ГЛАВА 1

Пять лет спустя

— Приятного вам путешествия! — Кассирша с заученной улыбкой протянула мне пластиковую карточку для метро.

Я осторожно взяла ее, кивнув пожилой женщине, и поспешила покинуть этот филиал ада на земле. Хотя о чем это я? Разве мог стать лучше день после того, как я прошла через турникет? Я не выспалась, опаздывала и теперь рассчитывала провести добрых полчаса в толчее народа.

День сдачи работы — это особое время, которое нужно проводить в соответствии со всеми законами жанра. Нужно проспать не менее семи часов, чтобы выглядеть отдохнувшей. Нужно привести себя в порядок: надеть деловой костюм или выглядеть просто, но элегантно. В присутствии заказчика все должно было быть идеально. Мы с Никой работаем в паре: я пишу фундамент для работы веб-приложений, она — оболочку. Затем вместе думаем, как все это представить заказчику. Она в курсе всего, чем я занимаюсь на первых порах, и может объяснить все досконально. Я присутствую на презентациях, чтобы отвечать на особо каверзные вопросы. Заказчики попадаются разные, порой приходится искать индивидуальный подход. Но мы работаем вместе уже семь лет, почти сразу после окончания института, и начальство по праву гордится нашей командой.

Сегодня пришло время показывать сайт для интернет-магазина, открывающего филиалы по всей стране. Когда они перешли от пунктов выдачи к большим площадям и живым консультациям на месте, необходимость модернизации появилась сама собой. Потом пошел тщательный отбор информации, так что их приветственное «Happy life with Happy Mart», выполненное в красно-зеленой гамме на золотом фоне, стало являться мне по ночам. Впрочем, я не жаловалась, равно как и вся наша фирма, поскольку и задаток, и обещанный гонорар устраивали как нас с Никой, так и все начальство в целом. Наши дизайнеры постарались на славу, менеджеры сделали все возможное для комфортного ощущения обеих сторон, ну а мы с Никой реализовали функционал со всей ответственностью. И вот сегодня настал самый важный день, и у меня в чехле лежал заветный ноутбук с презентацией и реализацией.

Но с самого утра что-то решило пойти не так.

У Ники сломалась машина. Слава богу, она позвонила заранее и предупредила об этом, чтобы ритуал подготовки к встрече с клиентами не пострадал. Да, конечно, собираться пришлось намного быстрее. Зато я узнала, что теперь должна буду добраться на работу самостоятельно. В такие дни, когда предстояла презентация, напарница обычно заезжала за мной, и мы спокойно ехали по окружной дороге, чтобы не стоять в пробках в центре. Предвидя, что придется трястись в метро, одежду я выбрала неброскую, но удобную. В конце концов, всегда можно было сослаться на имидж программиста. И пусть собираться пришлось в ускоренном темпе, я еще пыталась успокоить себя, что все будет хорошо.

А сейчас я отходила от окошка с кассой и понимала: день потерян. Главное — не показать упадка духа перед заказчиком. Но там будут начальники, они помогут прийти в себя. Добраться бы до работы.

Широкая лестница, уходящая под землю, казалась дорогой в никуда. Старинная лепнина на стенах станции— страшными чудовищами, готовыми броситься на меня в любой момент. Ну а свет от приближающегося поезда и вовсе был предвестником наступающего конца света. В общем, когда я в плотном человеческом потоке отправилась к открывшейся двери вагона, настроение было испорчено. А мне ведь еще ехать полчаса. Столько станций — и все ради одной, но чрезвычайно важной встречи.

Впрочем, одно обстоятельство несколько скрасило мое ожидание: воспользовавшись галантностью случайного прохожего, придержавшего остальную толпу, я юркнула на место рядом с дверью. С благодарностью улыбнулась и получила в ответ вежливый кивок. Эх, что ни говори, а распущенные легкие кудри до пояса способны привлечь внимание, даже если сама ты одета в простые джинсы и пиджак поверх светлой майки. Да, своим внешним видом я беззастенчиво пользовалась.

Аккуратно уложив ноутбук на колени, я прикрыла глаза и постаралась отрешиться от всего. Двери бесшумно закрылись, и поезд уверенно двинулся к станции назначения.

Чтобы время пролетело незаметнее, я постаралась задремать. К сожалению, в шумном вагоне это было неосуществимо, зато глаза успели отдохнуть. Я пыталась максимально расслабиться, поэтому запах гари сначала проигнорировала. Затем к нему добавилось ощущение, что кожа сгорает на солнце. Я не выдержала и проворчала:

— Хоть бы вентиляцию толком включали…

— Пить меньше надо, милочка! — донесся в ответ на мои жалобы наставительный старческий голос.

Годы шли, а бабушки в метро все также продолжали создавать свой неповторимый колорит.

— Бабуль, я патологический трезвенник, — доброжелательно пояснила я, оборачиваясь к блюстительнице порядка. — Спиртное не переношу в принципе. Душно здесь и…

Договорить я не смогла. В ужасе прижала руку ко рту, когда, наконец, разглядела соседку по лавке.

