Андрей ссутулившись сидел за резным деревянным столом, изучая бумаги. Он вновь и вновь читал информацию, постоянно возвращаясь назад, как будто что-то переосмысливая.
Молодой человек нахмурился и сжал одну руку в кулак, как раз ту, в которой был зажат листок бумаги. Он стеклянным взглядом посмотрел на измятый документ. С тяжёлым и громким выдохом отшвырнул его от себя.
– Всё серьёзнее, чем я думал, – пришёл к выводу. – Вряд ли удастся легко подобраться к этому Игорю Сергеевичу. Подлец! – ударил по столу. – Соблазнил девушку. Удерживает её, беременную, силой.
Из данных, которые стали ему доступны, он узнал, что жена Игоря Сергеевича не может сама родить. И дочь, которая сейчас отдыхала вместе с родителями супруги бизнесмена, была зачата в результате ЭКО. И судя по слухам, не с первого раза.
Из этих же сводок Андрей уже знал, что его Надя ждала мальчика.
– … – ругался молодой человек. – Решил наследничком обзавестись.
Он устало потёр лицо.
– Бедная моя девочка. Уж не опоил ли он тебя, прежде чем…
Его сердце дрогнуло, стоило только представить, что мог сделать с его Наденькой этот мужчина.
«Что же делать? – мучил его всем известный вопрос. – Что делать? Есть ли возможность вытащить Надю из „золотой клетки“. И как это сделать правильно…»
Но разум подсказывал, что Надю отпустят лишь после родов. Вот только на каком она сроке, его поверенному так и не удалось выяснить. В клинике, где девушка наблюдалась, хранили информацию о своих клиентах добросовестно. И подкупить никого из персонала не удалось.
Андрей встал из-за стола и прошёлся по кабинету. Здесь всё было отражением его «я». Только дерево и натуральные ткани. Он очень любил после трудового дня сидеть в кресле из ротанга и вдыхать запах древесины с тонким ароматом лимона, который входил в средство за уходом за деревянными изделиями.
Вот и сейчас он замер по середине просторного помещения, но всё же не столь большого и пафосного, как обычно это бывает у людей его круга.
Вдох. Выдох. Вдох. Выдох.
Но это незамысловатое упражнение для успокоения не помогло ему прийти в себя.
В голове он пытался набросать план действия:
«Найти возможность поговорить с Надей. Устроить побег или устранить её мучителя».
И если поговорить с девушкой ещё можно было бы как-то устроить, то устроить побег точно не удастся, учитывая список сотрудников, которые отвечали за охрану.
Оставалось только одно – убрать того, кто испортил его любимую и отнял у него её.
На девушку он не злился, считая себя виноватым во всём. Ведь это он решил избрать путь временного отдаления, чтобы не мешать ей своими недетскими желаниями. А вышло вот как… Мерзко… И грязно… Другой мужик, решивший, что весь мир лежит у его ног, надругался над девушкой, обрюхатил её, по-другому он думать не мог, и теперь удерживает в своём доме, желая получить наследника.
О том, что семья жаждет получить именно мальчика давно известно в узких кругах, так как отец этого Игоря Сергеевича неоднократно высказывался, что нет счастья в богатстве, если нельзя передать состояние сыну по крови.
– Убрать, – вздохнул Андрей опять. – Легко сказать, чем сделать, – он улыбнулся, словно вспомнив о чём-то. – Ещё поздно отчаиваться, – подбодрил себя. – Месть – это холодное блюдо, которое должно медленно подогреваться, пока не станет нужной температуры и тогда… – молодой мужчина расставил широко ноги и чуть откинув голову назад засмеялся, глухо, нервно и рвано.
«Главное, чтобы Наденька ко мне вернулась, – билась одна единственная мысль в его сознании. – Она ни в чём не виновата. А ребёнок… Его можно и в детский дом сдать. Зачем держать его под боком. Пусть мучается за грехи отца».
И тут неожиданно он понял, что врагу можно начать мстить уже сейчас. Не трогая его самого, а давая почувствовать боль… Ирина Ивановна – супруга злосчастного бизнесмена…
«Не устроить ли ей что-нибудь эдакое? – задался он вопросом. – Уверен её сильно не охраняют, да и выходит из дома она часто, – довольный хмыкнул. – У меня даже ребята есть на примете для этой „приятной“ работы. Пусть на своей шкуре узнает, каково было Надюше».
