Глава 5

Сначала появились голоса. Они звучали приглушенно, сливаясь в один неразборчивый гул. Ощущение было таким, словно я находилась где-то рядом с роем ос. И первая мысль была: «Что это?»

Я попыталась повернуться и тут же тихо застонала. Руки и ноги затекли, шею ломило, а спина... Кажется, вчера я перезанималась...

«Перезанималась», — звонким гулом раздалось в сознании.

Ну и сон мне приснился. Такой бред! Нужно действительно меньше заниматься и послушать Оксану: купить билет на какой-нибудь дальний остров, сменить атмосферу, окружение... Отдохнуть от постоянных тревожных мыслей.

— Я ему с одного удара черепушку разнес... — громкий самодовольный мужской голос заставил меня вздрогнуть, и жужжание осиного улья мгновенно обратилось в многоголосье.

— Ох, вы бы только видели этого монстра! Думала, уже не выберемся.

— Эльку жалко... Она так хотела поступить...

По коже прошел нервный озноб. Я сжала пальцы рук.

«Нет, нет, нет... Это был просто сон! Сон! Сон!» — сознание вопило как ненормальное. Но я уже открыла глаза. В голове гудело. В висках стучало, как при диком танце: бум-бум-бум. Надо мной раскинулся серый потолок с длинными деревянными балками.

Я медленно повернула голову, попрощавшись с иллюзией, что все было сном и я проснулась в своей комнате.

Огромное помещение оказалось заставлено десятками узких коек. Они стояли ровными рядами, между которыми оставались тесные проходы. На одних койках спали, на других сидели молодые ребята... Правда, уже не в синих костюмах, а в довольно простых рубахах и штанах. Девчонки сновали в серых просторных платьях, очень похожих на обычные туники.

Значит, не сон. Бред, конечно... Но я... Как вообще это могло быть реальностью? Ах да... Вторая Волна... Мне объясняли...

— Айлин? — раздалось совсем близко.

Я попыталась приподняться на локтях, но руки задрожали. Перед глазами чуть потемнело, и пришлось снова опуститься на жесткую подушку. Все, что я смогла сделать, — повернуться на голос.

— Сразу не поднимайся, иначе закружится голова.

Между койками быстро шла Лаура. В одной руке она держала пиалу с ложкой, в другой — пузатую деревянную кружку. Ярко-каштановые кудри подрагивали в такт ее шагам.

— Я думала, ты дольше проваляешься! — Лаура поставила миску на край тумбы, стоявшей рядом с кроватью, и склонилась надо мной. — Как себя чувствуешь?

В ярко-рыжих глазах девчонки было настоящее беспокойство.

«Странно, — подумала я. — С чего бы ей за меня переживать? Мы знакомы-то один день... Даже меньше...».

— Не знаю, — хрипло ответила я и осторожно коснулась виска. — Голова гудит. И все тело болит.

— Еще бы, — выдохнула она. — На пределе прошла. Но главное, что прошла. Я за тебя волновалась. Вот, смотри, я тут прихватила тебе ужин. Мало ли... Думала, придешь в себя — захочется есть...

Я растерянно смотрела на нее. Лаура ничего обо мне не знала, но почему-то не бросила в лабиринте, а теперь принесла еду и сидела рядом с таким видом, словно я была ее давней подругой.

— Зачем? — вопрос вырвался сам собой.

— Что «зачем»? — не поняла она и протянула мне ложку.

— Зачем ты со мной возишься?

Лаура на мгновение замерла, повертела ложку в руках.

— А я должна была тебя там оставить?

Я пожала плечами.

— Не знаю. Но мы почти не знакомы.

— Это не повод бросать. Особенно слабых, — поморщилась она и сунула ложку мне в руки. — Садись удобнее.

Лаура помогла мне приподняться и поправила сбившуюся подушку так, чтобы я смогла сесть.

— Держи. Ешь. Тебе нужно поесть.

Она сунула миску мне в руки и кивнула на пиалу.

— Я не знала, что ты любишь, взяла похлебку и ягодный компот.

— Спасибо, — только и смогла сказать я.

Поставила миску на колени. Пальцы почему-то плохо слушались, и мне пришлось сильнее сжать ложку. Похлебка оказалась наваристой, с мясом и мелкими кусочками теста. Вкусно...

