И спасаться бегством прямо в постели:
Сначала ви́ски, чтоб виски́ онемели.
Потом сообщения под одеялом,
Чтобы он не заметил, не признал обманом.
Измены не телом, а головой:
На зрелые темы беседы – живой
Еще продержаться можно, пока он спит.
Несколько тысяч слов, и душа не болит.
Эмоции на стороне, в чужих людях – чувства,
Соберешь и бессонно уставишься в люстру.
Пока он спит, ты внимаешь вселенную,
Вынимаешь пули из сердца пленного.
От невыжатых слез поешь песни о плесени.
И зачем тебе эта постель, неизвестно мне.
Счастье не пульсирует буквами по клавиатуре —
Только в литературе.
Магирани, беркана, подлинник, глубина.
И никак до дна. И еще одна.
Женщина в женщине, свет мой, пламя огня.
С каждым мужчиной женщина
раз-на-я.
Сценариев не так уж много, примерно шесть.
И как она выбирает, ведомо лишь ЦНС.
Хитрые ставят себе якоря,
Чтобы поймать состояние вовремя.
Некоторые мужчины вызывают жалость.
И нытье поддержать не такая большая радость.
Собранные женщины
не демпингуют по низким категориям.
И вместо жалости – ответственность.
А потом горе.
И вот она мать: давай я тебе помогу.
Или хуже: я сделаю все сама
и сама пойду на войну.
С кем-то она короля королева,
От другого кидает направо-налево.
С кем-то она беспомощна, как ребенок.
Мужья всерьез негодуют:
мятых хочу простыней – не пеленок.
Быть женственной —
не умение быть женщиной,
А умение быть с мужчиной.
Аргумент и причина.
Найдется и тот,
с кем она благородных кровей царица,
волчица,
львица,
жрица.
А другим мужьям
с ребенком никак не смириться —
И бегают по жар-птицам.
Для меня мужчина —
Галактика, и планеты в ней как сапфиры.
Хотя и сама создаю вселенную,
даже черные дыры.
Я все могу без него.
Но, когда он смотрит,
«космос спит у него во взгляде». 2
И такому мужчине нельзя уступить в награде.
С прочими не открывай груди – ты сестра,
с единственным теряешь дар речи
(а то и письма).
Я, бывает, пишу сложнейшие вещи
Про космос, гипноз и хлеще.
Но при всем копирайтинге
здесь дисграфия плещет:
И вместо «люблю»
Пишу всякую ерунду.
Что тебе до пятого места в списке?
Списки – это же не твое.
У тебя ни адреса нет, ни прописки.
Ты не с этой планеты, ты черт знает что.
Прости, я шучу. Черт, конечно, не знает.
Черта нет, есть эгрегоры пустоты.
Что тебе до списка? Мы другой создали,
Там у всех нули.
Каждый слеп и на ощупь понять доволен,
Что есть слон: хобот, бивни или спина.
А ты так же слеп, но готов поспорить,
Что вообще нет слона.
В инфобизнесе, на пороге слома,
Где иллюзия – каждый новый инсайт.
Солипсизмом страдая, отвечу: «Милый,
иллюзия – даже ты сам».
Я устала.
Уста сквернословить почти перестали.
Но я не из стали.
Едва ли понятно, кем мы с тобой стали.
Ты едешь в Таллин,
Но любые дали
Ничего не дали.
Я так устала.
Устала от талий,
От копролалий,
От всех регалий
И от реалий.
Устала жить без твоей ключицы,
Сжиматься в точку от своих амбиций,
Застыть на месте – ничего не случится.
Но кто стремится, не усомнится,
Что есть жар-птицы, а есть волчицы,
Царить со львом есть право у львицы,
Другим не снится.
Не найти принадлежность:
индикатор – не нежность,
Цена за небрежность —
Кома надежды.
Я устала быть лучше
И устала быть хуже,
Быть шире и у́же.
Скажи, кто нужен.
Ведь в рифму…
Ну же…
Я хочу обнять этот дом
Вместе с тем, кто живет в нем…
Я хочу залетать в эти комнаты
Через форточку,
на корточках
и не ставить точки,
с кем были на «ты» мы.
Я хочу залегать в этих креслах —
Моё место,
Быть воздухом, духом.
Отдать нежность
В эту постель,
Чтоб ты ни сном и ни духом.
В подушке быть пухом.
Растворяться здесь.
Быть невидимой,
Но, видимо,
не выть под окнами остается.
я разлетаюсь на частицы
От мощных ударов сердца.
Я патрон – в фейерверк от любви к тебе.
Что такое скучать?
Скулить
Скулами себя выдавать
Выдавливать
Выдирать
С корнем
С суффиксом
И с приставкой
Душевная кома
Сердечная давка
И выживать лишь с одной поправкой:
Не делая ставки.
Скучать
Стучать
Зубами
Пальцами
Кулаком
Мой дом – не стены,
Где ты – там мой дом.
Но там кордон.
***
Однажды я перестану плескать нытьё,
Ультразвучное, тонкое, в переливах,
Звонко в ушах, отражаясь в висках ружьем,
Свистеть пулями, сахасрары срывая сливы.
Перестану, сменю курс на Центавру и зацвету.
Скину кожу, кокон сниму, вспорхну,
как порох из пушки.
Стану себе ориентиром. На полном ходу
Вдвое ускорюсь и вспыхну салютом в макушке.
2014
Правило первое:
хватит с нас этих правил.
Устала от псевдомудрости,
псевдознаний:
Диеты держись,
ему не звони,
книги читай,
книги пиши —
и ничего для души.
Я поймала себя на том,
что все заставляю:
ходить, еле ноги переставляя,
работать, даже не представляя
масштабы и перспективы грядущих дней.
Мы все умрем – с идеями, без идей.
Что же ты вспомнишь?
Как вечно чего-то ждала
Или лелеяла то, что уже прожила.
Или как целый год из-за шторы смотрела,
Как жили другие в это самое время.
Как надоели правила:
встань, борись,
этому не хами, тому улыбнись,
ему не звони – я помню, как же забыть!
а главное, шутка ли, некому даже звонить.
Как все это жалко.
Зачем тебе знать филологию, быть мудрей,
Если ты пишешь стихи, забив на хорей,
а в голове одна только рифма —
ну хоть убей!
И даже не любишь,
а просто нету других людей.
Зачем же мне знать про люверсы и амперсанд,
Сколько калорий в конфетах,
кем был Маркиз де Сад,
Дату, когда Филофей обозначил Москву,
Как экзорцисты гнали взашей Сатану,
Кто нами правит: энергия, синергетика или Бог.
Этого я не знаю – в этом-то весь и подвох.
Кто же про космос поддержит со мной разговор?
И для чего это мне? На кой?
В жизни от этого смысл никак не яснее,
Я готова не знать ширину-глубину Енисея.
Лишь обними меня.
Руку мне дай.
Скорее.
Я заучилась.
Замыслилась.
Загналась.
Я теоретик.
А практика не для нас.
Агностицизм, нигилизм, цинизм.
Псевдовсё.
Псвевдомир.
Нарциссизм.
Все понарошку. Конфабулез. Психоз.
Всё эвфемизмы, и ничего не всерьез.
Я верю в то, о чем многие даже не мыслят.
Что у меня в голове – к реальности даже не близко.
Я подвяжу – поймай меня и неси.
Завтра. Дыбенко. Где-то в районе восьми.
О проекте
О подписке
Другие проекты