3

– Мистер Уолкер?.. – спросил, неожиданно забеспокоившись за свою работу, Энджел. – Простите, не узнал!

Любой бы не узнал их отца. На нем была куртка от горнолыжного костюма, рваные джинсы, мокасины на босую ногу, драная кепка болельщика «Сан-Франциско Джайентс»^[7], глаза закрывали очки-авиаторы, а шея была обмотана клетчатым шарфом. Он мчался через дорогу, направляясь в сторону продуктового магазина, а припаркованное такси ждало его на другой стороне улицы. Мистер Уолкер заметил Энджела и улыбнулся.

– Дети! Привет! Не стоит переживать, Энджел.

Он подошел к окну заднего сидения. Водители, затормозившие за их автомобилем, начали сигналить, но мистер Уолкер не обращал на них никакого внимания.

– Мама сказала, что ты был на пробежке, – обратился к нему Брендан.

– На самом деле я работал. Ваша мама пытается скрыть от вас то, что мне приходится много работать. Сами знаете, я всеми силами стараюсь вернуть себе прежнюю должность, а для этого приходится проводить исследования, которые отнимают все мое время.

– Мы понимаем, – вздохнула Элеонора. – Мы тебя любим, папа.

– А что за исследование? – поинтересовался Брендан. Ему хотелось верить отцу, но он все же беспокоился за него.

– Медицинское исследование о связи кровотока с центром удовольствия в мозгу. Слушайте, я только куплю сэндвич и тут же отправлюсь домой. А вам успехов в школе. Люблю вас. – Он послал им воздушный поцелуй, а потом просунул руку через окно и потрепал детей по макушкам.

Когда отец скрылся за дверьми продуктового магазина, дети переглянулись.

– Может, он сходит с ума? И это проклятие книги, – предположила Корделия.

– А может быть, на него просто свалилось слишком много денег, – добавил Брендан.

– Мне надо было пожелать вдвое меньше, – виновато пробормотала Элеонора.

Остальную часть пути ребята провели в молчании.

4

Бэй Академия располагалась на большой территории с прудом, в котором плавали утки. Чтобы добраться до главного здания, больше похожего на кафедральный собор, нужно было проехать через ворота, подняться по холму и проследовать дальше мимо пруда, в котором, как мы уже сказали, водилось несколько прелестных уточек и квартировала целая стая жирных и грязных чаек. Поэтому здание Академии и считалось одной из достопримечательностей Сан-Франциско. Поначалу оно производило сильное впечатление на Уолкеров, но вскоре ребята привыкли к новой школе.

Брат и сестры попрощались друг с другом и разошлись в разные стороны.

Элеонора отправилась по тропинке налево, где ее встретили одноклассники. При входе в здание третьеклассники испытывали на себе давление только двух сил – тяжести рюкзаков за плечами и тяги поиграть в телефоне. Элеонора набрала сообщение маме. На большее эта телефонная трубка не была способна, потому что у нее не было выхода в интернет. Но Элеонору это не волновало, она была рада тому, что могла написать маме, когда в ней нуждалась.

«Мам, я скучаю по тебе».

«У тебя все хорошо?» — ответила ей мама.

Не успела Элеонора ответить, как заметила, что с ней поравнялись две девочки: Зои и Руби. Не самые добрые девочки. Обе были повыше Элеоноры и (она сама признавала это) гораздо красивее. «Но если у них мамы – модели, какими же им еще быть – низкими и уродливыми?»

– Эй, Руби, ты видела, что я вчера ночью запостила? – обратилась к подруге Зои, будто бы не замечая Элеонору.

– О да! – воскликнула Руби. – Обалдеть! А ты видела? Я только что выложила в Инстаграм такую забавную фотографию моего бульдога…

Руби протянула свой телефон Зои, чтобы показать фотографию, прямо перед носом Элеоноры. И тут она поняла, что одноклассницы просто решили похвастаться новыми телефонами.

– Я знаю, чего вы добиваетесь, – пожала плечами Элеонора, закатывая глаза. – Это слишком очевидно. Я и так знаю, что мой телефон не настолько хорош, как ваши.

Руби с удивлением взглянула на Элеонору, будто только что заметила ее.

– Ничего мы не добивались. Мы просто болтали.

– Вы думаете, что можете задеть меня, но это не так. В моей жизни были настолько удивительные вещи, что вы и представить себе не можете. Я победила настоящую ведьму.

–Настоящую ведьму? – переспросила Зои.

– Что ты имеешь в виду? – решила прояснить ситуацию Руби. – Ты повздорила с миссис Картер?

В школе ходили слухи, что миссис Картер, у которой были дреды и татуировка в виде черепа, была настоящей ведьмой.

– Нет, я… – Элеонора хотела было все объяснить, но потом поняла, если она продолжит рассказывать, ее примут за сумасшедшую. Вместо этого она почти беззвучно пробормотала:

– Забудьте.

Руби положила руку на плечо Элеоноре.

– Успокойся. Ты не такая уж важная персона, чтобы мы набрасывались на тебя или высмеивали.

– Правда?

– Ага, – подтвердила Зои. – Но тебе все же стоит сменить этот дедушкин телефон.

Руби рассмеялась, и девочки забежали в здание школы. У Элеоноры кружилась голова. Она снова взглянула на экран телефона«У тебя все хорошо?».

Девочка не могла понять, почему Корделия была такой гадкой, пока они ехали в школу, и почему папа так странно выглядел, когда они с ним столкнулись, и почему эти девочки смеялись над ней, а она-то чуть им не выложила все про Ведьму Ветра. Она бы хотела, чтобы все стало по-прежнему… Но вместо этого она написала маме:

«Все отлично».

Ей казалось, что таким образом она улаживала свои проблемы по-взрослому.