Читать книгу «Незлимость» онлайн полностью📖 — Натальи Майоровой — MyBook.

Пока он спит

И спасаться бегством прямо в постели:

Сначала ви́ски, чтоб виски́ онемели.

Потом сообщения под одеялом,

Чтобы он не заметил, не признал обманом.

Измены не телом, а головой:

На зрелые темы беседы – живой

Еще продержаться можно, пока он спит.

Несколько тысяч слов, и душа не болит.

Эмоции на стороне, в чужих людях – чувства,

Соберешь и бессонно уставишься в люстру.

Пока он спит, ты внимаешь вселенную,

Вынимаешь пули из сердца пленного.

От невыжатых слез поешь песни о плесени.

И зачем тебе эта постель, неизвестно мне.

Женщина в женщине

Счастье не пульсирует буквами по клавиатуре —

Только в литературе.

Магирани, беркана, подлинник, глубина.

И никак до дна. И еще одна.

Женщина в женщине, свет мой, пламя огня.

С каждым мужчиной женщина

раз-на-я.

Сценариев не так уж много, примерно шесть.

И как она выбирает, ведомо лишь ЦНС.

Хитрые ставят себе якоря,

Чтобы поймать состояние вовремя.

Некоторые мужчины вызывают жалость.

И нытье поддержать не такая большая радость.

Собранные женщины

не демпингуют по низким категориям.

И вместо жалости – ответственность.

А потом горе.

И вот она мать: давай я тебе помогу.

Или хуже: я сделаю все сама

и сама пойду на войну.

С кем-то она короля королева,

От другого кидает направо-налево.

С кем-то она беспомощна, как ребенок.

Мужья всерьез негодуют:

мятых хочу простыней – не пеленок.

Быть женственной —

не умение быть женщиной,

А умение быть с мужчиной.

Аргумент и причина.

Найдется и тот,

с кем она благородных кровей царица,

волчица,

львица,

жрица.

А другим мужьям

с ребенком никак не смириться —

И бегают по жар-птицам.

Для меня мужчина —

Галактика, и планеты в ней как сапфиры.

Хотя и сама создаю вселенную,

даже черные дыры.

Я все могу без него.

Но, когда он смотрит,

«космос спит у него во взгляде». 2

И такому мужчине нельзя уступить в награде.

С прочими не открывай груди – ты сестра,

с единственным теряешь дар речи

(а то и письма).

Я, бывает, пишу сложнейшие вещи

Про космос, гипноз и хлеще.

Но при всем копирайтинге

здесь дисграфия плещет:

И вместо «люблю»

Пишу всякую ерунду.

Что тебе до пятого места в списке?

Списки – это же не твое.

У тебя ни адреса нет, ни прописки.

Ты не с этой планеты, ты черт знает что.

Прости, я шучу. Черт, конечно, не знает.

Черта нет, есть эгрегоры пустоты.

Что тебе до списка? Мы другой создали,

Там у всех нули.

Каждый слеп и на ощупь понять доволен,

Что есть слон: хобот, бивни или спина.

А ты так же слеп, но готов поспорить,

Что вообще нет слона.

В инфобизнесе, на пороге слома,

Где иллюзия – каждый новый инсайт.

Солипсизмом страдая, отвечу: «Милый,

иллюзия – даже ты сам».

На У, но не ум

Я устала.

Уста сквернословить почти перестали.

Но я не из стали.

Едва ли понятно, кем мы с тобой стали.

Ты едешь в Таллин,

Но любые дали

Ничего не дали.

Я так устала.

Устала от талий,

От копролалий,

От всех регалий

И от реалий.

Устала жить без твоей ключицы,

Сжиматься в точку от своих амбиций,

Застыть на месте – ничего не случится.

Но кто стремится, не усомнится,

Что есть жар-птицы, а есть волчицы,

Царить со львом есть право у львицы,

Другим не снится.