– Решено, – произнёс он вслух и открыл список контактов в телефоне. – Троих, думаю, ей будет достаточно…
Валентина Петровна вот уже третий час мерила шагами свою комнату в номере санатория. Женщина была сильно взволнована.
Во-первых, её Наденька не звонила. Вначале женщина не волновалась, думая, что у дочери нет для неё новостей. Но время бежало, а дочь, даже, сообщение не прислала.
К концу четвёртого дня тишины Валентина Петровна не выдержала и набрала номер дочери. Телефон был выключен.
«А чего я хотела? – рассуждала она. – Мы ведь с ней изначально так договаривались».
Но что-то всё равно тревожило её.
«Хотя бы сообщение, могла бы сбросить», – злилась она на дочь.
Во-вторых, её разочаровал Андрей. Вместо того, чтобы действовать, он ничего не предпринял. Совершенно ничего. Мало того перестал отвечать на её звонки.
«Трус, – ругала его женщина про себя. – Где же твоя хвалёная „любовь“, если за любимую и отомстить не можешь. Сопляк!»
Она изначально была против этого мальчика-мажора, который решил строить из себя благородного и подождать совершеннолетия Наденьки, тем самым разбив все мечты на скорую богатую жизнь. Мало ли что могло произойти за это время и уплыл бы «жирный карась» в другие сети.
«Принципиальный», – сплюнула она, припоминая сколько раз её дочь провоцировала парня продвинуться в отношениях и с каким завидным упрямством он отказывал, убеждая подождать.
Но денег хотелось сейчас, а не в перспективе… когда-то…
Поэтому, когда Наденька случайно познакомилась с Игорем, они как пираньи набросились на него. Кто же знал, что он подкаблучник. Нет. Одержимый своей женой.
«Не удивительно, что и Ирине Ивановне он изменил с её же разрешения», – хмыкнула женщина, вспомнив исповедь Игоря Сергеевича, которую пересказала ей дочь.
В-третьих, Валентина Петровна поняла, что ей надо срочно выбираться из этого, так сказать, санатория. Делать здесь было совершенно нечего. А ей хотелось пробежаться по любимым магазинам, хотя бы примерить парочку нарядов, помечтать, что когда-нибудь, она их сможет купить, посетить парикмахерскую, сделать маникюр, оживить цвет волос.
Да и узнать, как дела у дочери, тоже, не мешало бы…
Женщина плюхнулась на кровать, где лежал пакет со сменным комплектом белья и кошелёк.
За те дни, что она находилась в этом учреждении, женщина изучила поведение персонала, а потому знала, что в выходные можно вообще не выходить из номера и никто не сунется поинтересоваться что с ней. Директор в субботу и воскресенье не появлялся в санатории, и все работники вели себя непрофессионально, отдыхая и веселясь. Это и подтолкнуло её совершить побег в пятницу вечером. От одного постояльца она узнала, что санаторий находится в часе езды от города. Её охранники расслабившись, что ей бежать некуда, вовсю флиртовали с сотрудницами санатория и частенько исчезали из её поля зрения.
Валентина Петровна взглянула на экран мобильного телефона.
«Пора, – вздохнула она, накидывая себе на голову капюшон спортивной куртки. – Скоро должно приехать такси, которое я вызвала».
Она знала, что ей не удастся выйти через главные ворота, но это и не обязательно, ведь есть место, где была достаточно большая брешь в заборе, через которую местные отдыхающие бегали в ближайший посёлок за горячительными напитками. Эти же гуляки помогли ей приобрести телефон, так как её в санаторий доставили с кошельком и небольшой сумкой с одеждой.
Валентина Петровна спрятала пакет под футболку и застегнула на молнию спортивную куртку.
В эти дни она каждый вечер делала вид, что выходит на пробежку.
Девушка у стойки администратора вяло ей улыбнулась, занимаясь кем-то из вновь прибывших.
Валентина Петровна старалась ничем не выдать своего возбуждения. Ее сердце замирало. Женщина боялась, что её вот-вот разоблачат…
Но она спокойно дошла до бреши в заборе. Её телефон завибрировал сообщая, что такси прибыло.