На ней было платье в горошек и легкая кофта, а на голове — платок, с выбивашимися из-под него седыми волосами. Она выглядела как настоящий одуванчик. Однако, присмотревшись внимательнее, я вдруг заметила, что вместо глаз у нее черные провалы, из носа валит густой темный дым, а рот, стоило губам раскрыться, становится ужасной бездонной пропастью. Волос не было: лысый череп был обтянут пергаментной кожей, что только добавляло уродства ее и без того пугающему облику.

— Наркоманка, что ли? — спросила старушка, наклоняясь ко мне, и я в ужасе вскочила с места, лишь бы оказаться от нее подальше.

— Девушка, аккуратнее! — раздраженно воскликнули рядом, и я поняла, что кому-то на ноги упал мой ноутбук.

Полгода работы, черт возьми! Я наклонилась за техникой, и вслед мне полетел новый изобличающий вопль старушки:

— Она наркоманка! Обкурилась и танцует по вагону! Позор! Где полиция?

Я крепко прижала ноутбук к груди и подняла голову, чтобы понять, куда двигаться дальше. Сверху на меня смотрели четыре черепа. Ближе всех оказалась старушка, сидевшая на скамье. Кажется, она продолжала ругать меня, подозревая в самых страшных грехах, но я уже не слышала ее. Вокруг поднялся странный гул, который заглушил все остальные звуки, а вагон нещадно затрясло. Во время очередного резкого рывка свет померк, и меня отбросило к противоположному ряду кресел. Ноутбук остался где-то в темноте, но из-за качки я не решилась вернуться за ним. Я схватилась за поручень и обмоталась вокруг него. Если это необъяснимое явление — приближающаяся авария, а люди в истерике кажутся мне донельзя странными, я хочу пережить все это, находясь рядом с устойчивой опорой. Странно, что окружающие меня силуэты никак не подавали виду, что с поездом творится что-то неладное. Или это правда я перед сдачей работы перенервничала? Может, следовало просто прикрыть глаза, и все пришло бы в норму?

Я почти сразу поняла, насколько провальной была эта идея. Стоило мне ненадолго зажмуриться, как гул обратился в скрежет, а я даже с закрытыми глазами почувствовала, что вагон заливает яркий до тошноты свет. Потом все вокруг погрузилось во мрак и тишину. Осталась только я, которая вжималась в сиденье вагона метро и держалась за поручень мертвой хваткой.

Первым органом чувств, который очнулся от потрясения, как ни странно, стал слух. Он снова уловил неясный шум на заднем фоне. Кто-то спорил между собой. Двое мужчин и женщина. Я боялась открывать глаза, чтобы снова не увидеть лысые черепа, и замотала головой что есть силы. Что, черт возьми, произошло? Что я такого успела вчера съесть, чтобы вызвать настолько неадекватные галлюцинации?

От мыслей меня отвлек взбешенный женский голос:

— Анди! Анди, черепашьи твои мозги! Какого хрена ты высиживаешь в кресле пилота и ни черта не делаешь для стабилизации корабля? А ну марш к приборной панели!

Голос принадлежал среднего роста яркой брюнетке явно индийской национальности. Я привыкла видеть их в болливудских фильмах танцующими, с раскрашенными руками и одетыми в национальные костюмы. Эта дамочка не утруждала себя жесткими рамками приличий и из одежды предпочла обтягивающие штаны, заправленные в высокие удобные сапоги, а сверху облачилась в майку и небрежно висящую на ней куртку. Густые темные волосы с крупными кудрями были собраны в низкий хвост и доставали незнакомке до лопаток. Смуглая кожа делала красивое лицо с большими глазами и пухлыми губами суровым, но очарования это нисколько не портило. Только вот решать чужую проблему я не собиралась совершенно.

На окрик девушки обернулись два ее собеседника. Один из них, высокий, широкоплечий и русоволосый мужчина, завидев меня, позволил губам растянуться в ироничной усмешке, будто делал это всякий раз при встрече. У меня создалось ощущение, будто мы давно и хорошо знакомы, настолько теплой выглядела его реакция при одном взгляде на меня. Как и первый из троицы, мужчина представлял собой образец свободного стиля в одежде. Но на нем она выглядела романтично-потертой. Словно сам он был героем приключенческого боевика с обязательной любовной линией.

А вот третий участник, напротив, вызывал у меня только страх. Хотя, на мой взгляд, он был гораздо привлекательнее первого мужчины, я бы никогда не хотела оказаться его врагом. Его волосы цвета темной меди производили неизгладимое впечатление, а напряженный взгляд чистых голубых глаз откровенно пугал. Я сжалась в кресле, которое приютило меня в этой непонятной обстановке, и несколько раз моргнула.