Я молча ела и думала. Как так могло получиться?.. Про Вторую Волну я все поняла. Но разве такое возможно? Другой мир... Монстры... Лаура, сидевшая на краю моей кровати, и другие кадеты в... казарме. Надо же, я даже слово вспомнила, хотя никогда не имела отношения ни к чему военному. А тут память услужливо подкинула нужное... Раз мы кадеты, значит, казарма. Причем общая — я видела и парней, и девушек. Разве так можно? Хотя кто их знает. Другой мир...

Эта мысль заполнила все мое сознание, и ложка заплясала в пальцах.

— Эй-эй... — тихо сказала Лаура и положила ладонь на мою руку, осторожно сжав ее и не позволяя ложке упасть. — Все хорошо. Ты дошла. Все будет хорошо.

Я подняла голову и посмотрела на нее.

— Я хочу домой...

Домой. В свою обычную жизнь. Туда, где нет чудовищ, лабиринтов и людей, спокойно наблюдавших, как мы пытаемся выжить. Даже житейские проблемы и объяснения с бывшим сейчас казались чем-то настолько незначимым, что я готова была пережить все это заново. Все эти месяцы... Пусть мне будет отчаянно больно, я буду рыдать, но... Я хочу домой.

— Тебе хуже? — встревоженно спросила Лаура.

Я покачала головой.

— Нет. Просто вспомнила.

Она помолчала, внимательно разглядывая мое лицо.

— Тебе нужно принять то, что случилось. Изменить уже невозможно. Иногда Волна приводит сюда тех, кто совсем не собирался. Лишает выбора и права на другую жизнь. И тогда нам остается только принимать происходящее и стараться выжить.

— Выжить... — на судорожном выдохе повторила я.

Она вздохнула, забрала миску с моих колен, ложку из рук и начала сама меня кормить.

— Это то, что тебе сейчас надо. Правда надо... Об остальном пока не думай. Легче не станет. А слезы не решат проблему.

— А что вообще может ее решить? Волна может вернуть меня обратно?

Она пожала плечами.

— Нет. А решать можешь только ты: либо стараться выжить, либо... — Она не договорила, сунула ложку к моим губам. — Ешь.

— О-о-о! Наша иномирянка очнулась?! — раздался резкий женский оклик.

От неожиданности я клацнула зубами по краю ложки, расплескав похлебку на себя. Подняла голову. К нам вприпрыжку приближалась Элли.

Русые волосы у нее были кое-как собраны на затылке, и некоторые пряди торчали во все стороны. Ярко-изумрудные глаза возбужденно блестели.

— Ну наконец-то! — Она остановилась возле моей койки и сложила руки на груди. — А мы уже думали, ты до самого утра проспишь. Хотя для тебя это было бы лучше. Нам все равно до завтра отдыхать разрешили.

— До завтра? — переспросила я.

— Ага, — кивнула она. — Нас всех сюда привели после лабиринта. Это общая казарма для тех, кто прошел испытание. Сегодня отдыхаем, а завтра начнется распределение по командам. Интересно, в какую я попаду...

Она говорила так быстро, что я едва успевала следить за словесным потоком.

— Какие еще команды?

Элли открыла рот, собираясь ответить, но ее перебил незнакомый мне громкий мужской голос:

— Она и правда иномирянка? И совсем ничего не знает?

К моей койке подтянулось несколько ребят и с интересом принялись рассматривать меня.

— Она правда иномирянка, — подтвердила Лаура. — И, кажется, из мира, где вообще ничего не знают об Астэроне, Волне и магии.

— Тогда ей многое придется объяснять, — произнесла стоявшая впереди девушка с удивительными фиолетовыми волосами и точно такими же глазами. — Я даже не знаю, кто захочет взять ее в команду.

— А кто-нибудь здесь уже думал, к кому из капитанов хочет попасть? — спросил тот самый громкоголосый.

— Я бы к Вэю пошла, — отозвалась Элли. — Говорят, он спокойный и не гоняет своих до полусмерти на тренировках.

— Зато потом гоняет, — усмехнулся стоявший рядом парень с белыми волосами и серебряными глазами. — Здесь вообще нет капитанов, которые будут подтирать кому-то нос. А уж тащить за уши точно не станут. Не за этим нас всех выбирали.

— А зачем? — спросила я.

— Чтобы стать подчинителями, — ответила девушка с фиолетовыми глазами. — Ты действительно совсем-совсем ничего не знаешь?

— Совсем-совсем.

— А как же ты тогда попала во Вторую Волну?

— Если бы мне кто-то это объяснил, была бы благодарна.

Девушка недоверчиво поджала губы и покосилась на Лауру. Та развела руками. Элли тем временем устроилась на краю соседней койки, подтянув под себя ноги, и повернулась ко мне всем телом.