Валентина Петровна быстро пролезла через дыру в заборе и побежала в сторону ожидающего её автомобиля.
И только заняв заднее сиденье машины, смогла чуть-чуть расслабиться.
«Всё идёт по плану», – улыбалась она.
Ольга Викторовна накрывала на стол, когда на кухню спустилась Надя. Эти дни она вела себя подозрительно тихо и даже не капризничала.
«Притаилась, – решила домработница. – Выжидает лучший момент, чтобы сделать пакость».
Женщина не верила, что такая прожжённая жизнью девчонка могла измениться. Так быстро. Нет. Нет. И нет.
Стационарный телефон в доме был отключен, поэтому Надя не могла позвонить своей матери. А за своим смартфоном домработница строго следила. Тем более, что часто ловила грустный и задумчивый взгляд девушки, когда та видела, что кто-то разговаривает по телефону.
«Скучает по матери? – женщина фыркнула. – А такая вообще может скучать по кому-нибудь? Ну, если, только по деньгам», – зло пошутила.
– Доброе утро, – поздоровалась Ольга Викторовна.
– Оно совсем не доброе, – буркнула девушка и села за стол, делая глоток свежевыжатого апельсинового сока.
– Плохо спалось? – поддержала беседу женщина.
– Ещё как! – продолжала бурчать девушка. – Я устала сидеть в четырёх стенах. Да, и этот, – понизила она голос, – постоянно следит за мной.
– Этот? – не поняла Ольга Викторовна.
– Телохранитель. Злой, жуть какой, – передёрнуло Надю.
– Доброе утро, – в кухню вошла Ира.
Она повернула голову в сторону окна и улыбнулась:
– Сегодня обещали тёплый день.
– Какая разница какой день, если я безвылазно сижу в доме, – недовольно произнесла Надя.
– Но ведь ты сама отказываешься от прогулок во дворе, – возразила ей Ира.
– Я не заключённая, чтобы по двору гулять, – Надя отодвинула от себя тарелку с кашей.
– Жаль тебя разочаровывать, – вздохнула Ирина, – но в ближайшее время ничего не изменится. Ты показала, что тебе нельзя верить. Так что…
– Извините, – в дверном проёме кухни стоял Кирилл.
– Да? – Ирина Ивановна перевела на него свой взгляд
– Можно вас, – замялся он.
– Да, конечно, – женщина встала из-за стола. – Ольга Викторовна, можно мне чай. И погорячее.
– Конечно, – улыбнулась та.
Молодая женщина вышла в коридор, где её ждал Кирилл.
– Ирина Ивановна, – начал он. – Тут такое дело.
– Что-то случилось? – встревожилась она. – Что-то с Игорем Сергеевичем?
– Нет, что вы, – замотал он головой. – Я хотел бы отпроситься на сегодня. Мне позвонили из дома. Матери стало плохо.
Ира знала, что у женщины камни в почках. И несколько раз дело доходило до реанимации. Вот только операция несчастной была противопоказана.
– Конечно, вы должны быть с семьёй.
– Только как же вы сегодня без водителя.
Ира улыбнулась, прочитав заботу и растерянность на лице мужчины.
– Не волнуйтесь. Я попрошу кого-нибудь из тех ребят, что сегодня на смене.
– Тогда, я поставлю в известность Вадима. Он сегодня с Игорем Сергеевичем. И поеду.
– Надеюсь с Риммой Геннадиевной всё будет хорошо, – вздохнула молодая женщина. – Я обязательно заеду её проведать.
– Спасибо, – кивнул Кирилл. – Маме будет приятно. Вы же знаете, что нравитесь ей.
– У нас это взаимно, – ответила Ира.
Мужчина попрощался и вышел из дома.
– Ирочка, – позвала её Ольга Викторовна, – чай остывает.
Женщина вернулась на кухню. Она заняла своё место и вдохнула сладковатый аромат травяного напитка.
Надя заёрзала на стуле.
– Говори, не мучайся, – усмехнулась Ира.
– Я хочу себе что-нибудь купить. Но денег у меня нет, и интернета нет. У меня депрессия, – выпалила Надежда.
– Депрессия? – тихо засмеялась Ольга Викторовна.
– Я подумаю, что можно придумать. Но ничего не обещаю, – ответила Ира.
Надя насупилась и гневно сверкнула глазами, выходя из кухни.