Не найти принадлежность:

индикатор – не нежность,

Цена за небрежность —

Кома надежды.

Я устала быть лучше

И устала быть хуже,

Быть шире и у́же.

Скажи, кто нужен.

Ведь в рифму…

Ну же…

Я хочу обнять этот дом

Я хочу обнять этот дом

Вместе с тем, кто живет в нем…

Я хочу залетать в эти комнаты

Через форточку,

на корточках

и не ставить точки,

с кем были на «ты» мы.

Я хочу залегать в этих креслах —

Моё место,

Быть воздухом, духом.

Отдать нежность

В эту постель,

Чтоб ты ни сном и ни духом.

В подушке быть пухом.

Растворяться здесь.

Быть невидимой,

Но, видимо,

не выть под окнами остается.

я разлетаюсь на частицы

От мощных ударов сердца.

Я патрон – в фейерверк от любви к тебе.


Скучать. Учат. Ччч

Что такое скучать?

Скулить

Скулами себя выдавать

Выдавливать

Выдирать

С корнем

С суффиксом

И с приставкой

Душевная кома

Сердечная давка

И выживать лишь с одной поправкой:

Не делая ставки.

Скучать

Стучать

Зубами

Пальцами

Кулаком

Мой дом – не стены,

Где ты – там мой дом.

Но там кордон.

***

Однажды я перестану плескать нытьё,

Ультразвучное, тонкое, в переливах,

Звонко в ушах, отражаясь в висках ружьем,

Свистеть пулями, сахасрары срывая сливы.

Перестану, сменю курс на Центавру и зацвету.

Скину кожу, кокон сниму, вспорхну,

как порох из пушки.

Стану себе ориентиром. На полном ходу

Вдвое ускорюсь и вспыхну салютом в макушке.

 
2014
 

Хватит

Правило первое:

хватит с нас этих правил.

Устала от псевдомудрости,

псевдознаний:

Диеты держись,

ему не звони,

книги читай,

книги пиши —

и ничего для души.

Я поймала себя на том,

что все заставляю:

ходить, еле ноги переставляя,

работать, даже не представляя

масштабы и перспективы грядущих дней.

Мы все умрем – с идеями, без идей.

Что же ты вспомнишь?

Как вечно чего-то ждала

Или лелеяла то, что уже прожила.

Или как целый год из-за шторы смотрела,

Как жили другие в это самое время.

Как надоели правила:

встань, борись,

этому не хами, тому улыбнись,

ему не звони – я помню, как же забыть!

а главное, шутка ли, некому даже звонить.

Как все это жалко.

Зачем тебе знать филологию, быть мудрей,

Если ты пишешь стихи, забив на хорей,

а в голове одна только рифма —

ну хоть убей!

И даже не любишь,

а просто нету других людей.

Зачем же мне знать про люверсы и амперсанд,

Сколько калорий в конфетах,

кем был Маркиз де Сад,

Дату, когда Филофей обозначил Москву,

Как экзорцисты гнали взашей Сатану,

Кто нами правит: энергия, синергетика или Бог.

Этого я не знаю – в этом-то весь и подвох.

Кто же про космос поддержит со мной разговор?

И для чего это мне? На кой?

В жизни от этого смысл никак не яснее,

Я готова не знать ширину-глубину Енисея.

Лишь обними меня.

Руку мне дай.

Скорее.

Я заучилась.

Замыслилась.

Загналась.

Я теоретик.

А практика не для нас.

Агностицизм, нигилизм, цинизм.

Псевдовсё.

Псвевдомир.

Нарциссизм.

Все понарошку. Конфабулез. Психоз.

Всё эвфемизмы, и ничего не всерьез.

Я верю в то, о чем многие даже не мыслят.

Что у меня в голове – к реальности даже не близко.

Я подвяжу – поймай меня и неси.

Завтра. Дыбенко. Где-то в районе восьми.