Василиса вдруг разозлилась.
– Кому дядя, а кому и нет, – холодно произнесла она. – Ты меня извини, но Астрагор зачасовал Яриса и Марка, а еще запер тебя в Пустоте… Мне плевать, сердит твой дя-я-дя или нет! Я согласилась стать его ученицей, только чтобы вытащить тебя из этой передряги!
– И все-таки он мой дядя, – насмешливо произнес Фэш, по обыкновению подняв левую бровь. – Прости, но я привык так его называть. А ты сейчас сидишь в подземелье.
– Спасибо, что напомнил, – пробормотала Василиса, все еще злясь.
– Уходи оттуда, – вдруг умоляюще произнес Фэш, хватая Василису за обе руки. – Мне кажется, что дя… ладно, Астрагор специально меня запер в Пустоте, чтобы ты пришла… Понимаешь, я писал тебе письмо… – Его речь замедлилась, словно ему стало тяжело говорить. – Я там всякого понаписал. Ну, вообще-то так, ерунда. Написал там, что скучаю по всем вам. И предупредил тебя насчет того, чтобы ты не рассказывала о часовом флере… Короче, дядя догадался, что мы… Вернее, что я…
Василиса выжидающе смотрела на Фэша. Ей вдруг стало жутко интересно, как тот завершит свою речь.
– Что я к тебе неравнодушен, – храбро договорил Фэш и, не выдержав, все же отвел глаза.
Василиса пребывала во власти смешанных чувств: ее просто распирало от счастья и какой-то необъяснимой радости – хотелось прыгать, летать, сделать сальто, и в то же время она почему-то сгорала от стыда.
И точно не смогла бы сказать Фэшу того, что она к нему чувствует. Хотя она видела, что он ждет от нее хоть какого-то ответного признания.
– А где мы находимся? – спросила она, тут же себя возненавидев.
Фэш прищурился, умело скрыв разочарование.
– В Расколотом Замке, конечно, – ответил он. – Я часто бывал здесь во сне, многое облазил… Пошли, я покажу тебе одну интересную залу.
Он поймал ладошку Василисы и потянул за собой, увлекая в глубину коридора.
Они шли очень долго, и везде были расставлены свечи, даже на лестнице, возле перил.