Черные восковые свечи всегда имелись под рукой. Ей почему-то лучше засыпалось, когда они горели в серебряном подсвечнике, стоявшем на туалетном столик, инструктированном бирюзой. С «живой водой» и вовсе проблем не имелось. Источник постоянно бил во дворе замка. В пруду распустились нимфеи, которые, как ни странно, также являлись основной составляющей колдовской жидкости. Ну а волчья шерсть, когти медведя, перья белой совы и цветные мелки лежали в ларце, что стоял на столе в кабинете Эджина.

Нитания старалась все делать все в точности: начертила на полу красным мелком тайный знак, старательно срисовав его в деталях с книжной иллюстрации. Потом зажгла свечи, и, стараясь не ошибиться, расставила в указанных на рисунке точках. Смешала нужные ингредиенты в фарфоровой чаше, тщательно перемешала серебряной шпилькой для волос, ничего более подходящего под рукой не нашлось. Не пойдешь за ложкой на кухню, где сразу начнутся расспросы: зачем, почему…

После чего подожгла полученную однородную массу. Когда все сгорело, издавая удушающий запах, засыпала лепестками цветов, побрызгала водичкой из источника жизни и старательно прочла заклинание. Три раза топнула ногой и сплюнула через плечо, а пепел рассыпала по четырем частям света. Это тоже значилось в указании.

Естественно, согласовывать свои действия с правителем Иного мира, великим Тха не стала. Причина лежала на поверхности. Надоел он ей своими указаниями, которые любил повторять нудным голосом. Вместо того, чтобы спросить: не надо ли чем помочь, при встречах хмурит свои седые брови, гладит длинную бороденку и загадочно молчит. Неужели не понимает, что на ее хрупкие плечи взвален тяжелый груз, который очень тяжело нести. И она гордится, что все получается.

Белоснежные единороги с голубыми глазами стали давать больше молока, столь необходимого для изготовления различных эликсиров и снадобий. И все потому, что правительница случайно заметила – удои у самочек повышаются от нежного пения юных фей. Поэтому распорядилась устраивать для них вечерние концерты.

Певуньи в легких одеяниях, эффектно разлетающихся при движении, с лютнями в руках и венками на головах, приходили на ферму, где выращивали единорогов, и распевали романсы и арии. Умные животные смешно подергивали ушами и с наслаждением внимали звукам музыки. Было заметно – им это нравилось.

Молока стало настолько много, что порой не имелось фляг, куда его сливать. Нитания радовалась. Продукт сей высоко ценился в Ином мире, особенно он необходим был в колдовских делах. Ведуньи просто рассыпались в благодарностях, а великий Тха даже прислал в подарок золотую брошь с синими сапфирами в обрамлении желтых хризолитов. Ибо, как объявил во всеуслышание, у него теперь не будет проблем при изготовлении различных снадобий.

Довольны были и модницы. Ванны из молока единорогов имели омолаживающий эффект, но ввиду малого количества самого продукта, стоили безумно дорого. А тут такой счастье подвалило!

Не долго думая, Нитания открыла в одной из башен косметический салон, где среди оказываемых услуг значилось принятие ванны из молока единорога. Когда первый раз вывесила ценник, ведуньи посмеялись. Но вскоре насмешницам пришлось замолчать. Желающие выстраивались в очередь. Даже после всех процедур молоку единорогов находилось применение.

Чеберейчики взялись поливать им свои ягодные плантации и радовались хорошему урожаю. А Тха, что случается довольно редко, похвалил:

– Молодец! Никогда не думал, – признался правитель, – что сумеешь так быстро пополнить королевскую казну.

А звездная пыль? Прежде ее собирали настолько мало, что едва хватало на одну баночку крема, делающего тело ведуний невидимым. В конце концов, не все же могут становиться, когда потребуется невидимками!

Цена волшебного снадобья на рынке в Берухвайе зашкаливала, но товар все равно достать было безумно сложно. Нитания потратила месяц, наблюдая за тем, как и где звездная пыль опускается на землю. Удалось определить, что падает только в те места, по которым перед этим скользили лунные лучи.

Она предложила расстелить на земле ткань, сотканную юными арахнидами. И вновь удача! Буквально на глазах поверхность полотна покрылась плотным слоев лунной пыли, из которой тысячи баночек сделать можно было. Теперь имя Нитании украшает полученный крем.

Словом, ей было чем гордиться. Она не только удержала бразды правления в своих хрупких ручках, но и подняла экономику королевства. Хотя ей это далось с большим трудом. Правительница практически не покидала замка и все время отдавала делам небольшого государства, границы которого были строго ограничены стенами замка.