— Астэрон готовит подчинителей, — начала она. — Лучших во всем Верлуме. Сюда далеко не каждый может попасть. Волна сама ищет тех, у кого есть подходящий дар или сильная магия, и приводит на отбор.

— Иногда даже против воли, — хмыкнула Лаура и отвернулась. Я готова была поклясться, что она закусила губу.

— Подчинителей кого? — негромко спросила я.

— Монстров, конечно, — ответил светловолосый, облокотившись о спинку койки напротив.

— Каких монстров? Тех, которых мы видели в коридоре и лабиринте?

— Не только, — протянула Элли. — Разновидностей монстров много. Подчинители работают именно с магическими. В Верлуме живут десятки видов. Среди них есть разумные, есть дикие, но почти все они хищные. Есть совсем небольшие, а есть такие, которые могут уничтожить сотню подчинителей одним ударом щупальца или лапы. Подчинители занимаются тем, что подчиняют их...

По позвоночнику прошел озноб.

— То есть я правильно поняла: мы здесь, чтобы подчинять этих монстров?

— Не сразу, — поспешила успокоить меня Элли. — Сначала мы пройдем обучение. Перво-наперво нас распределят по командам, потом начнут готовить. На следующем испытании мы должны будем найти монстра и подчинить. Он останется с нами на протяжении всего обучения, а зачастую и потом... если выживет. Или если ты выживешь. Там уж как повезет.

— А если я не смогу подчинить? — спросила я.

— Значит, ты выбрала существо, которое тебе не по силам, — пожала плечами девушка. — Выбрать надо такое, на которого ты можешь воздействовать.

«На которого можно воздействовать...».

От слов Элли в голове словно что-то щелкнуло. И тут же вспомнилась Валерия Степановна, рассказавшая всему классу свою личную жизнь. И тетушка: «У тебя уникальные глаза. Глядя в них, нельзя врать. А ты научись сама не смотреть в чужие глаза. Поверь, не всегда нужно знать, что творится в душе у других».

Следом всплыл образ Марата: «Мне с тобой до одури сложно. Ты словно под кожу, в разум мне лезешь».

Я прикрыла глаза.

«Это дар. Наследственный. Была бы жива мать, она бы рассказала...», — слова тетушки отчетливо прозвенели в ушах.

«Вторая Волна выбирает тех, у кого есть дар...».

«Отлично. Спасибо, мамуля... Так, значит, вот почему я здесь. Вот только я не умела пользоваться никаким даром».

— Для подчинения одного дара мало, нужны сила, выносливость и магия, — сказал светловолосый парень. — Монстр может напасть раньше, чем ты успеешь что-нибудь сделать. Даже подумать времени не будет. Поэтому в академии смотрят не только на дар.

— Скорость, реакция, — добавила Лаура, снова повернувшись ко мне. Лицо ее опять было расслабленным, но смотрела она очень внимательно. — Иначе ни в бою, ни на турнире долго не продержишься.

— И воля, — негромко произнесла фиолетоволосая. — Если твоя воля окажется слабее, монстр тебя сам подавит и подчинит. Но это в лучшем случае. В худшем — просто разорвет и сожрет.

От их рассказов мне становилось все хуже. Кажется, я стану ужином или обедом первого же монстра, которого встречу.

— Вы все это знали и готовились заранее? — спросила я.

— Конечно, — ответила Элли. — Я два года готовилась.

— Всего два? — Девушка с фиолетовыми глазами вскинула брови и, задрав рукава рубашки, поиграла мышцами. — Меня родители начали обучать в десять. Сначала общая магия, потом работа с сознанием монстров. Последние три года еще и боевые искусства.

— А меня вообще с шести лет, — поддержал ее беловолосый парень. — Отец сам подчинитель и много лет служил на границе. Меня с матерью по гарнизонам таскал и попутно учил.

Остальные ребята тоже начали рассказывать о своей подготовке. Кто-то занимался с личным наставником. Кто-то с детства тренировался владеть оружием. Один из парней признался, что думал попасть в Первую Волну этого года, но она прошла мимо. Он даже было расстроился, что вообще не попадет... Но вот же... Он здесь. Говорил он это радостно и с запалом.

Хотя лично я не видела ничего хорошего в том, чтобы попасть в академию и управлять жуткими монстрами.

Я слушала и все сильнее сжимала ладони.

Два года.

Пять лет.

С детства.

Они изучали магию, сражались, готовились подчинять монстров и мечтали попасть в Астэрон. Для них сегодняшний лабиринт был испытанием, которое они ждали.

