Собственную комнату ей обещали выделить только через два Оборота, хотя та же Селла переселилась отдельно уже в пять лет.

Плотно закрыв дверь в комнату, Менолли тихонько поиграла на дудочке, радуясь её звучанию. Затем девочка уснула.

На следующее утро, придя на занятия к арфисту, Менолли с довольной улыбкой показала ему созданную дудочку. Петирон попросил сыграть что-нибудь, и девочка охотно начала выводить простую мелодию одной из обучающих баллад.

«О, да у девочки есть не только слух и голос, но и талант создавать инструменты, — мысленно обрадовался арфист. — Конечно, звук у дудочки не очень чистый, но она всё равно лучше тех, что сделали остальные ученики. Если развить ещё и этот талант, то Менолли станет моей верной помощницей».

Сыграв мелодию, девочка протянула инструмент арфисту со словами:

— Возьмите, пусть она будет у вас.

Петирон благодарно взял дудочку в руки, а сам подумал: «Менолли опасается, что родители могут отобрать инструмент. Что ж, зная Мави и Януса, в этом нет ничего удивительного. Кажется, чтобы суметь как следует обучить девочку, мне ещё не раз в будущем придётся поспорить с правителями холда».

— Молодец, Менолли, ты создала хороший инструмент. Остальные тоже старались. Если вы пожелаете, можете оставить дудочки у себя.

Девочка торопливо замотала головой, но остальные мальчишки не последовали её примеру. Менолли же была рада и тому, что Петирон её похвалил. Она надеялась, что Мави ничего не узнает о созданном ею инструменте. Так оно, собственно, и вышло: другие ребята быстро забыли о том памятном для Менолли дне, когда она впервые почувствовала себя арфисткой, решив для себя: «Я буду заниматься музыкой, несмотря на все запреты!»

***

Минул ещё один Оборот. Менолли росла и училась новому, успевая и по хозяйству помогать, и талант развивать. Петирон научил девочку изготавливать другие простые инструменты. Конечно, гитары и барабаны она пока делать не умела, но зато у неё получались отличные флейты и свирели. Одну из недавно созданных дудочек девочка после разговора с Петироном даже решила оставить у себя, спрятала её в комнате. В общем, Менолли была счастлива и получала удовольствие от каждой встречи с арфистом.