– Обиделась, – сделала вывод Ира.
– Ничего, ей полезно, – отозвалась домработница. – А чего Кирилл приходил?
– Римма Геннадиевна в больнице.
– Господи, помилуй! – всплеснула руками Ольга Викторовна.
– Я его отпустила.
– Конечно, ему надо быть с семьёй. Только как же ты сегодня проедешь в салон красоты.
– Больше дело, – засмеялась Ира. – Сяду за руль и поеду.
– Сама?
– Сама, – улыбнулась молодая женщина.
– А может…
– Ну, что я маленькая? Тут до салона рукой подать.
– Рукой не рукой, а всё равно можно кого-нибудь из мальчиков попросить.
– У них и без меня работы хватает. А я быстренько туда и обратно.
– Ну, как знаешь. Вадима только в известность надо поставить.
– Кирилл сказал, что позвонит сам.
Спустя шесть часов Ира заняла место водителя своего автомобиля. Она улыбалась, проводя рукой по рулю, будто здороваясь с давним другом, которого давно не видела.
– Ирина Ивановна, – преградил ей дорогу молоденький охранник, Максим, – давайте я вас отвезу.
– Не надо, – покачала она головой. – Я сама. Здесь недалеко. Не волнуйтесь.
– А…
– Вадим знает, ему Кирилл звонил.
– Ну, если так, тогда поезжайте. Только…
– Я позвоню, если мне нужна будет помощь, – заверила она его.
– Может вам нужен сопровождающий?
– Не думаю, что мне что-то будет угрожать в салоне красоты. Разве, что не тот оттенок лака на ногти нанесут.
Молодой человек внимательно посмотрел на неё и кивнул головой. Он почесал затылок, вздохнул, и отдал приказ по рации, чтобы открыли ворота.
– Осторожнее на дороге, – взволнованно произнёс Максим.
– Буду, – улыбаясь и находясь в высшей степени возбуждения от ощущения себя свободной и независимой, Ира выехала из ворот и направилась в салон, который располагался в двадцати минутах езды.
Всю поездку молодая женщина напевала песню и разговаривала сама с собой, имитируя разговор с ребёнком. Настроение было приподнятым. Губы постоянно улыбались. А глаза светились радостью.
Припарковавшись напротив салона, она поспешила внутрь.
Там её уже ждали: Оля и Юля – лучшие мастера салона.
И тут началось волшебство, которое в течение двух часов вершили феи красоты.
Ира даже задремала, когда ей делали педикюр.
Женщине снился сон. Странный и пугающий по теплоте восприятия.
Высокий черноволосый мужчина стоял на обрыве и смотрел вдаль. Она видела его широкую спину, сильные руки, мышцы которых грозили прорвать тонкую ткань футболки.
Внимание привлекали его ноги. Он был босым.
Вдруг над его головой пролетела чайка. И в этот момент прозвучал выстрел. Чайка вскрикнула и стала падать. Мужчина прыгнул следом, стремясь поймать раненую птицу.
Голос. Знакомый. Но она не могла вспомнить, кому он принадлежит, кричал: «Не бойся! Я с тобой!»
И в этот миг перед глазами возникли руки, мужские, держащие истекающую кровью чайку.
«Я с тобой!» – шёпот опалил сознание и…
Ира проснулась…
Она лежала на кушетке. Юля заканчивала делать педикюр.
– Это сон, – выдохнула молодая женщина. – Глупый сон.
– Уснули, – понимающе улыбнулась Юля.
– Да, – пошевелилась Ира. – Так не удобно.
– Да что вы, мне наоборот приятно, что процедура вас так расслабила.
– И часто спят? – поинтересовалась она у мастера.
– Не часто. Но бывает. Особенно, когда делают сразу и маникюр и педикюр, массаж лица.
– Надо и мне в следующий раз на массаж записаться.
– Вот и всё, – любовалась своей работе девушка.
Тем временем за окном стемнело. Сизые сумерки опустились на город. Зажглись вечерние фонари, уличные вывески и подсветки зданий.
– Вы сегодня одна? – удивилась молоденькая администратор, выбивая чек. – Ни одного красавца с собой не захватили.
– Иногда надо время и без красавцев проводить, – парировала Ирина.
О проекте
О подписке
Другие проекты