Для меня это стало неожиданным кошмаром, начавшимся в душевой спортзала.

Да, я несколько месяцев ходила в зал. Научилась терпеть какую-то нагрузку, перестала задыхаться после десяти минут на дорожке и даже немного укрепила мышцы. Но рядом с ребятами, которых обучали с детства, это выглядело просто детсадовской гимнастикой.

Что я вообще здесь делаю? Почему эта их Волна вытащила меня?

— Любопытно, к кому завтра попадем, — задумчиво протянула Элли. — Я не слишком горю желанием попасть к кому-то чересчур жесткому и сильному. По мне так средненькая команда... с просто нормальным капитаном.

— Смотря кого ты имеешь в виду под нормальным, а кого — под сильным, — ухмыльнулся парень, подошедший только что. Провел рукой по каштановым волосам. — У каждого свои методы. Они все сильные и жесткие, иначе не стали бы капитанами.

— По мне так самый жесткий — Кайл Хартен, — сказала другая девушка, брюнетка с черными, как бездна, глазами, до этого молча слушавшая разговор. — Мой брат в прошлом году поступил. Рассказывал, что Хартен в своей команде никому спуску не дает. Я, кстати, видела его сегодня на смотровой башне. Наверное, подбирал себе кого-то в команду.

— Ну да, насколько слышала, — подсказала фиолетовоглазая. — У него в прошлом турнире сразу три бойца пали. Один не оклемался. Двое отделались сложными переломами. Одного списали из академии, второй хромает. Кайл такого обратно в команду не возьмет. Вот и выбирал себе новенькие тушки.

Я внутренне поежилась от обрисованных перспектив.

А у Лауры, все еще пытавшейся кормить меня, нервно дернулась щека. Одну губу повело вниз. Но она быстро взяла себя в руки и с нажимом сунула мне в рот ложку с похлебкой, серьезно буркнув:

— Ешь.

— Он был на смотровой башне? — проглатывая, спросила я.

— Все капитаны там были, — ответил светловолосый. — Так всегда выбирают новых кадетов в команду после того, как Волна приводит новеньких.

Я вспомнила мужчин на башне. Значит, я показала фак, вероятно, одному из своих будущих кураторов. Что ж, вполне обнадеживающе. Может, от меня откажутся и отправят домой?

— Кайл набирает только сильнейших, — продолжила девушка. — У него одна из лучших команд Астэрона. Говорят, в этом году они снова будут участвовать в межакадемическом турнире.

— Не просто участвовать, — раздался надменный мужской голос. — А, как обычно в последние годы, победить. Команда Кайла всегда побеждает!

Стоявшие возле койки ребята немного расступились, пропуская вперед темноволосого парня с черными глазами и невероятно белой кожей. Он казался бы более чем привлекательным, если бы не насмешливо-язвительное выражение глаз. Парень окинул всех быстрым, уверенным взглядом и заявил:

— Я попаду к Хартену.

— Да что ты говоришь? — хмыкнула Элли. — Откуда тебе знать, кого он выберет?

Парень оскалился.

— Я знаю, что Кайл не берет слабаков. Ему нужны кадеты, способные выступить на турнире, а не те, кого придется учить с самого начала. — Он с презрением покосился на меня.

— Нас всех придется учить, — возразила девушка с черными глазами.

— Учить работать с магией, когда поток уже стабилен, и тратить время на основы — разные вещи, — нравоучительно заявил парень.

— И ты, конечно, уже все умеешь, Лайс? — поморщилась Лаура.

Парень уставился на нее немигающим взглядом.

— Я готовился к Астэрону с рождения. Мой папаша был лучшим в академии. И если ты не знаешь, то я сын генерала Брастера.

Ребята начали переглядываться. Судя по всему, генерал был личностью знаменитой. Кто-то даже немного посторонился, отодвигаясь подальше от Лайса.

— Капитанам плевать, кто твой папаша, — хмыкнула черноволосая.

Лайс ухмыльнулся ей в лицо и с нескрываемой гордостью заявил:

— В коридоре один из монстров напал на парня из нашей группы, я его уничтожил.

— Мы видели вспышку, — сказал светловолосый. — Это был ты?

— Я, — самодовольно подтвердил Лайс.

Элли скрестила руки на груди.

— И поэтому ты решил, что Кайл обязательно выберет тебя?

— Он наблюдал за нашей группой с башни. Видел и меня, и то, что я сделал. Поэтому завтра он выберет меня. Я уверен.