Кстати, строение досталось ей в жутком состоянии. Эджину было лень приводить замок в порядок. Он довольствовался тем, что накладывал на все постройки заклинания иллюзии, о чем Нитания, как впрочем и все остальные грэльфы, долго не догадывалась. Внешне все смотрелось вполне прилично. Но едва наступали холода, в помещении невозможно было находиться. Долгое время молодая королева никак не могла понять, откуда в ее спальне появляются снежные сугробы.

– Окна плотно закрыты, а во всех каминах горит жаркий огонь, – растерянно восклицала она и зябко куталась в теплую шубку. Эджин сокрушенно вздыхал и таращил огромные голубые глаза.

– И верно, откуда, – удивлялся король, – наверное, наколдовал кто!

* * *

Секрет открылся сразу, едва его не стало. Нитания пришла в ужас – практически везде вместо окон зияли пустые глазницы. Покрытые ржавчиной трубы водопровода мгновенно вышли из строя, а канализация и вовсе оказалась забитой старыми тряпками. Воздуховоды в каминах не функционировали.

Нитания негодовала. Все в полном развале, зато служебные постройки доверху забиты вещами, что покойный принес из мира смертных, желая спасти от гибели. Это были картины, скульптуры, мебель, посуда… Оставалось только догадываться, как сумел приносить все эти шедевры беспрепятственно через Тайные врата. Некоторые экспонаты и верно были невероятной ценности.

Следовало что-то срочно предпринимать. Поэтому, немного подумав, Нитания устроила аукцион и собрала приличную сумму. Теперь было с чем начинать ремонт, настоящий, а не иллюзорный. После чего призвала на помощь всех, кто желал заработать. Вполне ожидаемо, первыми откинулись жадные гномы. За ними подтянулись тролли и огры. Общими усилиями и без применения магии постройки засверкали как новенькие.

Благодаря проведенной реконструкции, в замке стало так тепло, что даже в зимнее время года можно находиться в легких одеяниях. Кроме того, гномы помогли с заменой труб канализации. Они же довели до ума в порядок механизмы, приводившие в движение подвесной мост. Нитания была просто счастлива. В затею с ремонтом никто не верил, но у нее все получилось!

Великий Тха, прибывший посмотреть, чем занимается молодая королева, от удовольствия прищелкнул языком. Дабы поданные не исходили завистью, раз в месяц она позволила всем желающим, естественно, не за просто так, а за отдельную плату, приходить на экскурсии по залам замка, где выставила самые ценные экспонаты из коллекции супруга.

Над ней опять посмеялись, но когда народ повалил толпой, а казна опять стала пополняться, всем пришлось притихнуть. Ей многое, что удалось, но праздновать победу было рановато. Поданные не признавали ее заслуг и все потому, что не владела магией.

Едва пытается вставить во время заседания Совет слово, тут же все члены в один голос предлагают замолчать:

– Нет у молодой королевы никакого права высказывать свое мнение и все потому, как не имеет магического дара, – шумели они.

– Мне просто необходимо совершить чудо, – думалось в такие моменты Нитании. Настроение резко портилось и надолго исчезало…

* * *

Сейчас и вовсе на душе стало кисло. Она вдруг почему-то представила рядом с собой вытянутое лицо вертлявой Гияны, которую Тха еще при жизни Эджина прислал к ней в услужение. Более противного существа королева не встречала. Нитанию начинало трясти, когда видела эту шуструю смуглянку, по слухам находившуюся в далеком родстве с самим Тха. Сам же правитель данный факт категорически отрицал и говорил, что ему просто было жалко бедную сиротку, потому-то и попросил приютить в замке.

Внешне все выглядело пристойно – служанка всегда была с ней приветлива и услужлива, но королева ее терпеть не могла. Особенно, когда Гияна начинает глупо хихикать, завидев младшего брата короля, принца Ольдара. Сомнений нет: девица явно желает его женить на себе. Потому-то кокетничает, призывно улыбается, каждый раз одевает новое платье. Да и деверь явно не против ее общества. При встрече начинает глупо улыбаться и постоянно дарит ей букеты огромных цветов. В принципе, осуждать девчонку сложно. По всем понятиям Иного мира – брак с наследным грэльфом для нее партия завидная…

Справедливости ради следует заметить, первые дни своей жизни в замке девушка вела себя довольно тихо, старалась держаться незаметно, но потом так осмелела, что порой, тот, кто попадал в замок впервые, не зная, склонялся перед ней в низком поклоне, что не могло ни злить королеву. С королевой Гияна вела себя также уверено.

