Цитаты из книг автора «Наталья Самсонова»

– Ждала, пока он ее яблочки увидит, – прыснула я. – Да крыжовничек там, – отмахнулась Тина, – что я, работу мага-косметолога не отличу? Это же моя мечта: надувай людям все, что надувается, и сдувай то, что сдувается. И для хлебушка всегда будет масло, колбаска и белое руарданское.

– Теперь нас будут шантажировать, – продолжил страдать пес, – я, благородный бассет-хаунд, буду вынужден нацепить на себя кружево и дешевые стразы! Ветеран второй войны сателлитов будет выглядеть как последняя левретка. – Ты килограмм на двадцать тяжелее любой левретки, – возмутилась я. – И почему стразы-то дешёвые?! – А у тебя есть золото на натуральные камни? – искренне поразился Гамильтон и припечатал: – А насчет веса – учти, что титановое спокойствие, золотой характер и стальные мышцы легкими быть не могут!

Мы – жертвы, и эту роль должны доиграть до конца. – Таких наглых жертв не бывает.

Ты герцогиня или волком насрано? – опешила Ирга.

Я этому не удивлюсь, но вмешиваться не стану, – Армин стряхнула налипший снег с юбки и вошла в дом, – в мужской дружбе слишком сложные правила.

Ничего, травой сухой присыпала кое-какие места, – Рорден нахмурился, – те самые, про какие и я тебе говорил. Защищает. А ты ее бросил. Смотри, женщины умеют ссориться с нами, пока мы спим.

Если Вы пьете вино и одновременно рассказываете детям, что пьянство есть глупость и вредность – не удивляйтесь, когда они возьмут в руки бутылку, – покачала головой Армин. – Способов много, наши дети – не копия нас. Но какие-то простые вещи, простые ценности, не глобальные, прививаем им именно мы. Например, ценить свою семью. Любую часть семьи. Глупую сестрицу, помешанную на нарядах, жестокого брата, склонного к пьянству и разврату.

А герцог поправил маску и зычным голосом вопросил у новичков, не левой ли рукой их отцы матерям детей делали.

слишком часто она слышала студенческую поговорку: «Не знаешь, что сказать преподу? Ври уверенно».

– Ты говорила, она замуж хотела? – Когда любовники мешали? – удивилась Шэдда. – Замужество – дело такое, двойственное. А любовь совсем другая.