— А если не выберет? — поинтересовалась крупная девушка с золотистыми волосами и янтарными глазами, присевшая рядом с Элли.

Лайс резко глянул на нее, и в его черных глазах застыли льдинки.

— Выберет.

Он хотел сказать что-то еще, но в это время дверь в казарму открылась, и вошел Вэй. Он неторопливо направился вдоль прохода между койками, разглядывая новеньких. Его взгляд остановился на небольшой группе ребят, сгрудившихся вокруг моей постели. Вэй отчего-то улыбнулся и направился к нам.

— Вижу, наша иномирянка уже привлекла внимание, — сказал он, подходя ближе. — Как протекает знакомство?

Девчонки разом устремили взгляды на привлекательного парня. Элли даже встала и пригладила волосы.

— А мы рассказываем Айлин, как тут у нас все устроено.

Вэй удовлетворенно кивнул.

— Это хорошо. Ей сейчас нужна помощь в адаптации. Тем более что распределение уже завтра.

— Мы как раз это и обсуждали, — не давая никому еще успеть что-нибудь сказать, брякнула Элли, вызвав несколько недовольных женских взглядов. — Очень любопытно, к кому мы попадем.

— Не тратьте силы. Все равно не угадаете. — Улыбка Вэя стала еще шире.

— Но капитаны уже выбрали кандидатов. Насколько я знаю, они сделали это еще на смотровой башне. — Лайс вскинул голову и приосанился.

Вэй скользнул по нему пустым взглядом.

— Не всегда выбор происходит там. Окончательное решение будет завтра.

— А вы... вы кого выбрали? — Девчонка с фиолетовыми волосами смотрела на Вэя огромными глазами.

— Вот завтра и узнаете, — мягко ответил он и присел на край койки, немного подвинув мои ноги.

— Как ты себя чувствуешь?

— Лучше, — ответила я. — Только тело болит и в голове все еще шумит.

— Шумит?

Он нахмурился и посмотрел на меня внимательнее.

— Словно там поселился рой пчел. — Я коснулась пальцами виска.

Вэй глянул на чашку в руках Лауры. Я успела заметить, как стремительно отвернулась девушка, стоило ему посмотреть в ее сторону. Но он, казалось, не обратил на это внимания.

— Совсем мало поела. А тебе нужно есть, — задумчиво проговорил он.

— Аппетита нет.

— Я бы настоял...

В это время Лаура поставила чашку на тумбочку, поднялась и скрылась в толпе окружавших нас ребят. Я посмотрела ей вслед. Вэй тоже оглянулся, но посмотрел не на Лауру, а на ребят.

— Так о чем вы говорили?

— Про подчинителей, монстров и команды... — затараторила Элли.

— И про Кайла, — добавил кто-то из толпы.

— Даже про него... — усмехнулся Вэй. И мне отчего-то показалось, что в этой улыбке было больше иронической насмешки. — И что же еще вы рассказали?

Элли глянула на девчонок, но те молчали. Она передернула плечиками.

— Больше ничего.

— Понятно, — выдохнул Вэй.

Его взгляд снова устремился на меня.

— Учитывая, что ты иномирянка, думаю, тебе стоит понять, куда именно ты попала. Здесь тебе многое будут объяснять на занятиях, но до них еще нужно дожить. А тебе надо узнать хоть что-то о здешнем мире. Так что... вставай.

Я не сразу поняла, шутит он или говорит совершенно серьезно. Взгляд у него был сосредоточенный, а вот на губах играла легкая улыбка.

— Вставать?

— Именно, — кивнул он и поднялся, протягивая мне руку.

Голоса в казарме затихли. Установилась просто умопомрачительная тишина. Все находившиеся в помещении уставились на меня, и мне стало совсем неловко от такого внимания.

— Идти сможешь?

Я кивнула, откинула край одеяла и села. Вэй мягко подхватил мою руку, помогая встать. Окинул меня взглядом. Я проследила за его глазами и облегченно выдохнула. На мне была точно такая же длинная серая хламида, как на других девушках. Значит, меня переодели. Надеюсь, не прямо здесь, на глазах у всех. Но спрашивать не стала.

— Идем. — Вэй потянул меня между рядами коек.

Провожавшие нас взгляды прожигали мне спину. Я оглянулась и поймала взгляд Лайса. Он стоял между койками, хмуро сведя брови, явно не слишком довольный тем, что на меня обратил внимание старший курсант. Я еще раз скользнула глазами по казарме, ища Лауру, но почему-то не нашла.