Иногда создавалось впечатление, что девица обладает способностью параллельно находиться в нескольких местах. Даже теперь одновременно слышится ее голос из внутреннего двора, смех из кухни и топот острых каблучков в дальнем коридоре. Думается, никто в Ином мире не способен на подобное! Вот это талант всем талантам талант!

Дабы не попасть в неловкую ситуацию, Нитания слегка приоткрыла глаза и сквозь густые ресницы постаралась рассмотреть нарушителя. Увидев, кто находится в комнате, едва не закричала от радости. Это была не Гияна! В двух шагах от ложа в глубоком кресле, сложив руки на груди, восседал настоящий призрак. Это была Черная дама Несвижа, в прошлой жизни – королева Барбара Радзивилл, одна из немногих смертных, с кем прежде Нитании охотно общалась.

По всей видимости, гостья заметила пробуждение хозяйки и несколько раз издала какие-то приветственные звуки, похожие на слово «Здравствуй!». Понимая, что далее притворяться спящей смысла не имеется, Нитания резко повернулась на бок и, облокотившись рукою на мягкую подушку, немного привстала. Секунду поразмышляв, повелительница грэльфов решила разыграть сцену возмущения. Еще бы!

Визит призрака, пусть и королевского происхождения, является настоящим ЧП. Королева как-то мгновенно позабыла, что не будь ее вмешательства, Барбара так и осталась бы невидимкой, лишь изредка выпадая из своего пространства. Видимо, гостья почувствовала перемену в настроении хозяйки, ибо как-то внезапно уменьшилась в размерах и забилась в глубину кресла.

– Подобное вторжение просто возмутительно, – первой прервала молчание госпожа. Она старалась сдерживаться и никоим образом не сорваться на испуганный визг.

Нитания понимала: по своей глупости попала довольно в сложную ситуацию. По хорошему, следовало позвать слуг. Но как это сделать не представляла. Опять же, в ней боролись две сущности: строгой хозяйки, к которой без доклада прорвался незваный фантом, и новоиспеченной волшебницы, случайно его материализовавшей. При этом обе понимали – скандалить не позволительно обеим сторонам.

Да и с кем ругаться? Узнает кто, особенно чеберейчики, засмеют. Тогда в приличные дома вход будет строго заказан. Да и Кодекс Сокровенного не позволял опускаться до уровня скандальных троллей и тупых вояк-гоблинов.

* * *

Честно говоря, истинная причина неожиданной сдержанности скрывалась в другом, однако Нитания никогда бы не призналась. После странной гибели супруга капризное величество стало испытывать чувства, похожие на сострадание. Из избалованной и эгоистичной особы, способной на самые жестокие поступки, Нитания незаметно превращалась в мудрую правительницу.

Теперь она уже не одергивала брезгливо подол платья, когда к нему прикасался, ставший на колени, рыдающий от горя заявитель. Да и как было не проникнуться состраданием к матери, сын которой ушел к людям год назад, и до сих пор не прислал ни одной весточки.

Так было, когда к ней пришла несчастная гномиха и попросила посмотреть, что случилось с ее ребенком. Признаться в том, что не имеешь дара видеть, было стыдно. Оставалось только одно – успокаивать, нежно поглаживая по голове, уверяя, что непутевый гном обязательно вернется. А сколько было радости, когда он и верно вернулся, пусть весь оборванный и побитый.

Сложнее всего было сдерживать чувства становилось во время решения споров, постоянно возникавших в небольшом королевстве. Нитания не пыталась скрывать раздражения: разборки выбивали из состояния равновесия и доводили до исступления. Высказываемые, зачастую необоснованные обвинения, раздражали. Тяжелее всего было, когда следовало решить спор и определить на чьей стороне находится правда: ведуньи, которой вдруг понадобилось сорвать нужный для заговоров цветок в саду, или чеберейчика, которому именно этот цветок, хотя рядом рос с десяток таких же, требовался для того, чтобы собрать росу для приготовления волшебной настойки.

Разборки проходили настолько бурно, что порой уши закладывало от криков. Требовалось убедить обе стороны, что их работа важна для всех.

А вечно недовольные тролли! Как они в таком количестве попадали в замок и что им постоянно требовалось в парке, никак понять не могла. Впрочем, они и сами понять не могли зачем разбивают свои палатки в зарослях жасминовых кустов. Объяснения, что нравится запах цветущего жасмина, звучали очень неубедительно.

