Через некоторое время они услышали ее пронзительный вскрик – длинный, на одной ноте. Крик переполошил весь лес – где-то испуганно заклекотала сова, и ей начал вторить целый хор ночных птиц.
пан Чах любил вылакать кружку-другую. Настоящее удовольствие было смотреть, как он раз за разом опрокидывает ароматный напиток себе в пасть и, жмурясь от наслаждения, пускает белые колечки дыма из ноздрей.
Но больше всего он любил проделывать следующее: хорошенько разогнавшись, пан Чах несся прямо на деревья – нерушимую стену из тесно прижатых друг к другу крон. Перед самым барьером, когда у Каве от страха сердце трепыхалось, как загнанный в ловушку зверек, драконорог вдруг резко уходил в сторону и, довершая сложный маневр, падал с разгону в озерную воду. После чего выныривал с хриплым трубным визгом, поднимая фонтаны мелких ледяных брызг.
Более всего монстр походил на крупного кенгуру с острыми, в ладонь длиной, шипами, растущими вдоль хребта вплоть до самого кончика хвоста. Морда с сильными челюстями напоминала собачью; выпуклые глаза – янтарно-желтые, с черными узкими зрачками – не имели век. Довершали образ короткие передние лапы, прижатые к туловищу, мощные задние ноги и хвост, похожий на крокодилий. Чупакабра глухо зарычал, обнажая три длинных острых клыка