Место, где я оказалась, напоминало капитанский мостик космического корабля из фантастического фильма. Мозг раскалился от множества вопросов, которые хаотично вспыхивали у меня в голове. Я почувствовала, что медленно скатываюсь в истерику.

Положение усугубил широкоплечий добряк, насмешливо обратившись ко мне:

— Ну что, Анди, опять на Гойта засмотрелась и прозевала момент стабилизации?

Я не разделяла его веселья. Голубоглазый, кстати, тоже.

— Ты кто такая и как здесь оказалась? — сердито спросил он.

И тогда я поняла, что мне конец. Угроза, прозвучавшая в нескольких коротких словах, сказала больше, чем весь внешний вид этого человека.

И я дала деру.

Не разбирая дороги, я помчалась прочь из тускло освещенного помещения, заполненного множеством панелей и мигающих разноцветных кнопок, которые окружали мониторы с похожими на локаторы приборами. Нырнув в широкое отверстие, заменявшее выход, я помчалась по узкому коридору, который следовал сразу за ним. На пути мне попадались его убегающие вбок близнецы, но я не сворачивала. Почему-то была уверена, что бежать нужно именно по прямой. Здесь было множество дверей в металлических стенах, но я боялась остановиться даже для того, чтобы перевести дыхание. Хотя совершенно не представляла, куда бежала. Вперед меня толкало что-то неизвестное.

Зря я решила положиться на чутье. Я поняла это, стоило чьим-то сильным рукам перехватить меня и затащить в один из боковых коридоров. Задрожав и инстинктивно пытаясь вырваться, я встретилась с голубыми глазами, которые так испугали меня, и забилась в объятиях мужчины еще сильнее.

Он был выше меня всего на полголовы и по сравнению с добряком выглядел тоньше в кости, но обладал недюжинной силой, так что на все мои попытки вырваться даже не запыхался. Когда я поняла, что мне не совладать с ним, я зашлась бессильными всхлипами:

— Только не убивай. Пожалуйста…

Я мало чего боялась в жизни. Этот мужчина стал моим самым страшным из моих оживших кошмаров.

Он удивленно глянул в ответ, будто я сказала что-то невероятное. Дождавшись, когда я немного успокоюсь, произнес приятным голосом:

— Успокойся. Никто не причинит тебе зла. Ты ведь Анди, да? Дилика именно так тебя назвала. Да и Декстер тоже. Давай вернемся на мостик и все спокойно обсудим. Меня зовут Гойт.

Как раз в это мгновение над нами раздался механический голос из-под потолка: «Стабилизация реальности завершена, узлы приведены в рабочее состояние». Гойт ослабил захват, позволяя мне отступить на шаг. Свет из тускло-мерцающего стал более выраженным, и я смогла вздохнуть полной грудью.

— Что это за место? — переведя дыхание, спросила я.

Гойт невесело усмехнулся:

— Пойдем. Нужно синхронизировать нашу информацию.

Мы ожидаемо вернулись на мостик, где о чем-то тихо переговаривались Дилика и Декстер.

— Явились — не запылились, — увидев нас, съязвила девушка. — Решали бы ваши проблемы где-нибудь еще, а не во время операции. А то играете в ролевые игры, будто ничего не помните.

Гойт никак не прокомментировал замечание, лишь прищурившись и переводя внимание на добряка:

— Тебе есть что сказать, Декс?

— В каком смысле, Гойт? — В отличие от девушки, богатырь сразу почувствовал неладное.

Гойт тем временем легонько подтолкнул меня к большому стеклу, открывающему вид с капитанского кресла:

— Посмотри как следует и убедись, по крайней мере, что это не сон.

Проследив за тем, чтобы я послушалась, снова вернулся к Декстеру.

— Все, что ты знаешь об Анди, Декс.

— Ну… — стушевался добряк. — Ей тридцать, программист. С нами уже пять лет.

Дилике явно не понравилось то, что ее оставили за бортом обсуждений. А вклиниваться в разговоры, похоже, было ее любимым делом.

— Ты забываешь один познавательный факт! А именно то, что эти двое голубков ровно пять лет еще и женаты!

— Не хотел портить сюрприза…

Я была по-настоящему увлечена видом космоса, открывавшимся из большого иллюминатора. Похоже, мы находились где-то в околоземном пространстве, поскольку слева от меня виднелась часть голубой планеты, укрытая облаками. Справа же она была красиво освещена солнцем, и я невольно залюбовалась этим зрелищем.

Где бы еще я могла насладиться подобным видом, как не в своем чудесном сне? Огромный Декстер явно смущался. Гойт, который, казалось, мог убить одним взглядом, на деле оказался совсем не злодеем. Однако, когда Дилика произнесла свои последние слова, сон как рукой сняло.

— Ты врешь! — уверенно возразила я.

Умная на вид девушка сейчас напоминала мне сплетниц с нашей работы, слетевшихся на очередную новость.

— Делать мне больше нечего, — закатила глаза к потолку Дилика. — Если мои слова для вас ничего не значат, проверьте свои пальцы.