В итоге, она разрешила жить в замке, при условии, если начнут следить за деревьями. Возиться с землей тролли жутко не любили, поэтому мгновенно собрали свои манатки и, обиженно сопя, отбыли в неизвестном направлении.

И только было обрадовалась, как пришлось отражать атаки дриад. В принципе, ничего против такого соседства не имела, но эти существа, покрытые зеленой кожей, никак не могли определить, в каком дереве лучше жить, и постоянно скандалили. Пришлось пригрозить – если свары продолжатся, прикажет вырубить все старые деревья. Только после этого наступило относительное затишье.

Каждый раз, пытаясь найти решение, всегда вспоминала Эджина. У повелителя имелся великий дар – умел найти выход из любой ситуации, какой бы сложной не казалась. Ему стоило лишь улыбнуться и все вокруг сразу успокаивались.

Королева тайно надеялась: правильные решения ускорят возвращение Эджина. По крайней мере, так обещал великий Мерлин.

* * *

Нитания постоянно задавалась одним и тем же вопросом: как подобное могло произойти? Только в страшном сне могла себе представить, что повелитель грэльфов потеряет свое астральное тело и умрет. Такого быть не может, потому что не может быть. Ведь смерти, привычной в людском понимании, в Ином мире не существовало. Она возможна только в мире людей, который сказочные и мифические существа покинули именно потому, что хотели выжить.

Все знали, когда люди объявили охоту на всех, кто обладает необычным даром, Тха на общем Совете торжественно поклялся – никогда не допустить бесчинства, подобным тем, что происходят среди людей. Затем в спешном порядке решил увести свой народ в новый мир. Своим поданным пообещал сделать так, что в зазеркалье смогут существовать сатиры и говорящие грибы, смешные чеберейчики и тупые огры, эльфы-пиксики и кентавры, вампиры и тролли…

Странный дед, думала Нитания. Одним взмахом жезла мог уничтожить созданного им же самим человека и тогда не стоило бы устраивать великое переселение. Никто его осуждать бы не стал, и все потому, что человек не оправдал возложенных на него надежд. Но Тха не стал подобного делать. Даже помогал людям эволюционировать и не уставал повторять: человек стоит в начале пути, оттого и совершает много ошибок.

Нитании жутко не нравилось наблюдать, как они с Эджином открывают Тайные врата и надолго исчезают в мире смертных. Однажды для вида решила пустить слезу, не желая отпускать супруга в очередную экспедицию. Видела, так часто делают смертные женщины. Вот и подумала: а чем она хуже? Неожиданно для нее он остался.

Ей это очень понравилось и она принялась усиливать свои позиции. Опять же, причина была самая уважительная: в замке Дракулы планировался бал, а у нее не было платья из лепестков роз. Подобные наряды, сделанные феями, стоили безумно дорого. И Нитания вновь пустила слезу. Супруг, нежно утирая платочком глаза, мягко попросил не расстраиваться. Вскоре желание было выполнено.

– Ага! – ухмыльнулась она, – работает!

Использовать часто такой прием немного опасалась, но изредка пускала в ход, особенно, когда надо было выпросить какой-нибудь подарок… Ах, как давно это было! Словно и не было вовсе…

Неожиданно для себя Нитания, подчиняясь какому-то неизвестному порыву, впервые зарыдала в присутствии постороннего существа. И что интересно! Призрак Черной дамы Несвижа мгновенно откликнулся и через секунду они рыдали дружным дуэтом. Оказалось, что вдвоем плакать даже лучше.

Рыдания затянулись на полчаса. А когда слезы иссякли, Нитания призадумалась:

– А чего это, собственно говоря, расслабилась?

Задав себе данный вопрос, мгновенно успокоилась. Плакать дальше смысла не имелось да и слез не осталось. Сколько можно лить соленую водичку?

Призрак увидев, что хозяйка покоев успокоилась, несколько раз для вида всхлипнул, а потом изобразил на своем лице нечто похожее на приветливую улыбку. Смотрелось сие довольно странно, если не сказать угрожающе. Холодные, ничего не выражающие, глаза и растянутые до ушей губы.

С трудом сдерживая охватившую тело дрожь и стараясь не клацать зубами, Нитания резким движением сбросила с себя спасительное одеяло, быстро накинула голубой пеньюар, который с услужливым поклоном подал призрак, вскочила с кровати.

Затем стремительно подошла к окну и высунулась наружу почти по пояс, желая совладать с чувствами. Последнее было просто необходимо сделать. Голова кружилась от запаха тлена, исходящего от привидения. На свежем воздухе стало заметно легче. В лицо повеяло одуряющим ароматом магнолии.